Наркомания — знак беды

Беседа с родителями

Наркомания — знак беды

Использована работа В. Ягодинского

Под влиянием общественного мнения нарко­ман вынужден скрывать свой порок. Он ищет поддержку в какой-либо группе, обычно состо­ящей из так называемых отбросов общества.

Развивающийся порок требует все более ча­стого приема наркотиков во все увеличиваю­щихся дозах. Необходимость постоянного их добывания толкает наркоманов на путь преступ­ления: кражи, взломы аптек, подделки рецеп­тов, даже убийства.

Угасают жизненные устремления и интересы. Человек утрачивает родственные чувства, при­вязанность к людям и даже некоторые есте­ственные влечения.

Человека, начавшего употреблять наркотики, сближает с группой наркоманов душевное рас­положение, сочувствие, наркотическая взаимо­помощь.

Вот характерное письмо школьницы, которое приводит ученый Д. В. Колесов: «Заканчиваю X класс, а перспективы на будущее никакой не вижу. Дело в том (трудно даже написать, но это правда), что я и мои сверстники употребляем наркотики. Первый раз взяла сигарету в 14 лет. Любимые певцы курят. Дело самоутверждения, престижа. Потом покурить дали что-то такое, что захотелось повторить. Поначалу было про­сто приятное ощущение, теперь — необходи­мость.

У нас в классе более 30 человек. Из них только трое не пробовали дурмана. Деньги надо на все это. Вот у нас и «коммуна». Сегодня у тебя есть, завтра — у меня. Каждый кому-то что-то должен, и просто так уйти из этого круга невозможно! Как уйти, если тебя держат долги, обязанности, страх за содеянное. Собираемся мы на квартире у того, чьи родители на работе. Нам надо всего 3—4 часа. Вечером в десять я дома. Мама с отцом ничего не знают. А те, которые знают, что они могут сделать? Я знаю многих людей, которые лечились, а толку?! Хорошо, если после лечения тебе есть куда ехать, а так — та же среда, те же друзья, те же долги и угрозы. И снова все идет по накатанной дорожке. Спасите нас. Спасите тех, кто еще не прикоснулся к этому угару».

Таким компаниям свойственен жестокий конформизм. При этом следует отметить, что дик­тат тем жестче, чем примитивнее интересы уча­стников такой компании, характер их общения. Проявляется он прежде всего в том, чтобы все были одинаковы в совместном проведении вре­мени. Групповые лозунги («У нас некурящих нет», «Пьем, как все!» и т. д.) становятся обязательными. Здесь есть свои табу, есть, на­против, сигналы, которые автоматически ведут к тем или иным действиям. Вспомним «Наших бьют!». Стоит подростку, юноше услышать этот возглас от одного из членов компании, и он бросается на помощь, ввязывается в драку, не разбираясь, кто бьет, за что бьет да и бьет ли вообще.

В подобных компаниях употребление алкого­ля, наркотиков становится практически неиз­бежным моментом общения. По свидетельству правоохранительных органов, сегодня мир нар­команов структурно организован. Имеются раз­личные региональные группы сверстников, ко­торые контактируют на квартирах, в парках, на дискотеках, на вокзалах и в других местах.

В одном из медицинских журналов рассказа­на такая история: «...Мы спускаемся по сту­пенькам в подвал жилого дома. Помещение разделено деревянными перегородками. Не­сколько раскладушек. Это так называемый спаль­ный вагон, где подростки «балдели». В другой половине на стойке — бутылки с этикетками. В них химические препараты. На стенах — порт­реты рок-музыкантов.

Катя, ученица VIII класса, посещала этот подвал, где ее научили глотать таблетки.

— Вот,— говорит,— проглотишь эти таблетки, и у тебя перед глазами разные цветные картин­ки появятся, как в мультфильмах.

Выпила сразу 10 таблеток. После этого при­шла домой. Ничего не чувствую. И вдруг вижу: моя голова от шеи отделяется и к форточке плывет. Я — за ней, а она — от меня.

У самой форточки голова обернулась, показа­ла мне язык и вылетела на улицу. Я кричу: «Стой!» А дальше ничего не помню...

Совершенно случайно услышала звон стекла Катина мама. Она прибежала и успела снять с подоконника дочь, которая собиралась прыг­нуть за своей головой с девятого этажа».

А вот рассказ врача.

«Высохший человечек метался по койке в больничной палате с зарешеченными окнами. Его тело билось и корчилось в конвульсиях, покрывалось крупными каплями пота. Время от времени начинались мучительные, судорожные позывы к рвоте. Больной плакал, ругался, умо­лял, грозил, кричал диким голосом:

— Спасите! Умираю! Доктор, укол! Будьте вы прокляты! Черви, белые черви грызут меня! Уберите червей!

Он с омерзением стряхивал с себя что-то невидимое. И снова начинал кататься по койке, рыча от боли.

Это и есть синдром абстиненции, или «лом­ка». Она возникает, когда человека лишают привычного наркотика. Начинаются мучитель­ные боли в теле, желудке, кишечник;. Звон и шум в ушах. Сердце бешено колотится. Повы­шается температура. Все суставы выворачивает. В таком состоянии возможна и смерть. Однако привычная доза наркотика все это как рукой

снимает. Но стоимость этой дозы превы­шает месячную зарплату. И из-за спасительного наркотика человек готов идти на что угодно.

На соседней койке, поджав ноги, лежал боль­ной с туго перебинтованным локтём и пред­плечьем левой руки. Он вскрыл себе вены, находясь в состоянии абстиненции, так как достать наркотик, не мог».

Но есть и другие судьбы. Оказывается можно уйти от наркотиков даже без помощи врачей.

Вот письмо бывшего наркомана в молодеж­ный еженедельник «Собеседник»:

«Я — наркоман с десятилетним стажем, я знаю, что многие после первого раза мимо наркотика равнодушно не пройдут. Я начал лет с 15 и до 25 мучился этим.

Год 1975-й. Время стиля хард-рок. идолопоклонение. Чего душой кривить, наркотик я попробовал скорее не из любопытства, а из-за подражания. Кому? Западной молодёжи…

Была у меня девушка, и она тоже хотела «красиво» жить. Девушка впоследствии стала моей женой и матерью моего ребенка, так и жила наша «семья». Даже сына, еще родив­шегося, мы не пощадили. Жена принимала отраву до последнего дня беременности. Вот как это «невинное» развлечение затягивается. Лечился два раза. Но не хотел бросать наркоти­ки, потому что не видел лучшего в жизни. Считал себя гением. Благодаря морфину я, дескать, такой великий поэт. А стихи все были наркотического содержания, описание бреда.

Почему я бросил колоться? Потому что в один прекрасный день я увидел себя не «хиппо­вым американцем», а русским парнем, отцом. Я увидел в 21 год возможность найти сотни увле­чений: например, подводное плавание и ту­ризм, спелеологию и книги. Особенно книги. Я увидел, что существуют кино и театр, молодеж­ные кафе. Я стал испытывать кипучую зависть к тем, кто здоров. Все мужики как мужики, и женщины их считают за таковых, а я — приви­дение. Да разве можно перечислить все преиму­щества нормальной жизни? Я не хотел больше жить призраком... Болел я тяжело, около 20 дней. По семь-восемь суток не ел, мучили рвота и понос. Все было, но самое противное — это постоянная близость истерики. «Ломался» я дома, без врачей. Зачем они были мне нужны, если я сам решил?

Послушайте, ребята, которые только начина­ют или тешат себя любопытством и мыслью, что, мол, только разочек — и больше никогда. Послушайте! Прошло около пяти лет, а состоя­ние «ломки» меня преследует и по сей день. Это называется «ложная ломка». Не верите? Это даже доказано врачами, а я на себе испытываю по три — пять дней несколько раз в году. Имен­но в такие дни можно сорваться. Вот мои заповеди для тех, кто хочет бросить наркотики.

Первое: постепенно снизьте дозу до миниму­ма.

Второе: не старайтесь облегчить себе «ломку» более слабыми средствами: вы только удлините свои мучения.

Третье: помните, если продержались два дня, то глупо эти два дня мучений выбрасывать коту под хвост.

Четвертое: чтобы бросить, вы должны сами этого хотеть. Вы должны мечтать о выздоровлении, жаждать все в своей жизни повернуть по-другому, хотеть стать сильным, модно одетым, нравиться женщинам. Мечтайте любить своего сына или дочь, завидуйте людям, у которых ничего не болит, и ненавидьте себя наркома­ном.

Пятое: я не стану советовать медикаменты. Это дела врача. Назову доступные методы. Это горячий душ или ванна (лучше баня). А от беспокойства по ночам, когда некуда деть руки и ноги и впечатление такое, что мясо от костей отслаивается, спите на холоде, на балконе, на свежем воздухе.

И шестое, самое главное: постарайтесь себе доказать, что ваша жизнь без отравы станет богаче и интересней, а не наоборот. Ведь мы думаем, что без отравы и жизнь будет серой и скучной. Какое же это роковое заблуждение!

Теперь я хочу ответить на письмо школьницы Иры К.

«Ира, ты просишь спасти тебя и тебе подобных. А что ты сама сделала, чтобы спасти себя и своих друзей по «кайфу»? Ты думаешь, что приедет добрый дядя и выручит? Пойми же наконец, что человек просит помощи только тогда, когда сам до последних сил сопротивлял­ся своей беде и сил не хватило. Нет, так дело не пойдет, сначала ты сама попробуй спасти себя. Могу дать тебе совет.

Первое: расскажи все родителям, даже если тебя и «погладят» ремнем. Второе: заинтересуй себя, а потом и ближайшую подругу, парня в том, что жить надо интересней, и убеди их, что до иглы, а значит, и до смерти (я не шучу) — один шаг. Даже полшага.

Когда ты высохнешь и на тебя не будут смотреть мужчины, когда ты родишь урода и будешь видеть страдания своего ребенка и осо­знавать, что эти страдания принесла ему ты, когда увидишь перед смертью, что ты обокрала себя, тогда будет поздно. Мне кажется, по сравнению с этим горем твои деньги и круговая порука в классе — мелочь. Выбирай: или то, что я описал, или мнение твоих друзей. Я не советую тебе их предавать — это подло. Я не советую от них убегать — это трусость. Ты должна их заинтересовать другой жизнью. Ты поверь мне, наркоману с десятилетним стажем, я сам бросил, хотя в 15—20 лет у меня тоже были мозги набекрень и я тоже искал спасения от скучной жизни в дурмане. Вряд ли ты захотела бы меня видеть своим мужем. В те времена ты бежала бы от меня, как черт от ладана. Вот так и другой парень не захочет тебя в жены, безвольную, с одним интересом — отрава! Ира, невозможного нет ничего. Ты на­пиши мне и увидишь — я не брошу тебя в твоей беде. Андрей. Магаданская область».

Желание выздороветь — половина выздоров­ления. Так считали древние. Эта истина не устарела сегодня, только теперь — другие ско­рости, и любое промедление опасно.

Больной наркоманией или его родственники беспрепятственно могут обратиться в любое пси­хиатрическое или наркологическое учреждение для получения как консультации, так и полного курса лечения.

Лицо, добровольно обратившееся в медицин­ское учреждение за оказанием медицинской помощи в связи с потреблением наркотических средств, освобождается от административной и уголовной ответственности. Это положение яв­ляется исключительно гуманным и одновремен­но имеет важное профилактическое значение.

На наркотики требуются огромные суммы денег. А где их взять? Прямая дорога к преступ­лению видна тут невооруженным глазом.

Безусловно, социально опасны лица, занима­ющиеся наркотическим промыслом. Они как бы концентрируют вокруг себя преступления. Причем часто тяжкие. Одним из мотивов убийств становится завладение наркотиками, расплата за них или большие долги.

Особого внимания требует вопрос о сексуаль­ном поведении юношества в связи с употребле­нием наркотиков. Оба эти явления взаимосвяза­ны.

К сожалению, и в нашей стране в крупных и особенно портовых городах заметную часть про­ституток стали составлять школьницы. Их при­общение к этому ремеслу часто происходит на фоне алкогольного опьянения или наркотиче­ского дурмана и, как правило, не обходится без последующего лечения в венерологических и психиатрических лечебницах.

Установлено, что вторым по значению путем заражения возбудителем СПИДа в США и За­падной Европе является передача вируса через загрязненные кровью шприцы и иглы, исполь­зуемые при введении наркотиков. Говоря об этой группе, нельзя исключить дополнительные каналы заражения, в частности, занятие прости­туцией для получения денег на наркотики.

Западногерманский журнал «Штерн» поведал об участившихся в ФРГ и других странах Запада случаях «спид-терроризма». Еженедельник рас­сказал о наркомане, больном СПИДом, кото­рый умышленно заразил сотню человек, ссужая им свой шприц для инъекций. Западная пресса сообщает о том, что будто некая «экстремист­ская организация наркоманов и гомосексуали­стов» грозит распространить СПИД по всему миру.

Школа должна активизировать пропаганду среди подрастающего поколения санитарно-ги­гиенических знаний по профилактике СПИДа. Это совершенно необходимо. Вот какие цифры приводит европейское бюро Всемирной органи­зации здравоохранения (ВОЗ): в 1993 г. в Афри­ке в ближайшее время будет заражен СПИДом каждый второй, в США — каждый пятый, в Западной Европе — каждый сороковой, в Во­сточной Европе (здесь подразумевается и наша страна) — один человек из двух тысяч. А потому срочно нужно действовать! Бороться с безнрав­ственностью и бездуховностью — это задача, прежде всего школы!

Закон предусматривает самые строгие наказа­ния за преступления, связанные с наркоманией. Сбытчики, распространители, лица, вовлекаю­щие в наркоманию, содержащие притоны, осуж­даются и приговариваются к длительным сро­кам заключения. Это меры карательные. А задача, прежде всего в предупреждении наркомании, ее лечении, воспитании людей.

Нам кажется далеким мир наркоманов. Лишь изредка кое-что слышим о нем от знакомых, что-то читаем в газетах. Мы осуждаем этот чуждый нам мир и, чаще всего, не желаем его понимать. Что делать, чтобы не допустить молодых лю­дей в стан наркоманов? Прежде всего нужно повысить их осведомленность о смертельной опасности наркотического дурмана. Антинарко­тический «всеобуч» необходимо начинать со школьного возраста.

Существует опасение, что это вызовет нездо­ровый интерес подростков к наркотикам. Одна­ко «умолчание» приводит к обратному — моло­дые люди оказываются не подготовленными к встрече с наркоманами, стремящимися вовлечь в свой круг новые жертвы. Получается, что любопытство ребят работает во всю мощь, а семья, школа и общественность бездействуют, опасаясь невольной пропаганды наркотиков.

Разъяснительную профилактическую работу с подростками надо вести без раскрытия техноло­гии изготовления и применения того или иного наркотика. Но проводить ее нужно. Это теперь не вызывает сомнений. Необходимо сформиро­вать у подростков представление о наркомании как о тяжелом, порой неизлечимом заболева­нии, быстро приводящем к смерти.

Опасность идет и от кошмарной антигигиены. Когда один шприц на всех, нетрудно подцепить любое инфекционное заболевание, в том числе и СПИД. Может произойти и другая трагедия. Почти никогда не известна точная концентра­ция наркотического вещества. А риск передози­ровки некоторых препаратов — риск смертель­ный. Неизвестно, не попали ли в вену волокна ватки, через которую фильтруется разведенный наркотик. Можно просто забыть промыть шприц

и иглу, а кипятить вообще некогда. Возможны и другие неприятности. С каждым разом уко­лоться все труднее: руки дрожат, не слушаются. Если иголка плохая, чуть дернулся — проткнул вену, запустил в кровоток воздух и, значит, жди закупорки мелких сосудов сердца, легких, дру­гих органов.

Разумеется, противонаркотическая пропаган­да должна быть наступательной и плановой, уровень разъяснительной работы — высоким.

Наркоманы (равно как и токсикоманы) при­общаются к пагубной привычке в группах себе подобных: так легче добыть наркотики, инфор­мировать друг друга и собираться на чьей-то квартире для коллективного употребления одур­манивающего зелья. В группах наркоманов ча­сто оказываются одноклассники, однокурсники, при этом далеко не всегда близкие по духу и интересам. Поэтому воспитателя, учителя долж­на настораживать частая и беспричинная смена подростками друзей.

Проводите наблюдение за повелением юно­шей и девушек на школьных вечерах, в клубах, на танцплощадках. Неустойчивая походка, на­рушение координации при полном отсутствии запаха алкоголя, расширенные зрачки всегда подозрительны и, как правило, свидетельствуют об употреблении одурманивающих веществ.

Если возникло подозрение в приеме наркоти­ка, школьника должен обследовать врач, кото­рый решает вопрос о консультации нарколога. Выявленные наркоманы подлежат лечению.