Классный час "К 225летию высадки черноморских казаков на Таманский полуостров"

Классный час

«К 225летию высадки черноморских казаков на Таманский полуостров»

Классный руководитель 6Б класса МБОУСОШ №11 Шумилова Г.Г.

2017 г

События, разворачивающиеся в XVIII веке, сыграли большую роль в новой истории Тамани. В результате русско-турецкой войны 1768-1774 гг. был подписан Кючук-Кайнарджийский мирный договор, который в большей степени отражал интересы России. Согласно этому договору во владение России переходили все южные степи, простирающиеся до реки Кубань.

В 1775 году императрицей Екатериной II был подписан манифест «Об уничтожении Запорожской Сечи». Часть запорожцев перебралась в Турцию, где основала так называемую Задунайскую Сечь. А в 1783 году князь Г.А. Потемкин на обломках разогнанной сечи создал новое казачье войско, которое позже стало называться Черноморским.

В 1792 году от лица всех казаков войсковой судья А.А. Головатый отправился в Петербург с прошением к императрице. В прошении сообщалось о том, что существует казачье войско численностью около 13 тысяч человек с уже сложившимся укладом. Далее казаки просили императрицу пожаловать им выгодные земли, где они могли бы вести привычный уклад жизни и приумножать численность войска.

А.А. Головотому удалось попасть на прием к императрице, где она дала свое согласие на назначение казакам земли. По прошествии четырех месяцев Екатериной II была подписана Высочайшая грамота, согласно которой казакам в вечное владение был отдан «остров Фанагория со всею землею, лежащей на правой стороне реки Кубани». Тридцатого июня 1792 года Екатерина II подписала указ Войску Черноморскому "в изъявление особливых внимания и милости, за мужественные подвиги на суше и водах и неустрашимую верность в течение благополучно оконченной войны с Портой Отоманскою" пожаловать казакам остров Фанагория с землями между Кубанью и Азовским морем лежащими, "в вечное владение". А заодно и присовокупила государыня две серебряные литавры, две серебряные трубы и войсковое знамя "За веру и верность", прикрыв "верным войском Запорожским" южные тылы донцов и обезопасив устье Дона и Азовскую губернию от набегов татар и ногаев собственной Черноморской кордонной линией. Черноморское казачье войско имело свою гребную флотилию, артиллерию, полки, духовенство, свой архив, администрацию. Переселить такое количество людей на новые земли, было не простой задачей. Поэтому войсковое правительство решило разделить войско на три отряда. На гребных лодках по морю переправлялся легкий отряд «лето», отряд «зима» двигался по суше на конях, и, наконец, завершающий отряд представлял собой обозы и семьи казаков.

25 августа 1792 года под командованием войскового полковника Саввы Белого казачья флотилия, состоявшая из 50 лодок и одной яхты, прибыла к таманскому берегу и первые из переселенцев-казаков ступили в свои владения. На Таманский полуостров высадились 3847 запорожских казаков, чтобы начать новую страницу истории Тамани и всей Кубани. С этого момента Тамань вновь стала частью России.

Переселенцы прибывали со своими семьями по морю и по суше вплоть до осени 1793 года. Всего прибыло 17 тысяч человек, из них около 5 тысяч дети и женщины. Просторы и богатства земли поразили переселенцев. Азовское море, Кубань и лиманы изобиловали рыбой. В прибрежных озерах казаки обнаружили богатые запасы соли. Степи и плавни были заселены множеством диких зверей и птиц. Свободных пастбищ было так много, что при теплом климате скот можно было разводить в значительном количестве, без особых затрат труда. На новых землях казаки основали 40 куреней. Центром стал город Екатеринодар, основанный в 1793 году.

Вот как описывает Виктор Соловьев прибытие казаков в Тамань: "В жаркий день 25 августа 1792 года часовой, ходивший по валу фанагорийской крепости, заметил в мареве моря, со стороны обрывистых берегов Крыма, множество парусов. Время было тревожным, ибо Османская империя, как в те годы называли Турцию, постоянно грозила высадкой десантов в Крыму и Тамани. Поэтому часовой вызвал свистком караульного начальника, который, взбежав на вал, тут же бросился докладывать о неизвестных кораблях местному коменданту. Командир 1-го батальона Таврического егерского корпуса премьер-майор Розенберг, лично удостоверившись в подходе целой флотилии парусно-весельных судов, приказал дежурным сигналистам подать сигнал тревоги. Барабан рассыпал тревожную дробь над обрывами Тамани, и из казарм выбежали толпы егерей, спеша стать в строй у ворот крепости. "Пальба будет! - закричал Розенберг.- Заряжай ружья!” Затем по команде Розенберга егеря побежали к береговым обрывам и залегли, чтобы огнем своих штуцеров прикрыть старинную пристань и устья лощин, спускающихся к Таманскому заливу. Артиллеристы тем временем, накатив на платформы свои пушки, зажгли фитили и забили заряды. Между тем суда, ловя парусами боковой ветер, медленно приближались. С самого большого из них, несущего яхтовое вооружение, вдруг ударила пушка, и на мачту медленно пополз Андреевский флаг... А суда, спустя паруса и резко взмахнув веслами, стали подходить к пристани. И вот на обрывах Тамани запестрели толпы вооруженных людей в живописных одеждах. С удивлением смотрели егеря на неведомых воинов, высадившихся на берега фанагорийского острова, на земле бывшего здесь в древности Тмутараканского княжества...”

Конницу сухим путем в обход Азовского моря повел второй после погибшего под Очаковым Сидора Билого кошевой атаман войска генерал-майор Захарий Чепега (он же известный в Сечи как Харитон - Харько Чепига, герой взятия Бендер, Измаила и Хаджибея-Одессы). Кошевой лишь 23 октября привел три конных, два пеших пятисотенных полка и войсковой обоз на Кубань, оставив их на зимовку в земляном Ханском городке на берегу Ейской косы. Спустя полвека на месте первой "черноморской" зимовки возник город Ейск.

После спада весеннего половодья кошевой 10 мая 1793 года во главе двух конных полков направился к Усть-Лабинской крепости для согласования строительства Черноморской линии с командующим Отдельным Кавказским корпусом генерал-аншефом Иваном Гудовичем.

Герой взятия Анапы и пленения в ней мятежного чеченского шейха Мансура ("Во всю мою жизнь не находил я себя в таком критическом положении, как под Анапой", - писал генерал графу Кириллу Разумовскому) был больше сосредоточен на строительстве укреплений восточнее, от верховьев Кумы до устья Лабы, против воинственных шапсугов и вайнахов, поэтому строительство западной части линии фактически переложил на плечи черноморцев, обозначив казакам границы их земель на востоке.

Двадцать третьего мая Чепега отдал приказ полковнику Козьме Билому расставить первые десять кордонов, образовавших первую часть кордонной линии. В Главном Ореховатом кордоне было семь старшин и 163 казака, на прочих постах от 49 до 57 нижних чинов со старшинами, всех же в этой части старшин здесь было 25, казаков 628. Во второй части линии было семь постов, с десятью старшинами и 216 нижними чинами. Части пограничной линии были поручены войсковым полковникам, имевшим пребывание в главных кордонах. Чепега не велел пускать горцев на российскую сторону, перешедших же самовольно представлять ему, а имеющих какое-либо дело на нашей стороне Кубани направлять в Бугаз и другие пункты, где были устроены меновые дворы. Позже было добавлено еще три поста - на каждый пост стали назначать по старшине, по 25 конных казаков и по 25 пеших.

На Черноморской гребной флотилии было 25 старшин и 375 казаков, но она потом была упразднена. Под началом Билого состояли Воронежский, Черноморский, Робленый, Кривой, Главный Ореховатый, Видный, Чернолесский и Армейский кордоны. Под началом поручика Захария Малого - Кара-Кубанский, Казачье-Ерковский, Главный Копыльский, Калаусский, Куркайский, Некрасовский, Сокуровый, Бугазский кордоны. Официальный рапорт Малого о расстановке кордонов 2-й части, подписанный 24 июня 1793 года, и считается днем рождения Черноморской линии (250 верст).

Именно кошевому Чепеге приписывают выбор места Главного Ореховатого кордона (на месте бывшего суворовского фельдшанца Архангельский) у урочища Карасунский кут. Именно отсюда Чепега начертал 12 июня судье Головатому несколько строк о том, что "расставивши по реке Кубану пограничную стражу, состою с правительством над оную при урочище Карасунском куте, где и сыскал место под войсковой град".

Получив разрешение командования на строительство города и куренных селений, кошевой 15 августа собирает в Карасунском куте против дубравы, называемой Круглик, казачью раду, которая решает "в достопамятное воспоминание имен Жизнодательницы нашей Великой Государыни Императрицы Екатерины Алексеевны воздвигнуть главный город Екатеринодар, построить в нем войсковое правительство и сорок куреней".

Они заслуживают, чтобы быть упомянутыми в анналах музы Клио: Батуринский, Брюховецкий, Васюринский, Величковский, Вышестеблиевский, Деревянковский, Джерелиевский, Динской, Дядьковский, Ивановский, Ирклиевский, Калниболотский, Каневской, Кисляковский, Конеловский, Кореновский, Корсунский, Крыловской, Кущевский, Леушковский, Медведовский, Минский, Мышастовский, Незамаевский, Нижнестеблиевский, Пашковский, Переяславский, Пластуновский, Платнировский, Полтавский, Поповический, Роговской, Сергиевский, Тимашевский, Титаровский, Уманский, Шкуринский, Щербиновский.

В 1794 году с прибытием землемера появился план "крепости и прикрепостного форштадта", арсенала и городских кварталов из трех рядов правильно расположенных куреней на излучине Кубани. К ноябрю в городе имелось 9 домов, 75 хат "на верси" (на земле), 154 землянки. Через два года в Екатеринодаре уже насчитывалось 365 домов, а число жителей составляло 1660 человек.

Генерал Гудович же тем временем восточнее создавал новую Кубанскую кордонную линию (протяженностью 360 верст), куда были переселены шесть донских казачьих полков, уже отбывших очередную службу на Кавказской линии и готовившихся отправиться в свои родные станицы. Недовольные донцы сначала бушевали от такого беспредела военных, но вскоре обжились на богатых землях и даже перетащили сюда голутвенных земляков, превратившись в "линейцев". Тысяча донских семей основала при крепостях Усть-Лабинской, Кавказской, Григорополисской, Темнолесской и Воровсколесской станицы Кавказскую, Григорополисскую, Прочноокопскую, Темнолесскую и Воровсколесскую.

Казаки служили 22 года в полевой службе и три года в гарнизонной. Каждый эскадрон три года служил, три года находился на льготе. Остальные войска сменялись погодно. Конный черноморский казак был вооружен ружьем, пистолетом, кинжалом, шашкой и пикой, пеший - легким ударным ружьем со штыком, который носился обыкновенно на поясе спереди вместо кинжала. Пластуны были вооружены нарезными штуцерами, к которым примыкались тесаки. Вне службы казаки носили черкесскую одежду.

Главную службу черноморских казаков составляло содержание кордонной линии и занятие укреплений, возводимых впереди нее в землях шапсугов и натхо-коаджей. Посты и батареи представляли собой четырехугольный редут с земляным бруствером и небольшим рвом; на крону бруствера накладывали гребень из терновника, а по контрэскарпу сажали колючий боярышник для охраны укрепления от эскалады. Посты и батареи вооружены были старой разнокалиберной артиллерией.

Пикет, или "бикет", был обнесен высокой плетневой оградой, внизу по грудь двойной, с промежутком между плетнями, с засыпкой этой пустоты землей; вокруг плетневого укрепления шел узкий ров. Внутри укреплений находились на постах и батареях постройки, просторные, но сырые и нездоровые, потому что не были подняты над землей, а почва здесь везде болотиста. Над каждым укреплением была устроена наблюдательная каланча: когда сторожевой замечал неприятеля, на вышке поднимались шары. На некотором расстоянии от укрепления была врыта в землю высокая жердь, обмотанная пенькой, сеном или соломой, иногда со смоляной кадкой наверху ("фигура", у линейцев "веха"). Если неприятель прорывался ночью, то эти огромные факелы зажигали.

Днем сторожевые бдительно осматривали противоположный берег Кубани и всю округу, вглядываясь в каждую тень на воде, в каждую волну, в каждое дерево, которое плывет по реке; прячась за плывущим бревном или пучком камыша и т.п., погрузившись по самый нос в воду, шапсуги старались подплыть к русскому берегу и спрятаться в прибрежных камышах с тем, чтобы ночью выйти на охоту. Когда наступал вечер, значительная часть спешенных казаков выходила из поста и украдкой располагалась "залогой" в опасных местах, по двое-трое в камышах, в болотах, в реке и зорко осматривая окрестность. Казаки, остававшиеся на посту, находились в готовности по первому известию или выстрелу скакать на место тревоги. С вечера, в полночь и на рассвете, а иногда и чаще, с постов отряжались разъезды по два-три человека каждый, направляясь по самым скрытым местам и часто меняя тропинки, чтобы не сделаться жертвой неприятельской засады. Во время тумана движение разъездов продолжалось до полудня.

Зимой, когда Кубань иногда покрывается льдом - "божьим помостом для хубхадедов" (удальцов), по словам горцев, нападения производились с большими силами; ночная пешая залога заменялась тогда конными караулами и учащенными разъездами. В зимнее время кордонная линия обыкновенно подкреплялась временными резервами, а если горцы напирали на линию чрезвычайными силами, войско выставляло на Кубань вне очереди всю свою пехоту, конницу и артиллерию, даже "внутренно служащих", то есть прослуживших уже 22 года. В это время пикеты, слишком выставленные вперед, покидались, их караулы стягивались к постам и батареям; кордонная линия принимала вид боевой линии. Горцы старались в это время, если не удавался грабеж, зажигать сено, рассеянное по степи стогами.

Особенно часто подвергались открытым нападениям участки кордонной линии, удаленные от моря; островки и отмели облегчали переправу наездникам, имевшим для этого тулуки (кожаные мешки, надутые воздухом), фашины, карчи и долбленые челны. В низовом участке Кубани, где река широка и много озер и болот, посты, батареи и пикеты могли сноситься между собой только на каюках, долбленых челнах, но и опасности здесь было меньше, кроме зимнего времени, когда замерзали болота, озера и река. Здесь главными деятелями были пластуны, названные так, может быть, потому, что всю жизнь свою проводили, лежа в тростниках и болотах, подстерегая горцев или подкрадываясь к ним ползком.Государство тоже не оставляло своих "верных". Император Павел I 22 августа 1799 года распорядился укрепить личный состав черноморцев "бродягами из Малороссийских, Польских и бывшаго Запорожья людей". Сложно сказать, насколько обогатилось войско витязями, но к началу XIX века на пограничных линиях уже насчитывалось порядка 90 тысяч казаков, готовых по завету "северной Семирамиды" защищать Россию "верно и с верою".

Казаки, прибывшие на Тамань охранять окраины Российской империи, не знали жизни без веры в Бога. В 1794 году по инициативе и активном участии А.А. Головатого в Тамани была заложена церковь во имя Покрова Пресвятой Богородицы. Церковь была выполнена в традициях русского классицизма конца XVIII века и на тот момент являлась первым каменным зданием, построенном на Тамани. Бытует легенда о том, что колокола церкви были отлиты из старых, побывавших в боях пушек запорожцев-сечевиков. На иконостасе располагаются иконы равноапостольских святых Кирилла и Мефодия, побывавших некогда на Тамани с просветительской миссией. На сегодняшний день церковь Покрова Пресвятой Богородицы является не только историко-архитектурным памятником, но и действующим храмом, в котором ведутся церковные службы.

Прошло не одно столетие, но таманская земля помнит, как впервые ступили на нее казаки. Жители Тамани чтят традиции предков-казаков, празднуют памятные даты таманской истории. Ежегодно в Тамани отмечается годовщина высадки запорожских казаков на Кубань. В память об этом событии в 1911 году в центре станицы, рядом с морской пристанью, был возведен памятник запорожцам. Бронзовая фигура казака со знаменем в руке с высокого пьедестала оглядывает просторы Тамани. На лицевой стороне памятника высечена надпись: «Первым запорожцам, высадившимся у Тамани 25 августа 1792 года под командой полковника Саввы Белого», а ниже барельеф с изображением парусных казацких судов. На противоположной стороне пьедестала увековечены строки известной песни А.А. Головатого.

До сих пор Тамань хранит традиции казаков, а большинство районных центров, станиц нашего края сохранили названия куреней Запорожской Сечи. Это Динская, Васюринская, Щербиновская, Калниболотская, Брюховецкая, Кущевская и многие другие.

http://www.azovskoe.com/istortaman11.php

http://slavakubani.ru/land-management/farms/voyskovoy-starshina-i-talantlivyy-khudozhnik/