"Эти трудные подростки..."

Буздалова Екатерина Сергеевна

Учитель английского языка

Муниципальное бюджетное учреждение

гимназия №2, г.о. Чехов

Трудновоспитуемый учащийся – очень емкий термин, лично у меня ассоциирующийся с педагогикой раннего советского периода, времен создания колоний-коммун, так замечательно описанных в трудах А.Макаренко. Но вот что заставляет нас задуматься – труды Макаренко относятся к рубежному периоду в Истории нашей страны, когда в результате катастрофы, в которую вылились Октябрьская революция, Гражданская война и предшествовавшая Первая мировая. Сотни тысяч, возможно миллионы беспризорных детей-сирот, в условиях страшнейшего голода, распространения массовых болезней, таких как тиф или дизентерия, полной разрухи народного хозяйства, разрушения внутрисемейных связей вели борьбу за выживание на улицах городов, попрошайничали, воровали, иногда грабили, прибиваясь к бандам таких же обездоленных и одичавших.

Но вот прошло без малого сто лет, а мы вновь ставим на острие вопроса проблему трудновоспитуемых учащихся… Как можно это объяснить: в относительно экономически благополучной стране, в условиях когда максимальное внимание в сфере образования направлено на включение (инклюзию) всех учащихся в процесс обучения в коллективе «благополучных» учащихся мы видим, как день за днем дети из обеспеченных и внешне благополучных семей не желают учиться, стремятся уходить из семей в виртуальную реальность, или проводить время в обществе полу уголовных элементов в подворотне, или уходить в мир грез с помощью психо-активных веществ?

Тогда где же находятся корни проблемы? Когда, в какой момент мы, педагоги и родители, теряем контакт с детьми и подростками, что служит основной причиной роста подростковой жестокости во всех странах, считающихся «мерилом» социального благополучия, и что мы можем и должны предпринимать, чтобы слова «трудновоспитуемый подросток» осталось термином из далекого прошлого?

Так случилось, что на заре своей педагогической карьеры я преподавала ряд предметов, студентам железнодорожного техникума. Обучающиеся со всей Московской области, очень разные, среди прочих предметов были вынуждены изучать Основы философии и обществознание, по которым они сдавали обязательные экзамены. Сложность состояла в том, что мои дорогие студенты пришли в класс с глубоким внутренним убеждением в том, что философия – предмет от них бесконечно далекий, и еще менее понятный и интересный, чем изучение математической модели существования внеземных цивилизаций на отдаленных планетах иных звездных систем. Для того, чтобы избежать провала – мне пришлось перестроить себя – начать интересоваться тем, что было важно и значимо для моих учеников, обсуждать вопросы, связанные с их жизненным опытом, решать проблемы их непростых взаимоотношений с родителями и девушками, выступать третейским судьей в спорах. Постепенно, день за днем, мы проводили разнообразные игры и тренинги, направленные на повышение доверия и улучшение взаимоотношений, устраивали вылазки на природу и совместные чаепития, приобщались к миру театральной Москвы… Мы привыкли, что практически на каждом занятии проводим ритуалы, настраивающие на слаженную групповую и коллективную работу. Наконец, я поняла, что студенты доверяют мне, что в итоге не только помогло очень успешно сдать экзамены, но и помогло мои детям избежать подозрения в правонарушении, произошедшем в то время, когда мы проводили время за чаем и «философской беседой» обо всем на свете.

Здесь, на курсах повышения, во время проведения практических занятий я получила возможность существенно расширить свой педагогический арсенал. Получила необходимую теоретическую базу, помогающую мне на новом уровне переосмыслить методы и формы работы с детьми, которых мы привычно называем «трудными». Разнообразные виды работы в группах, представленные на практическом занятии позволили мне лучше понять и значение создания доброжелательной обстановки в коллективе, и необходимость научить детей в первую очередь проявлять внимание друг к другу, и важность постоянной позитивной подпитки их действий на каждом этапе, когда один пряник, разделенный на всех за чаем, важнее сотни кнутов…

3