.
II. Посиделки в кельях
Одной из традиционных форм проведения досуга в русской деревне до середины XX века были ПОСИДЕЛКИ. Посиделки – это обычай крестьянской молодежи собираться осенними и зимними вечерами в какой-нибудь избе для работы и развлечений.
Начинались посиделки с «Филипповских заговен», то есть с 14 ноября, и продолжались до Великого поста. В нашем селе дома, где организовывались такие посиделки, называли КЕЛЬЯМИ.
В « Толковом словаре» С.И. Ожегова, находим толкование слова КЕЛЬЯ:
Келья – отдельная комната монаха в монастыре.
В нашем же селе кельями называли маленькие домики. Обычно это были дома вдов или очень бедных людей, которые пускали на посиделки сельскую молодежь. Таких мест на селе было несколько. Молодые люди приносили хозяевам кельи дрова, керосин для ламп, как плату за помещение и гуляли в доме зачастую всю ночь.
«Да, конечно, собирались на посиделки. Да как было весело! Живёт одна бабулька, а у ней нет дров, нечем топиться, она пускала девчат на посиделки, а мы за это отапливали ее дом. Условия были у всех одинаковые. Свету не было, он появился где-то в 60-х годах, сидели с лампами, и керосин носили из дома по очереди, тогда денюшков не было. Эти посиделки и называют «келья». На каждой улице была келья, ну, может. и по две, ну, вот, мы, слободские, собирались в одной, поповские - в другой, на Заовражье тоже была. В селе было примерно 5-6 улиц, вот, считай, сколько келий-то было…
Приходили ребята с гармошкой. А мы как плясали! Очень интересно было. Нас много было на Слободе, человек 15, а на Поповке ещё больше. Общий стол не накрывали, этого не было».1
Этнограф В.И. Чичеров выделяет посиделки с работой и без нее. На посиделки с работой «девушки приносили прялки, либо шитье, или пяльца с вышивкой полотенец. В Ильинской волости Ростовского уезда, например, вязали варежки, участницы приходили с заданным старшими «уроком», то есть с нормой — сколько связать за вечер»2
В нашем селе в 50-х – 60-х годах XX в. на посиделки в кельи ходили в основном для развлечения: там не пряли и не вышивали, иногда только некоторые девушки приносили вязание:
« Кто желали, вязали, приносили с собой, ну только вязали, а мы плясали, с ноги на ногу».3
Во время постов развлечения молодежи прекращались. Накануне церковных праздников ходить в кельи тоже считалось грехом.
«Летом в кельях не собирались, только зимой. Примерно с октября или с ноября и до Великого Поста, постами тоже не ходили и перед праздниками церковными, перед воскресеньем - грех»4
В кельи собиралась «заневестившиеся» девушки (14—15 лет) и парни, начинающие «женихаться» (16—17 лет), дети присутствовали в качестве зрителей на полатях или на печи.
«Как же, мы бегали в кельи–то. Когда отец пустит, а когда сами убегали, озорничали. Мы маленькие были лет по 10-12, ходили только поглядеть, сами не плясали. Особенно любили, как Валенька Уланова с Любонькой Гавлачкиной плясали. Они самые лучшие плясуньи были. Как пойдут цыганочку с выходом! Как дробили! А выходили они в самом конце гулянья. Вот мы и ждали. Дома-то отец ругаться начнет, что поздно пришли, а мы ждали как Валенька с Любонькой сплящут!»5
В некоторых местах России существовали ограничения при посещении посиделок, например, в Ростовском уезде (Ярославской губ.) молодая крестьянка, родившая внебрачного ребенка, в течение года не допускалась на посиделки. Но и по истечении года другие девушки чурались ее, опасаясь, что в противном случае и о них может пойти дурная слава. Обычно такая крестьянка находила себе в какой-нибудь деревне подругу с похожей судьбой. Это отношение определялось тем, что потеря девственности считалась большим грехом. Парень, соблазнивший девушку, обычно на ней уже не женился.
В Маленковском у. (Владимирской губ.) на посиделки вообще не принимали девушек, которые были близки с парнями, да и сами они туда не ходили, «боялись быть осмеянными». Девушку с подобной репутацией, пришедшую на посиделки, кто-нибудь из парней мог просто выдворить из избы. Еще больше были различия местных норм в отношении участия молодых вдов в посиделках: от полного исключения такой возможности до активного и постоянного участия их наравне с девушками».6
В нашем селе о каких-либо ограничения на этот счет не помнят, но, как правило, замужние и женаты, вдовы и вдовцы уже не принимали участия в посиделках. Это не возбранялось местной традицией, но зачастую они сами считали для себя такую форму развлечения неприличной. Хотя после какой-нибудь гулянки, например, в престольный праздник, вся компания без различия возраста могла прийти в келью.
«В келию все шли, кто хочет, например, гулянка на селе, они - в келию.»7
В начале XX века на посиделках в кельях часть молодёжи оставалась ночевать.
«Напляшемся, бывало, и спать вповалку на полу. Все вместе, и девки, и парни. А ведь ничего плохого и не было… А утром бабы пойдут за водой к колодцу и глядят: из какой кельи парни идут, там, значит, девки хороши, почетны» 8
При всей демократичности посиделки не оставались без присмотра взрослых: в доме всегда присутствовала хозяйка, часто роль «хранителя нравов» выполнял гармонист. Он провожал пары домой после посиделок.
В середине XX века (50-60 годы), когда на селе уже действовали клубы, в кельи ходили после танцев в клубе, и ночевать уже не оставались.
«Мы в клуб ходили, а из клуба приходим - у нас ещё келия, нам недостаточно клуба. Мы там не ночевали, ничего, только повеселимся и домой, мы же приходили из клуба на некоторое время.» 9
Сначала в келью собирались девушки, затем с гармошкой приходили парни (могли прийти и общей компанией, с гармошкой) и начинались пляски с пением частушек, хороводные хоровые песни. Нередко вся молодёжь выходила на улицу, и отправлялись в гости в кельи, которые находились в другой части села, где все вместе начинали перепляс. Иногда такие выходы заканчивались дракой между парнями, если парень из другой кельи начинал ухаживать не за своей девушкой.
«А по кельям ходили, вот ребята позовут: «Девки, сегодня пойдём по кельям» - пойдём Мы со своим гармонистом и идём по кельям по остальным. Как интересно было!
А то одни парни ходили по всем кельям, вызывали нас, девчат, на пляску, мы им спляшем, что-нибудь, сдробим хорошенько, и они пошли в другую келью. Парни могли и сразу прийти, их было много и девчат тоже много. Вот из Глухова к нам ходили ребятки. Наверно, часто, потому что наши девчата дружили с ними.
А бывало, что парни дрались из-за девчат. Лампы били, пузыри. Особенно Ванька Сизенок озорник был. Как чего не по нему – раз! чем-нето в пузырь – и разобьет! Это такая вот угроза была всем. Лопнут пузырь-то у лампы, и сиди без света, ничего нету. Все, и пойдешь домой».10
« А у нас, у девок, было еще такое развлечение. Мы, бывало, платки свои оставляли прямо в келье. Вечером уходим в клуб, а после танцев – в келью. Платки наши все в куче лежат. Вот мы и торопимся побыстрее взять самый красивый платок. Свои не выбирали, а кто успеет, тот и выберет получше. А там уж – какой достанется»11
Ш. Пляски на посиделках
Собираясь на деревенских посиделках, молодежь пела, играла, но самым любимым занятием были, конечно танцы и пляски. В танце парни учились ухаживать за девушкой, аккуратно вести ее и управлять ею. Всегда в народных танцах парень должен пропускать девушку вперед, а девушка должна послушно следовать туда, куда направляет ее парень, подчиниться его манере танца. Парни во время танца выбирали себе пару, наблюдая за девушками, которая из них ведет себя скромнее, больше слушается его, а девушки выбирали самого вежливого и аккуратного, самого галантного кавалера.
Во время танца парень и девушка могли какое-то время пообщаться, пока никто не слышит за весело играющей гармошкой. Так что в традиционной культуре танец играл некую роль предсвадебного общения парней и девушек. Он был своеобразной школой отношений, которой сейчас очень не хватает.
Пели сармача, страдания, под наигрыш «русского» плясали и пели подговорочные частушки и «Четыре Кати», цыганочку, краковяк.
1. Краковяк
Краковяк плясали под гармонь или под балалайку. Количество пар неограниченно. Пары стоят по кругу, в затылок друг другу, парни образуют внутренний круг, девки - внешний. Движения пляшутся всеми парами одновременно.
Парень и девка держатся за руки.
Парень и девка делают приставной шаг друг от друга, потом обратно.
Идут четыре шага вперед.
Приставные шаги
Идут назад четыре шага, останавливаются. Девка переходит к следующему парню, и танец начинается сначала.
.
2. «Русского» и «Четыре Кати»
Под наигрыш «Русского» пели подговорочные частушки. Участвовали только девушки. Число их было произвольное. Все встают в круг, пропевают частушку (запевает одна – остальные подхватывают), а в проигрыше друг за другом двигаются, дробя, по кругу. Потом останавливаются, поют следующую частушку, прихлопывая в такт руками. «Четыре Кати» отличается лишь тем, что пляшут четыре девушки и начинается пляска с пения частушек про четырех девушек (дурочек, Кать), когда этот цикл припевок заканчивается, поют любые подговорочные частушки.
«Ой, да хорошо плясали. «Четыре Кати» плясали, это была одна из любимых плясок. Девки вставали крестом (квадратом). Одна запевала, а после проигрыш, мы дробим и двигаемся по кругу и так до конца. Начинали плясать так: кто-нето одна крикнет:
- Девки, где вы?
А мы отвечаем:
- Вот мы, тута!- а она снова:
- А моя Марфута упала с парашюта! - тут мы выходим, становимся и начинаем припевать:
Ах, ты, Катя, моя Катя,
Засучены рукава,
Нам из области прислали
Старых девок на дрова.
Нас четыре, нас четыре
Нас четыре Кати,
Нас четыре Кати
Давайте припевати.
Нас четыре, нас четыре
Нас четыре к четырём,
Неужели мы четыре
По залётке не найдём
Нас четыре, нас четыре
Нас четыре дурочки,
Неужели мы четыре
Не найдём по Шурочке
Нас четыре, нас четыре
Куда дели пятую,
Отдали мы пятую
В бабью жизнь проклятую
Нас четыре, нас четыре,
А когда же будет пять
Всё измена за изменой,
А когда будем гулять
На базаре я была
Всего насмотрелася
У торфушки на макушке
Колесо вертелося.
Куплю красного сатина
Куплю у татарина,
Сошью милому рубаху
Наряжу как барина.
Не ходите девки в век,
Где семнадцать человек,
Не поспеешь ложку взять
В чашке дёнышко ведать.
Меня милый изменил
На козе уехал в Крым,
А я маху не дала
На козлёнке догнала.
Меня милый изменил
Изменил и кается,
Изменённую любить
Пускай не собирается.
Меня милый изменил
Я по нём не плакала,
Завела себе другого
Любовь одинакова
Меня милый изменил
Я упала перед ним
Что я, дура, падаю
Перед такою гадаю.
3. Страдания
Страдания пели длинные, их называли («долги») и короткие («мирово»)
Ох подружка моя Катя,
Давай веточку качнём,
Ты налево я направо
И страдание начнём.
Ой страдание, страдание,
Страдание начали
Кого любила горячо
Да в армию назначили.
Ой страдание моё
Мать корову продала
А ещё одно страдание
На бутылку не дала.
Ой страдание моё
Страдание венское
Милый любит городскую,
А я деревенская.
Ой страдание, страдание
Страдание, страданец,
Милый с ульцы, а я на ульцу
Любви нашей конец.
Посвети-ка месяц ясный,
Посвети-ка молодой,
Посвети на ту дорожку
Где ходил мой дорогой.
Сяду я на лавочку,
Сяду на промытую
Вспомню я про милого,
Про любовь забытую.
Неужели это сбудется
По нашему году
Золотой венец наденут
На головушку мою.
Помни милый дорогой,
Как ты уговаривал,
Под ногами белый снег
До земли проваливал.
Милые родители,
Поители, кормители
А мы ваши дочери
Какие разговорчивы.
Ты подружка не хвались,
Что твой милый тракторист.
Я сама четвёртый год
Бригадир животновод.
А я страдание плясала
Каблучками цокала
И руками и ногами
Завлекала сокола.
Мой милёночек тихоня
Твой отчаянный елец
Подкатил к окошку чурочку
В окошечко полез.
Ох - страдание, страдание,
Страданье страданец,
Ты чего меня три годика
Обманывал, подлец.
IV. Игры на посиделках
В кельях между молодыми людьми завязывались контакты, которые зачастую оканчивались свадьбой, поэтому в посиделочных традициях очень много было «поцелуйных» игр. Часто играли «В бутылочку».
1. «В бутылочку»
«Все играющие усаживались в кружок, в центре которого по очереди раскручивали пустую бутылку. На кого покажет горлышко остановившейся бутылки, с тем нужно поцеловаться». 12
Одной из любимых была игра «Овес-повез»
2. «Овес – повез»
Все играющие становились в круг парами. Молодые люди в парах стоят спиной друг к другу. Внешний круг говорит:
- Овес! – а внутренний отвечает:
- Повез!
И одновременно пары поворачивают головы. Если головы повернули в одну сторону, значит, целуются, если – в разные, то меняются парами.13
3. «В ремень» («Палач»)
«Когда парни приходили, мы играли в «В ремень», а еще эту игру называли «Палач». Рассаживались все парами в круг, могли девка с девкой, могли парень с парнем, а могли девка с парнем. Выбирали палача – ведущего, у которого и находился ремень. Выбирали просто: спрашивали любого «будешь палачом»- «буду», а если нет, то к другому идут. Палач шел по кругу и спрашивал у каждой пары: «Хочешь ли ты себе другого соседа?» Если «нет», то он переходил к следующей паре, если «да», то он спрашивал, кого подать. И девушка или парень говорили имя того, кого они хотели бы видеть в своих соседях. Но этот человек находится в другой паре, и его сосед может отпустить или не отпустить. Если отпускали, то он садился рядом с тем, кто его выбрал, а сидящий там раньше, уходил на место выбранного. Но если сосед не отпускает свою пару, то, значит, он ее должен «выкупить»: тот, кто просит соседа назначает количество ударов по ладони ремнем. Удары были «горячие» (сильные) или «холодных» (потихоньку). Н-р пять «холодных», два «горячих».
Девушки очень редко задерживали парней, т.е. очень редко получали «горячих». В основном парни девок не отпускали.
Помню, мой-то пришел в келью, а мы как раз «В ремень» играли, так меня он весь вечер не отдавал никому. Все руки ему избили».14
V. Выводы
В результате работы мы выяснили, что посиделки в кельях оставались традиционной формой досуга сельской молодежи до 60-х годов двадцатого века. Последние десятилетия существовали параллельно с сельскими клубами.
Нам удалось реконструировать традиционные пляски и игры, которые использовались на посиделках.
Эта работа нас заинтересовала, и есть возможность ее продолжать
Записывая рассказы, мы стараемся сохранить все диалектные особенности местного говора, ведь традиция народа – это то, что полнее всего отражает его духовный облик и внутренний мир. Это живая национальная память народа, воплощение пройденного им пути и неповторимого духовного опыта. То, что в конечном итоге хранит человека от обезличивания, позволяет ему ощутить связь времен и поколений, получить необходимую в трудную минуту поддержку и жизненную опору.
VI. Список литературы
1. Баранова О.Г. и др. «Русский праздник. Праздники и обряды народного земледельческого календаря»- Санкт-Петербург «Искусство-СПБ», 2001
2. Ожегов С.И. « Толковый словарь»- М. «Русский язык», 1984
3. Рублев А.В., Рублева Т.С. «Духовно-нравственное воспитание и традиционная культура».- Новосибирск, 2007
4 Терещенко А.В. «История культуры русского народа» - М. ЭКСМО, 2007.
4. Чичерова В.И. «Зимний период русского земледельческого календаря XVI – XIX вв.» – М., 1990
VII. Приложения
Приложение №1
Паспорта исполнителей
Уланова Валентина Павловна, 1934 г.р. с. Суворово, Дивеевского р-на Нижегородской обл., образование 7 классов, пенсионерка, русская, проживает в с. Суворове.
Гавлачкина Любовь Ивановна, 1941 г.р. с. Суворово, Дивеевского р-на Нижегородской обл., образование 7 классов, пенсионерка, русская, проживает в с. Суворове.
Шиченкова Антонина Николаевна, 1943 г.р. с. Суворово, Дивеевского р-на Нижегородской обл., образование 7 классов, пенсионерка, русская, проживает в с. Суворове.
Сысонин Виктор Никифорович 1949 г.р. с. Суворово, Дивеевского р-на Нижегородской обл., образование средне- техническое классов, русский, проживает в с. Суворове.
Сысойкина Любовь Ивановна 1946 г. р. с. Суворово, Дивеевского р-на Нижегородской обл., образование высшее, учитель, русская, проживает в с. Суворове.
Матюшина Мария Ивановна 1928г.р. с. Суворово, Дивеевского р-на Нижегородской обл., образование 3 класса, пенсионерка, русская, проживает в с. Суворове.
Паспорта собирателей.
Бондарь Кира, 1996 г.р., ученица 7 класса МОУ Суворовской СОШ
Скотникова Е.В., 1965 г. р., учитель МОУ Суворовской СОШ
Приложение №2
Опросник
по теме «Посиделки в кельях»
1. Собирались ли вы в кельях?
2. Что такое келья? Почему их так называли?
3. Где собирались? Как расплачивались с хозяевами (чем)?
4. С какого возраста туда ходили?
5. До какого возраста можно было посещать посиделки в кельях?
6. Сколько келий было в селе? Какие там были условия?
7. Чем занимались в кельях?
8. Что приносили из еды? Накрывали ли общий стол?
9. Когда приходили парни?
10. Приходили ли парни из другой деревни?
11. Что плясали?
12. Во что играли?
13. Были ли в кельях устойчивые пары?
14. В какое время года ходили в кельи?
15. Как одевались?
16. Дрались ли парни на посиделках? Из-за чего?
17. Было ли что-то, из-за чего могли выгнать из кельи?
18. Как относились к девкам, которые родили внебрачного ребенка?
19. Ходили ли в кельи замужние и женатые, вдовы?
1 Уланова В.П., 1934 г.р. с. Суворово
2 В.И. Чичеров «Зимний период русского земледельческого календаря XVI – XIX в.в.»
3 Записано со слов Улановой В.П., 1934 г.р., с. Суворово.
4 Гавлачкина Л.И. , 1941 г.р., с. Суворово
5 Сысойкина Л.И. 1946 г.р. с. Суворово
6 В.И. Чичеров «Зимний период русского земледельческого календаря XVI – XIX в.в.»
7 Уланова В.П., 1934 г.р., с. Суворово
8 Матюшина М.И. 1928 г.р. с. Суворово
9 Уланова В.П., 1934 г.р., с. Суворово.
10 Уланова В.П. , 1934 г.р., с.Суворово
11 Гавлчкина Л.И., 1941 г.р., с. Суворово
12 Сысонин В.Н.1949 г. р. с. Суворово.
13 Сысонин В.Н.1949г. р. с. Суворово.
14 Гавлачкина Л. .И., 1941 г.р., с. Суворово
10
703
85 703 
