Марк Твен в Украине

Марк Твен

в Украине

ОДЕССА

Утром 25 августа 1867 года американский пароход «Квакер Сити», преодолев около 10 тысяч миль от Нью-Йорка, бросил якорь в одесской угольной гавани. Нужно было запастись углём.

Гавань Одесского порта. Середина XIX века. Видна спускающаяся с плато Гигантская лестница, ныне Потёмкинская лестница.

Это и было первое круизное судно на Чёрном море. Что ж, и тут американцы оказались первыми. Программа тура была заманчива: посещение Франции, Италии, Греции, затем святых мест в Палестине, ну а на закуску посещение места не менее святого — Одессы. Этот пункт круизной программы возник не случайно: оживилось русско-американское сотрудничество. А деловые американцы такое быстро учуяли и сделали выводы. Поэтому на борту «Квакер-сити» был даже корреспондент газет «Дейли Альта Калифорния» и нью-йоркских «Трибюн» и «Геральд». Человек молодой и весёлый, позже прославившийся как Марк Твен, он тут же стал душой собравшейся на борту компании .

По возвращении он написал книгу путевых заметок «Простаки за границей», имевшую огромный успех и положившую начало литературной карьере писателя.

Марк Твен в целом благожелательно отзывался в своей книге об увиденном.

«По виду Одесса точь-в-точь американский город: красивые широкие улицы, да к тому же прямые, невысокие дома, вдоль тротуаров наша белая акация, деловая суета на улицах и в лавках…»

«Я не заметил ничего, что подсказало бы нам, что мы находимся в России. Куда ни погляди, вправо, влево, — везде перед нами Америка!.. Нам попались всего-навсего два памятника…».

«Один бронзовая статуя герцога де Ришелье, внучатого племянника прославленного кардинала. Он стоит над морем на широком красивом проспекте, а от его подножья вниз к гавани спускается гигантская каменная лестница — в ней двести ступеней, каждая пятидесяти футов длиной и через каждые двадцать ступеней — просторная площадка. Это великолепная лестница, и, когда люди взбираются по ней, они кажутся издали просто муравьями».

« Легкая бронзовая фигура Дюка де Ришелье скучала у начала невиданной лестницы. В Риме мы исходили немало лестниц, но такой не встречали. Она столь впечатляюща…».

Одесса очень понравилась великому американцу. Марк Твен побывал в гостях у брата генерал-губернатора Новороссийского края Михаила Воронцова, ознакомился с историческими достопримечательностями города, посетил антикварные магазины. Писателю запомнилось, например, как в одном магазине продавались две ценнейшие скрипки, правда, купить их можно было только… вместе с двумя шубами.

На улице Итальянской в доме Кортинга Марк Твен, которого как журналиста кормило перо, не нашёл сил пройти мимо магазина господина Миллера, как гласила вывеска: «изобретателя самых крепких в мире чернил». И здесь ждал сюрприз, испытать изобретение господина Миллера не удалось: чернила, как и вино Семёна Воронцова, продавались исключительно вёдрами. Причём, Твен отметил, что Одесса очень культурный город — здесь ведро вина стоило дешевле, чем ведро чернил…

КРЫМ. СЕВАСТОПОЛЬ

В августе 1867 г. Марк Твен побывал и в Севастополе.

Из записных книжек писателя видно, какую боль в его сердце вызвало посещение Севастополя, лежавшего в руинах после Крымской войны 1854-1855 гг.

« Наверное, ни один из городов России, да и не только в России, не был так сильно разрушен артиллерийским огнем, как Севастополь. И, однако, мы должны быть довольны тем, что побывали в нем, ибо еще ни в одной стране не принимали с таким радушием…»

« Помпея сохранилась куда лучше Севастополя. В какую сторону ни глянь, всюду развалины, одни только развалины! Разрушенные дома, обвалившиеся стены, груды обломков — полное разорение. Будто чудовищное землетрясение всей своей мощью обрушилось на этот клочок суши. Долгие полтора года война бушевала здесь и оставила город в таких развалинах, печальнее которых не видано под солнцем. Ни один дом не остался невредим, ни в одном нельзя жить.»

«Трудно представить себе более ужасное, более полное разрушение. Дома здесь были сооружены на совесть, сложены из камня, но пушечные ядра били по ним снова и снова, срывали крыши, разрубали стены сверху донизу, и теперь на полмили здесь тянутся одни разбитые печные трубы. Даже угадать невозможно, как выглядели эти дома.»

« У самых больших зданий снесены углы, колонны расколоты пополам, карнизы разбиты вдребезги, в стенах зияют дыры. Иные из них такие круглые и аккуратные, словно их просверлили дрелью. Другие пробиты насквозь, и в стене остался такой ровный, гладкий и четкий след, словно его нарочно шлифовали!»

«Тут и там ядра застряли в стенах,

и ржавые следы сочатся из—под них,

оставляя на камне теплую дорожку!»

«На этом страшном поле брани, где с таким неистовством бушевала смерть, теперь все спокойно — ни звука, ни живой души, кругом безлюдно, безмолвно, на всем печать запустения…»

Писатель посетил Редан (III бастион), Малахов курган, центр города. Марк Твен «глядел на все беспристрастными глазами», и увиденное произвело на него неизгладимое, удручающее впечатление. На память о героическом городе писатель взял найденные им на местах севастопольских бастионов несколько ядер и «другие портативные сувениры» и увез их в далекую Америку.

КРЫМ. ЯЛТА

Делегация американских путешественников была принята даже русским императором Александром II в его летней резиденции в Ливадии.

Приветственный адрес Александру II, написанный Марком Твеном от лица американских туристов.

Марку Твену, как единственному мастеру пера на борту, поручили составить поздравительное послание императору.

Парк в Ливадии

Ливадийский дворец

Более всего Марка Твена, по его словам, поразили очень скромное одеяние и простое обхождение российского монарха : «На императоре была фуражка, сюртук, панталоны – все из какой-то гладкой материи, бумажной или полотняной, без всяких драгоценностей, без орденов и регалий. Трудно представить себе костюм, менее бросающийся в глаза». Поприветствовав и поздравив гостей с приездом, император лично повел всех по аллеям парка, показывая все достопримечательности и наиболее интересные растения. Даже демократичных американцев это просто ошеломило. Так, очарованные, они и ходили по прекрасному Ливадийскому парку, а своему августейшему гиду тут же присвоили особый титул — «Украшение рода человеческого»

Парк в Ореанде

Великокняжеский дворец

в Ореанде

Всем гостям была предоставлена абсолютная свобода действий и экипажи по городу и окрестностям. Американцы не преминули этим воспользоваться: побывали в великокняжеской Ореанде, поразившей их даже более, чем довольно скромный Ливадийский дворец, увлеченно ездили по другим усадьбам, дачам, деревушкам и даже по горам! Если судить по записям Марка Твена, Южный берег Крыма путешественникам очень понравился – многие нашли его даже похожим на свою Сьерра-Неваду.

Марк Твен дал следующую характеристику нынешней "жемчужине" ЮБК Ялте:

"Деревушка Ялта гнездится внизу амфитеатра, кото­рый, отступая от моря, понемногу подымается и пере­ходит в крутую горную гряду, и кажется, что деревуш­ка эта тихо соскользнула сюда откуда-то сверху.

В ни­зине раскинулись парки и сады знати, в густой зелени то там, то тут вдруг сверкнет, словно яркий цветок, какой-нибудь дворец».

«Очень красивое место. Оно живо напомнило мне Сьерра-Неваду. Высокие су­ровые горы стеной замыкают бухту, их склоны щети­нятся соснами, прорезаны глубокими ущельями, то здесь, то там вздымается к небу седой утес, длинные прямые расселины круто спускаются от вершин к мо­рю, отмечая путь древних лавин и обвалов, — все как в Сьерра-Неваде, верный ее портрет".

Провожала радушная Ялта гостей салютом и фейерверком…