"Марийские богатыри"

ОНАР-БОГАТЫРЬ

Когда-то в далекие незапамятные времена возле Волги-реки жил могучий великан. Звали его Опар. Был он так велик, что встанет, бывало, на крутом волжском откосе и только чуть-чуть не достает головой до поднявшейся над лесами цветка-радуги. Потому-то и называют марийцы радугу — Воротами Онара.

Сияет радуга всеми цветами, она так красива, что глаз не отвести, а одежда у Онара была еще краше: белая рубаха расшита на груди алым, зеленым и желтым шелком, подпоясан Онар поясом из голубого бисера, а на шапке — серебряные украшения.      

У богатыря Онара и шаг был богатырский: раз шагнет — семь верст позади оставит. Дорога ему была не нужна, он шел прямо через леса — могучие дубы и сосны перешагивал, словно мелкий кустарник. Не останавливали его и болота: самая большая топь для него была что лужа-калужинка, Был Онар охотником, добывал зверя, собирал мед диких пчел. В поисках зверя и бортей, полных душистого меда, он уходил далеко от своего жи-лища-кудо, которое стояло на берегу Волги. В один день Онар успевал побывать и на Волге, и на Пижме с Не-идой, впадающих в светлую Биче, как по-марийски называется река Вятка.

Однажды шел Онар по берегу Волги, и ему в лапти набился песок. Разулся он, вытряхнул песок — с той поры остались на берегу Волги курганы и песчаные холмы.

Попалась Онару на пути речка, и пришла великану на ум озорная мысль: набрал он земли в горсть и кинул ее в речку. Легла богатырская пригоршня поперек течения, запрудила речку, и тотчас разлилось перед запрудой большое озеро.

Про многие холмы и озера в Мари Эл народ говорит, что это следы древнего великана. И потому-то марийцы называют свой край землей богатыря Онара.

Чоткар-патыр

На зеленом берегу Илети, где впадает река Юшут, у бедного охотника Шумата родился сын Чоткар.

Чоткар рос не по дням, а по часам. Пяти лет он уже стал богатырем-великаном и часто ходил с отцом на охоту, один на один дрался с косолапым медведем и всегда побеждал его. А когда подрос, равного ему по силе не было во всей округе. Одним ударом кулака он мог сломать любую сосну, мог вырвать с корнем столетний дуб.

Поражались люди силой Чоткара и величали его Чоткар-патыр.

Любил Чоткар свой народ марийский, и народ его любил как сына. А богачам он не давал воли, и они, затаив злобу, выжидали время, чтобы отомстить любимцу народа.

Это было давно. Русские еще не строили городов около нас по Волге, а воинствующие ханы жили в степях, где пасли свой скот, и часто нападали на марийские селения.

Узнал об этом Чоткар-патыр. Собрал людей своего лесного края и пошел на степняков войной. Освободил он все захваченные врагом земли и прогнал ханов далеко в степь.

Ханские воеводы, проученные войском богатыря Чоткара, перестали нападать на земли марийские.

Однажды разнеслась тревожная весть, что занемог Чоткар-патыр. Со всех концов лесного края собрался к нему народ.

— Дорогие мои! — сказал Чоткар. — Прожил я долго. Пришла пора умирать. Похороните меня на высоком холме у любимой Илети.

Люди опечалились и плакали. Страшно было расставаться со славным богатырем Чоткаром. Но Чоткар успокаивал их:

— Не печальтесь, дети мои родные. Если будет вам тяжело, придите ко мне на холм и крикните громко: «Чоткар, Чоткар! Нас теснят враги!» Я встану и помогу прогнать их. Но помните: звать меня надо в самый тяжелый час, когда увидите, что врага одолеть сами никак не сможете. А меч мой и щит положите со мной.

Чоткар-патыр умер. Он лежал как живой среди лесных цветов. Его положили в дубовый гроб и похоронили на холме между деревнями Нурмучаш и Усола.

С тех пор прошло много лет... Вокруг холма вырос густой лес. Каждую весну холм покрывался душистыми цветами, он был весь в узорах, как красивый дорогой ковер. Близко к холму никто не подходил. Все свято чтили наказ лесного богатыря, жили по его заветам и оберегали его покой. Но богачам не нравилось, что трудовые люди ведут себя непокорно. Поэтому богачи задумали черное дело. Они подкупили одного марийца по имени Эшполдо, чтобы без нужды поднять Чоткара из могилы.

Пошел Эшполдо к могиле Чоткара и встретился по пути со стариком. Узнав о намерении Эшполдо, седой старик сказал:

— Не ходи туда, нельзя. Чоткар обидится, если понапрасну его потревожишь, и во второй раз не поднимется помогать нам. Тогда враг покорит нашу землю.

Эшполдо, выслушав старика, засмеялся:

— Уж очень вы, старики, всегда осторожны и всего боитесь.

Он и не думал слушаться советов мудрого старика.

Украдкой пробрался к холму, взошел на него и крикнул:

— Чоткар, Чоткар! Нас теснят враги!

Не успел он крикнуть, как ударил гром, холм содрогнулся, и раскрылась могила. Вихрем пронесся ветер и погнул деревья в лесу. Крышка гроба треснула, из могилы вышел Чоткар-патыр.

Он был так же высок и могуч, как и раньше. Сер¬бром отливали его седые волосы, а белая борода закрывала всю грудь. В руке его блестел тяжелый меч.

— Где враги, кого нужно бить? — прогремел он, сверкая очами.

— Нет никого, — в ужасе проговорил коварный Эшполдо. — Я только хотел узнать: правду ли говорят о тебе...

— Что ты наделал, несчастный мальчишка! — горестно сказал Чоткар и медленно опустился в свою могилу.

Через несколько лет о смерти Чоткара-патыра узнали ханские воеводы и снова напали на марийские земли.

Храбро дрались марийцы, защищаясь от пришлых кочевников. Но ханы наступали, их было больше. И начали они одолевать марийцев.

Чоткар, Чоткар! Нас теснят враги, — вскричали марийцы, собравшись у холма.

Но во второй раз Чоткар-патыр не встал...

Кокша – богатырь

А расскажу-ка я вам, почему речку нашу Кокшагой зовут... Было это давно. Прабабка моей прабабки и ее прабабка не помнят, когда это было, но было это так.

На этой самой реке жил тогда злой-презлой владыка Вараш. Охотники промышляли для него белку, лису, горностая и всякую другую пушную добычу, бортники приносили ему мед и воск, а бедные земледельцы — рожь, ячмень и разную огородную снедь.

Тех же, кто его воле не подчинялся, нещадно пороли розгами (такое было уже не так давно — и прабабка моей прабабки, и моя прабабка рассказывали, что богачи да служки царские так наказывали нашего брата, крестьянина, за ослушание).

Долго ли, коротко ли жили так люди, но вот в одном лесном илеме (хуторе; прим. by admin) у бедных родителей появился на свет мальчик. Назвали его Кокша. Отец сплел ему лыковую колыбельку и подвесил в правом углу избушки, поближе к очагу.

В первую же ночь около колыбельки появился богатырь Кугурак. Он склонился над ребенком и сказал:

— Возьми, Кокша, мою силу, а смелости научит тебя отец.

На вторую ночь к зыбке склонился богатырь Чоткар:

— Бери, Кокша, мою ловкость, а доброту ты получишь от своей матери.

На третью ночь к зыбке явился богатырь Акпатыр:

— Я отдаю тебе мудрость, Кокша, а любить нашу землю тебя научит народ.

С этой поры Кокша стал расти не по дням, а по часам. За двенадцать суток он превратился в высокого, широкоплечего парня — в настоящего богатыря. Отец дал ему лук и стрелы, велел идти на охоту. Кокша натянул тетиву и пустил стрелу вверх. Со звоном лопнула тетива, а стрела улетела выше облаков и не вернулась на землю. Пошел Кокша в кузницу и отковал наконечник для стрелы весом в полтора пуда. На обратном пути он вырвал молодой дубок и сделал из него лук. А из жил убитого им лося свил тетиву. Приладив наконечник к стреле, Кокша решил испытать лук. Он натянул тетиву и выстрелил в вековое дерево. Стрела прошила дерево насквозь, и оно раскололось.

Не прошло и недели, как слуги донесли Варашу о чудо-богатыре.

— Надо отнять у него силу богатырей, — сказал он слугам и научил их, как это сделать.

Часто Кокша уходил на охоту далеко, но возвращался домой одной самой короткой дорогой. Так вот, подручные Вараша в том месте, где Кокша переходил реку, сделали прорубь, а когда мороз затянул ее ледком, засыпали снегом. Возвращаясь с охоты, усталый, но с богатой добычей, Кокша провалился под лед и стал тонуть — плавать не успел научиться. Захлебнулся он водой и совсем было потерял сознание, но вдруг слышится ему голос:

— Вспомни о силе Кугурака. Встань на дно и оттолкнись.

И тут же подручные Вараша увидели, как сперва вспучился лед, потом раскололся на несколько льдин и Кокша-богатырь вышел на берег. «Все равно ему конец, — злорадно ухмылялись они. — Кокше негде обсушиться, и сильный мороз доконает его».

Понял и Кокша, что конец приходит ему. Одежда сразу обледенела. Но тут он снова услышал голос:

— Вспомни о ловкости Чоткара. Вставай на лыжи и беги.

Кокша надел лыжи и во весь дух помчался к дому. На бегу он вспомнил предание о том, как Чоткар, пока жена кипятила воду для ухи, успевал на лыжах сбегать на озеро в сорока верстах от дому, наловить рыбы и вернуться обратно. Кокша бежал так быстро, что домой он явился как ни в чем не бывало. Мороз так и не смог сковать его одежду.

Скоро Кокша узнал, что прорубь — дело рук подручных Вараша. Подошел он к крепости Вараша и крикнул:

— Эй, Вараш! Если ты не трус — выходи, сразимся в честном бою!

— Хорошо, я согласен биться с тобой, но если ты тоже не трус, то заходи, будем драться здесь, в крепости, на ристалище для кулачных боев, — ответил Вараш, и ворота крепости распахнулись. И тут снова Кокша услышал голос:

— Вспомни о мудрости Акпатыра: не бейся с врагами один, а собери друзей, подними народ, недовольный врагами.

Но не послушался Кокша голоса мудрости и вошел в крепость. Он не знал, что силу Кугурака он истратил, ломая лед, а ловкость Чоткара — в беге на лыжах.

Как только закрылись ворота крепости, на Кокшу надвинулась стража. Схватка была долгой и яростной, но врагов было много, и Кокшу заковали в цепи, на ноги надели кандалы.

— Бросьте его в сорокасаженный колодец! — приказал Вараш...

Долго ли, коротко ли просидел Кокша в колодце, но однажды на край сруба села Сорока-белобока. Обрадовался Кокша, просит Сороку:

— Сорока-белобока! Передай моим родным, что я у Вараша в колодце. Пусть они выручат меня.

— Глупых я не выручаю, — ответила легкомысленная Сорока. — Ты сам зашел в логово зверя.

И улетела.

Много ли, мало ли прошло дней, сел на край сруба Коршун.

— Коршун! Коршун! Передай отцу-матери, что я брошен в колодец.

— Не передам я это отцу-матери, — ответил Коршун. —Я дружу с Варашом и кормлюсь теми, кто брошен в колодец. Скоро придет и твой черед.

И тоже улетел.

А время идет и идет. Все больше и больше слабеет Кокша. И уж когда казалось, что нет надежды на спасение, сел на сруб Гусь.

— Друг, выручи меня, — простонал Кокша. — Передай...

— Знаю, чего ты хочешь, Кокша. Глупая тараторка Сорока всем болтает, что ты у Вараша в яме, но ты же знаешь, что ей никто и никогда не верил. Не поверили и твои родители. Ведь прошло больше пяти лет.

— Тебе поверят...

Гусь спустился в колодец, вырвал из крыла перо и подал Кокше. Тот смочил перо в кровавой ране и напирал на белоснежном крыле птицы свое имя.

И тогда о страданиях богатыря узнали во всех лёсных илемах. Самые старые и самые мудрые собрались на совет и стали думать, как помочь Кокше-патыру...

Однажды у Вараша был какой-то праздник. Вдруг перед воротами появилось стадо быков.

— Прими наш праздничный дар, владыка, — сказали старейшины. — Мы хотим заколоть этих быков и угостить твоих храбрых воинов.

— Ладно, — сказал Вараш, — половину быков заколите и сварите на дворе, а остальных загоните в мои хлева.

Старейшины разожгли костры... Подручные Вараша до отвала наелись вареного мяса и завалились спать. Ночью, когда все в крепости спали, старейшины разрезали бычьи шкуры, связали их в один длинный прочный ремень и спустили в колодец. Кокша обвязался концом сыромятного ремня, и его вытащили.

Под покровом ночи старейшины вывели Кокшу из крепости. Пока богатырь поправлялся и набирался сил, кузнецы ковали мечи и наконечники для стрел. Собрались воины со всех илемов, а во главе ратного войска встал Кокша-богатырь.

Вскоре злой Вараш и его приспешники были изгнаны, народ объявил Кокшу своим вождем, и с тех пор, говорят, эту лесную реку в честь своего богатыря-освободителя люди назвали Кокшагой.

МАРИЙСКАЯ ЛЕГЕНДА ПРО ЧЕМБУЛАТА

   Зимою среди белоснежной пустыни, а в летнее время среди зелени весёлых полевых цветов возвышается над тихой речкой утёс Живой камень.

   Не всегда, однако, бывало пустынно вокруг него. В давно минувшие времена здесь были большие селения черемисского народа, и жил среди них могучий и славный богатырь по имени Чумбулат. Человек он был простой, трудолюбивый и тихий в обычное время, но, как только неприятель угрожал нападением на родную страну, богатырь поднимался на её защиту. Верхом на буром коне c косматой белой гривой, вооруженный с головы до ног, Чумбулат выступал впереди своего народа, непобедимый и грозный, и всякий раз быстро сокрушал врагов и обращал их в бегство.

   Долго жил богатырь на свете, оберегая свою родину и народ, но пришла и ему пора умирать. Собрались вокруг него черемисы, плакали и скорбели о нём, а он утешал их:

   - Не бойтесь. Я никогда и мёртвый не дам вас в обиду. Когда плохо придётся, когда самим вам не справиться с неприятелем, подойдите тогда к моей могиле и скажите громким голосом: 'Вставай, Чумбулат! Враги у ворот!' Я встану тогда и обороню вас.

   С этим и умер Чумбулат.

   Торжественно похоронили черемисы своего богатыря в каменной круче в полном вооружении, какое надевал он на битву, похоронили вместе с бурым конем его, белохвостым, с косматой гривой. В каком виде выступал он, бывало, против врагов, в таком и похоронили его. Справили по нему богатые поминки и долго оплакивали тяжелую потерю:

   - Не стало среди нас великого Чумбулата! Нет с нами нашего богатыря!

   Шло время. Всё было благополучно, и мало-помалу Чумбулата начали забывать. И забыли бы о нём, может быть, совсем, как вдруг появился сильный враг и начал окружать черемисов непролазным кольцом. Вспомнили они тогда о своём богатыре, побежали к скале, к могиле его, и стали громко звать на помощь:

   - Вставай, Чумбулат! Вставай, враги у ворот!

   И дрогнула каменная круть, раскололась надвое, и появился из тёмной расщелины Чумбулат на коне своём, в кольчуге и шлеме, со щитом на руке, с копьём у стремени, с мечом над головой. Бросился он на чужих, колол, рубил, топтал обезумевших от страха врагов и быстро обратил в бегство неприятельское войско. А когда опасность миновала, Чумбулат, ни на кого не взглянув, молча вернулся к своей скале; снова замкнулась она за ним и поглотила его вместе с конем.

   Много времени прошло. Когда наступала беда, всякий раз Чумбулат выручал свой народ, и никакой враг не был страшен черемисам.

   Подсмотрели однажды ребятишки, как старшие вызывали на помощь себе Чумбулата. Начали они играть в войну, подбежали к скале и давай звать богатыря:

   Вставай, Чумбулат! Враги у ворот!

   Дрогнула скала. Выехал Чумбулат на коне, в полном вооружении. А неприятеля нет. Ни направо, ни налево - нет никого. Повернулся тогда богатырь и молча поехал обратно к горе и исчез в ней.

   Ребятишкам это понравилось. Сколько было и страху, и хохоту, и сколько потом всяких рассказов! Стали опять играть в войну и опять вызвали Чумбулата.

   Выехал снова на их зов богатырь. Не видя опять врага, он нахмурился и сердито повернул коня обратно.

   Мало и этого показалось мальчишкам. Они в третий раз вызвали богатыря:

   - Вставай, Чумбулат! Враги у ворот!

   Затряслась земля. Со страшным грохотом развернулась гора, и выехал оттуда разгневанный Чумбулат с мечом над головой. И конь с пеной у рта взвился на дыбы - только бы ринуться в битву. А неприятеля и в помине нет. Только окрестные черемисы в ужасе сбегались на грохот.

   Увидел их Чумбулат и крикнул им:

   - Не цените вы моих трудов, черемисы! Я вас спасал от всякого врага, а вы надо мной потешаться начали, понапрасну меня тревожить! Помните: ухожу теперь от вас навсегда!

   Опустил Чумбулат свой победный меч, повернул коня и скрылся в скале.

   Не стало с тех пор у народа защитника. Начались войны, некому было заступиться за черемисов. Молчалив стал и тих серый утёс над рекой; оброс он снизу мхом и травой, где шелестят иногда ящерицы, а на вершине его садится отдыхать дикий ворон.

   Но не пропали надежды у черемисов. Камень таит в себе живую силу. Настанет время - забудет Чумбулат обиду и защитит народ свой от всякого врага. Потому и зовётся этот камень Живым, что жива за ним великая сила и в народе не умирает вера в счастливое будущее.