Гражданственность и патриотизм в исторических трудах Н.М. Карамзина: взгляд из настоящего

ГРАЖДАНСТВЕННОСТЬ И ПАТРИОТИЗМ В ИСТОРИЧЕСКИХ ТРУДАХ Н.М. КАРАМЗИНА: ВЗГЛЯД ИЗ НАСТОЯЩЕГО.

Н.И. Трибунских

ГБПОУ ВО «Воронежский государственный промышленно-гуманитарный колледж», nativtrib@mail.ru

А.Н. Чурсин

ГБПОУ ВО «Воронежский государственный промышленно-гуманитарный колледж», chursinschura@yandex.ru

Любое общество может успешно решать свои проблемы и поступательно развиваться лишь при наличии социального единства его членов. Эффективность его развития напрямую зависит от взаимоотношений, господствующих в нём, и готовности граждан объединиться для достижения общих целей. В современной России проблема сплочённости решается несколькими способами, в том числе посредством формирования новой национальной идеи. Дискуссии о её смысле и содержании ведутся уже четверть века – с момента распада СССР – и уже успели пережить несколько этапов оживления и спада. По словам известного историка и социолога Б.А. Ручкина, поиск национальной идеи в России шёл настолько трудно и противоречиво, что в середине 2000-х гг. среди политиков, общественных деятелей и экспертов-политологов начало складываться мнение, что она – рудимент идеологизированного советского сознания [20, с. 52]. На высшем уровне политической власти эта мысль была сформулирована, к примеру, Д.А. Медведевым, который в 2008 г., будучи Президентом РФ, заявил: «Я не считаю продуктивной дискуссию о национальной идее. Она отвлекает. Это достаточно схоластическая штука, хотя у нас любят на эту тему поговорить, это свойство нашего национального характера» [16].

Однако шло время, менялся облик государства и власти. Национальная идея вновь стала актуальной и отразилась в идеологии патриотизма, озвученной В.В. Путиным на совещании представителей власти и общественности по вопросам нравственного и патриотического воспитания молодежи в Краснодаре 12 сентября 2012 г.: «Мы должны строить свое будущее на прочном фундаменте. И такой фундамент — это патриотизм. [...] Это движение к своей истории, к традициям, духовным ценностям наших народов, нашей тысячелетней культуры»[3]. Эта же мысль, неоднократно повторяясь, была вновь высказана президентом в начале 2016 г.: «У нас нет и не может быть никакой другой объединяющей идеи, кроме патриотизма. Никакой другой идеи мы не придумаем, и придумывать не надо» [19], а затем и в ежегодном обращении к Федеральному Собранию 1 декабря 2016 г.[18]

Таким образом, в настоящий момент вновь повысился интерес к проблеме гражданско-патриотических и общенациональных ценностей. Для исследователей-историков в этой связи закономерным становится вопрос об обращении к историческому наследию. В частности, к не утратившим своей важности и, как будет представлено ниже, во многом созвучным современности взглядам Н.М. Карамзина – одного из крупнейших писателей, мыслителей, критиков и журналистов своего времени, а также придворного историографа и главного идеолога российского консерватизма начала XIX в.

Темы воспитания патриотизма, гражданственности, возрождения духовных, нравственных традиций России пронизывают всё обширное творчество Н.М. Карамзина, но нигде они не представлены настолько ярко, как в его исторических и литературных трудах: главной работе жизни – многотомной «Истории государства Российского», повести «Марфа-Посадница или Покорение Новагорода», «Историческом похвальном слове Екатерине II» и др. В представленном исследовании мы не будем останавливаться на содержании и особенностях каждого из них, так как целью настоящей статьи является сравнительный анализ гражданских и патриотических ценностей в исторических работах Н.М. Карамзина и политической ментальности (т.е. коллективного мировосприятия, системы общепринятых политических норм, взглядов, оценок, умонастроений) россиян XXI в.

Можем ли мы провести параллель между взглядами «властителя дум» первой четверти XIX века и российской ментальностью XXI в.?

С одной стороны, ситуации, в которых они складывались, имеют много общего. XIX в. стал одной из величайших переломных эпох в отечественной истории. Российская империя находилась на перекрёстке между консервативным самодержавием и проявлением либеральных форм общественной жизни, которые во многом стали отголоском Великой французской революции 1789 г. Она вела активную внешнюю политику и с триумфом отстояла национальную независимость в Отечественной войне 1812 г. с армией Наполеона Бонапарта. Во внутренней политике также происходили большие перемены, связанные с реформами Александра I, которые коснулись практически всех сфер общественной жизни, однако оставили двойственное впечатление. Современная Россия также претерпевает значительные трансформации, будучи вынуждена отстаивать свою позицию на международной арене в условиях враждебного внешнего окружения и нарастающей социальной напряжённости. И в том, и в другом случаях попытки либеральных преобразований сменились курсом на усиление государственной власти и авторитета её главы.

С другой стороны, время Н.М. Карамзина минуло два века назад, история ускорилась, а наше общество успело пережить сразу несколько масштабных политико-экономических и социокультурных трансформаций. Закономерно было бы предположить, что житель современной России должен кардинальным образом отличаться от своих предков. На этот счёт в отечественной науке существует две противоположных точки зрения [15, с. 34]. Одна из них утверждает, что российская политическая ментальность, под которой понимается «глубинный уровень коллективного и индивидуального сознания, включающий и бессознательное; совокупность интеллектуально-психологических установок, ориентирующих политическое поведение социальной и этнической группы, индивида» [14], а также коллективное и индивидуальное восприятие отечества и отношения к нему сильно изменились. На смену коллективности и общинности пришли индивидуализм, прагматическая психология потребления и равнодушие по отношению к ценностям, позиционируемым в первую очередь властью как традиционные и общенациональные [4; 6; 21 и др.].

Приверженцы другой концепции настаивают на том, что коллективные политические взгляды устойчивы и прочно закреплены в общественном сознании нормами мышления и поведения, для их изменения требуется значительный срок. Более того, в основе российского массового сознания существуют архетипы и культурные стереотипы, сформировавшиеся ещё в глубокой древности и влияющие на общество на протяжении столетий. Правда, в этой связи остаётся открытым вопрос позитивного и/или негативного воздействия их на процесс исторического развития России и процесс её вхождения в мировую цивилизацию [15, с. 34].

Итак, какие же взгляды и ценности, имеющие непосредственное отношение к восприятию отечества, гражданственности и патриотизма, присущи современному поколению российского общества? Сможем ли мы найти их в творчестве Н.М. Карамзина? Отечественные исследователи выделяют несколько характерных черт:

1. идеал синкрезиса, т.е. всеединства нации и общей сплочённости;

2. манихейское сознание, делящее мир на «своих» и «чужих»;

3. сакрализация власти и авторитета «первых лиц» государства;

4. идея Великой России и имперские настроения её граждан [22].

Идеал синкрезиса (от греч. synkretismos – соединение, объединение) – разделяемая в первую очередь традиционалистами концепция всеобщего единства и согласия, нерасчленённости и устранения социальных и межнациональных конфликтов. Это известный призыв к сплочённости: «В единстве – наша сила», многократно повторяемый и не теряющий актуальности. Цитируя уже упомянутое послание В.В. Путина к Федеральному Собранию: «Давайте будем помнить: мы единый народ, мы один народ, и Россия у нас одна» [18].

У Н.М. Карамзина единство народа – это в первую очередь единство государственное [2], благодаря уму и талантам государей со временем породившее великую державу, единство исторического пути и национальное единство. Россия возникла «на развалинах множества слабых, несогласных Держав народных» [7] и к XI в., ознаменованному в первую очередь мудрым правлением князя Ярослава, «не только была обширным, но, в сравнении с другими, и самым образованным государством» [7]. Нарушение единства – безусловное зло, проявившееся, к примеру, в феодальной раздробленности, которая повлекла за собой завоевание удельных русских княжеств монголо-татарским войском Батыя: «дружины Князей и города не хотели соединиться, действовали особенно, и весьма естественным образом не могли устоять против полумиллиона Батыева» [10, с.17]. Дальнейшее спасение – в новом объединении, достигнутом уже усилиями московских князей, которые «истребив все остатки древней республиканской системы, основали истинное самодержавие» [7].

Манихейское сознание (по имени персидского религиозного реформатора III в. Мани) - отражение идеи извечной борьбы двух сил – Света и Тьмы, Добра и Зла. Манихейство проявляется в неприятии оттенков, антитезе светлого «мы» тёмному «они». В современной России это проявляется прежде всего в жёстком противопоставлении нашего общества Западу, неприятии западных форм демократии и западных же ценностей.

У Н.М. Карамзина очень яркий пример такого явления можно увидеть в главах «Истории государства Российского», посвящённых Ивану Васильевичу IV Грозному. Его правление историк делит на два этапа, причём в описании каждого из них он будто говорит о разных людях. Молодой Иван IV у него исполнен всяческих достоинств: «Обремененный делами, он не знает иных утех, кроме совести мирной, кроме удовольствия исполнять свою обязанность; не хочет обыкновенных прохлад Царских. Ласковый к Вельможам и народу — любя, награждая всех по достоинству — щедростию искореняя бедность, а зло примером добра, сей Богом урожденный Царь желает в день Страшного Суда услышать глас Милости: ты ecu Царь правды! и ответствовать с умилением: се аз и люди, яже дал ми ecu ты!»» [12, с. 6]. Зрелый Иван Грозный – жестокий тиран, отринувший мудрых и преданных друзей, потакающий собственным человеческим слабостям и прислушивающийся к наветам и клевете придворных завистников [12, с. 7-17]. Никаких полутонов: крайне положительная характеристика сменяется резко отрицательной. То же противопоставление можно увидеть в сравнении варваров-захватчиков – татаро-монголов – и изначально добродетельного русского народа, который под властью монгольских ханов претерпел негативную трансформацию: «Забыв гордость народную, мы выучились низким хитростям рабства, заменяющим силу в слабых; обманывая Татар, более обманывали и друг друга; откупаясь деньгами от насилия варваров, стали корыстолюбивее и бесчувственнее к обидам, к стыду, подверженные наглостям иноплеменных тиранов» [11, с. 370].

Сакрализация власти и авторитета «первых лиц» государства, вопреки обычным представлениям, не означающая её обожествление. Это присущее массовому сознанию стремление наделять высших руководителей силой и харизматичностью; убеждение, что они неизменно быстрее схватывают любую проблему и понимают ее глубже, чем какой бы то ни было специалист или эксперт. Гражданам России безусловно присущ авторитарный синдром, проявляющийся, к примеру, в возвеличивании института президентства и склонности доверять главам государства больше, чем кому бы то ни было, стремлении к возрождению сверхдержавы и т.д. [5, с. 47]

Однако, с другой стороны, столь же несомненна склонность россиян к анархизму и деструктивным настроениям [1, с. 10, 18]. Отношение к власти двойственно: «страсть к порядку» и «желание твёрдой руки», способной обеспечивать защиту и заботу, переплетаются со стремлением и умением при необходимости обойти закон, скептичным восприятием к собственным руководителям: обобщённое обвинение в коррупции, злоупотреблении властью, казнокрадстве и т.д.

Большая часть «Истории государства Российского» разделена на главы, построенные по принципу очерёдности правления русских князей и царей. Его история – это прежде всего история лидеров – политических, духовных, интеллектуальных – оставляющая основную массу главного действующего лица – народа – на втором плане и изредка позволяющая ему проявиться снова же в действиях наиболее выдающихся представителей. «Но что более всего пленяет внимание мудрого зрителя? Явление великих душ, полубогов человечества... […] Сии любимцы Неба… решают судьбу человечества, определяют путь его; неизъяснимою силою влекут миллионы людей к некоторой угодной Провидению цели; творят и разрушают царства; образуют эпохи, которых все другие бывают только следствием… и жизнь их есть История народов» [8].

История Н.М. Карамзина – это череда политических событий, органично вписанных в разработанную им модель легитимной государственности [13, с. 3] и эволюцию российского монархизма. Самодержавие – абсолютно оправданная и единственно верная форма правления, более того, избранная самими подданными. По мнению историка, русский народ даже в годы тирании понимал необходимость монархии для России, так как признавал «власть государеву властью божественной» [12, с. 167].

Наиболее полно сакрализация власти проявляется в характеристике Екатерины II. В «Историческом похвальном слове Екатерине II» Н.М. Карамзин не скупится на восторженные характеристики и лишь некоторым образом затрагивает слабые стороны правления императрицы. Екатерина, согласно сочинению, «очистила самодержавие от примесов тиранства»; смягчила самодержавие, не утратив ее силы; не вмешивалась в войны, бесполезные для России; возвысила нравственную цену человека в своей державе; привела в соответствие со временем внутреннюю структуру государственного здания, сохранив его жизнеспособность; добилась того, что Россия с честью и славой занимала одно из первых мест в государственной европейской системе. Возвеличивание власти, основанное на личном авторитете, свойственное и современным россиянам, у Н.М. Карамзина отражено без примесей, все заслуги и достижения, а также народная любовь к монархине кажутся ему естественными: «Спрашиваю у всех Россиян: было ли что-нибудь оскорбительное для человеческой гордости, что-нибудь тягостное для самолюбия в чувствах нашего беспредельного к Ней повиновения? Не казалось ли оно природным влечением сердца, необходимостию души, ее любезною потребностию?» [8].

Тем не менее, несмотря на всю свою любовь к родине и самодержавному порядку, Н.М. Карамзин не закрывал глаза на факты, компрометирующие власть, и критиковал отдельных государей. Например, государственный аппарат не виделся ему безупречным, более того, Н.М. Карамзин прямо указывал на его недостатки. Широко известна фраза историка: «Если бы отвечать одним словом на вопрос: что делается в России, то пришлось бы сказать: крадут». В своей «Истории» он критикует уже упомянутого тирана Ивана Грозного, в «Записке о древней и новой России» упрекает Петра I в самовластии, излишней любви к европейским обычаям и угнетении русского народного духа [7], сожалеет о слабости Петра III и даёт нелицеприятную характеристику Павлу I: «…к неизъяснимому изумлению россиян, он начал господствовать всеобщим ужасом, не следуя никаким Уставам, кроме своей прихоти; считал нас не подданными, а рабами; казнил без вины, награждал без заслуг; отнял стыд у казни, у награды — прелесть; унизил чины и ленты расточительностью в оных…» [7]. Позиция Н.М. Карамзина – нечто более взвешенное, чем простая дихотомия восхищения и негодования, однако её нельзя назвать объективной, свободной от склонности идеализировать деятельность некоторых российских правителей и их роль в развитии России.

Идея Великой России и имперские установки граждан. Следует сразу оговорить, что понятие не используется в его политически ангажированной трактовке. Идея Великой России обозначает в первую очередь чувство национальной гордости за страну, её историческое и культурное наследие, желание сохранить целостность и играть значительную роль на мировой арене, быть частью сильной державы. Поэтому современные россияне так охотно поддерживают внешнюю политику по всем направлениям – стоит только вспомнить фразы вроде «Крым наш!» «Кавказ – наш», «Курилы – наши». Они по-прежнему хотят, чтобы Россия была Великой державой, и испытывают чувство раздражения, когда российская дипломатия проигрывает «дяде Сэму». Зато, наблюдая за неудачами американцев, проявляют злорадство – иногда на подсознательном уровне.

Это в полной мере отражено у Н.М. Карамзина. Признавая отставание в развитии от европейских государств, он всё же не доводил вежливое уважение к чужой культуре и достижениям соседей до уничижения всего русского, напротив, верил, что России по плечу догнать Европу, а также что у неё уже есть своеобычные черты, достойные похвалы. По мнению Н.М. Карамзина, не принадлежит ни к Востоку, ни к Западу, а является самобытной цивилизацией, впитавшей наследие множества великих культур: «Во глубине Севера, возвысив главу свою между Азиатскими и Европейскими Царствами, она представляла в своём гражданском образе черты сих обеих частей мира: смесь древних Восточных нравов, принесённых Славянами в Европу и подновлённых, так сказать, нашею долговременною связию с Моголами; Византийских, заимствованных Россиянами вместе с Христианскою верою, и некоторых Германских, сообщённых им Варягами. Сии последние черты, свойственные народу мужественному, вольному, ещё были заметны в обыкновении судебных поединков, в утехах рыцарских и в духе местничества, основанного» [7]. В предисловии к «Истории государства Российского» эта мысль выражена ещё конкретней: «Взглянем на пространство сей единственной Державы: мысль цепенеет; никогда Рим в своем величии не мог равняться с нею, господствуя от Тибра до Кавказа, Эльбы и песков Африканских.» [9, с. XI-XII].

Таким образом, мы можем сделать вывод о том, что за два века основные политические и гражданские ценности, а также отношение россиян к власти изменились незначительно. Анализ исторических трудов одного из главных отечественных идеологов консерватизма показывает, насколько близки социально-политические взгляды Н.М. Карамзина установкам наших современников, также базирующимся на умеренном национальном консерватизме [17]. В обоих случаях отношение граждан к государству основано в первую очередь на ценности общественной безопасности, стабильности, порядка, справедливости, доверию к сильной государственной власти и державности.

Источники и литература.

1. Бердяев Н.А. Судьба России. - М.: Советский писатель, 1990. – 346 с.

2. Бестужев-Рюмин К. Н. Карамзин как историк. Речь, читанная в торжественном собрании С.-Петербургского университета 2 декабря 1866 года. [Электронный ресурс] / URL: http://az.lib.ru/b/bestuzhewrjumin_k_n/text_1882_03_karamzin_kak_istorik.shtml (дата обращения: 02.12. 2016 г.)

3. В Краснодаре проходит совещание представителей власти и общественности по вопросам нравственного и патриотического воспитания молодёжи. 12 сентября 2012 // Однако: информационно-аналитический проект. [Электронный ресурс] / URL: http://www.odnako.org/blogs/putin-o-patrioticheskom-vospitanii-dopolneno-goszakaz-i-kontrol-v-kulture-obrazovanie/

4. Варфоломеев, М.А. Роль и значение социального компьютинга в решении проблем политической реальности / М.А. Варфоломеев; НИУ БелГУ // Культура. Политика. Понимание: материалы междунар. симп. молодых ученых / НИУ БелГУ ; редкол.: М.С. Жиров, П.А. Ольхов, В.Е. Пеньков и др.. - Белгород, 2013. - С. 106-112.

5. Григорьева Е.Б. Политические эффекты авторитарного синдрома в современном политическом процессе России // Вестник Томского государственного университета. – 2014, № 349. – С. 46-54.

6. Гуляихин В.В. Политика и патриотизм в современной России // NB: Проблемы политики и общества. — 2013. - № 9. - С.1-19. DOI: 10.7256/2306-0158.2013.9.9121. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_9121.html.

7. Карамзин Н.М. Записка о древней и новой России в ее политическом и гражданском отношениях. [Электронный ресурс] / URL: http://www.hist.msu.ru/ER/Etext/karamzin.htm (дата обращения: 06.12.2016 г.)

8. Карамзин Н.М. Историческое похвальное слово Екатерине II. [Электронный ресурс] / URL: http://dugward.ru/library/karamzin/karamzin_istoricheskoe_pohvalnoe_slovo.html (дата обращения: 4.12.2016 г.)

9. Карамзин Н.М. История государства Российского. Т. I. – СПб.: Типография Н. Греча, 1818.

10. Карамзин Н.М. История государства Российского. Т. IV. – СПб.: Типография Н. Греча, 1819.

11. Карамзин Н.М. История государства Российского. Т. V. – СПб.: Типография Н. Греча, 1819.

12. Карамзин Н.М. История государства Российского. Т. IX. – СПб.: Типография Н. Греча, 1821.

13. Никонов В. Карамзин как респектабельный консерватор // Родина. – 2012, № 2. – С. 2-5.

14. Новая философская энциклопедия. Интернет-версия издания: Новая философская энциклопедия: в 4 т. / Институт философии РАН; Национальный общественно-научный фонд. [Электронный ресурс] / URL: http://iphras.ru/elib/1853.html

15. Оболянский Г.В. Российская политическая ментальность: изменяемся ли мы? // Социология в современном мире: наука, образование, творчество. – 2001, № 3. – С. 34-42.

16. Поиски национальной идеи не прельщают Дмитрия Медведева // Известия. 15 февраля 2008 г. [Электронный ресурс] / URL: http://izvestia.ru/news/418621 (дата обращения: 3.12.2016 г.)

17. Поливаева Н.П. Изменяется ли общенациональная политическая культура? (К вопросу о политической ментальности россиян) // Сова. - 2016, № 1 (28) – С. 152-159.

18. Послание Президента РФ. В.В. Путина Федеральному Собранию 1 декабря 2016 г. [Электронный ресурс] / URL: http://kremlin.ru/events/president/transcripts/messages/53379

19. Путин назвал патриотизм национальной идеей России. 3 февраля 2016 г. [Электронный ресурс] / URL: http://www.ntv.ru/novosti/1602231

20. Ручкин Б.А. Российское общество: патриотизм XXI века // Знание. Понимание. Умение. – 2015, № 1. – С. 52-70.

21. Фомина Н.А., Мартынюк Е.Е. Ценностные ориентации в культуре современного общества // Научный вестник Волгоградского филиала РАНХиГС. Серия: Политология и Социология. – 2015, № 2. – С. 96-98.

22. Яковенко И.Г. Теоретические основания цивилизационного анализа России / В поисках теории российской цивилизации. Памяти А.С.Ахиезера (сост. А.П.Давыдов). - М.: Новый Хронограф, 2009. - С.224-260.