Она дошла до Берлина!

7

МБОУ Моисеево-Алабушская сош

Она дошла до Берлина

село Моисеево-Алабушка

Как это было! Как совпало -

Война, беда, мечта и юность!

И это всё в меня запало

И лишь потом во мне очнулось!..

Село М-Алабушка - малая частица земли Тамбовской. Надо думать, название восходит к тем далёким временам, когда протекала в этих местах речка Алабуха. Моисеево-Алабушка если и выделялась из тысяч русских деревень, то в лучшую сторону. Земля - сплошной чернозем - рожала хорошо. Если оглядеться от села М-Алабушка, то откроется знакомый и дорогой сердцу каждого русского пейзаж средней полосы, России. В широко раскинувшихся полях вьются и петляют дороги, редкие овраги. Разнотравье, земляника, грибы. На мягком лугу деревенская молодежь собиралась на посиделки, где играл огненный парень с трехрядкой. Водила хороводы, плясала в погожую погоду, а в ненастье собирались в крестьянских избах. Хороша мирная молодость!

Июнь 1941 года выдался сухим и знойным. Однако это не помешало вырастить богатый урожай. Высотой в рост человека стояли хлеба, наливались рожь, и пшеница на колхозных полях села М-Алабушка. Повсюду кипел напряженный труд, налаживалась жизнь.

В теплую ночь с 21 на 22 июня Моисеево-Алабушцы спали с надеждой на новый радостный день. Но ночь оказалась короткой и тревожной. Началась страшная война, постучавшая в каждый дом, в каждую семью.

До начала войны, на территории села М-Алабушка существовало 6 колхозов. И только в одном из них, в колхозе имени Коминтерна, был радиоприемник. Именно по этому приемнику сельчане узнали о начале войны, о нападении Фашистской Германии на СССР. Тот страшный день - 22 июня, навсегда запал в памяти Моисеево-Алабушцев. На следующие же дни, 23-24 июня, началась мобилизация мужчин в возрасте 20 лет. Люди собирались у Сельского Совета. Провожающие плакали, уходящие на фронт-молча рассаживались по повозкам и отправлялись на станцию Облавка, а оттуда уже в прифронтовые области. Из села М-Алабушка Уваровского района в годы войны по призыву и добровольно в Красную Армию вступило 550 человек.

Любая война - горе. Но эта, в которой не было пощады, ни старому, ни молодому, в которой обрывалось прекрасное и счастливое, в которой поставили на грань все человеческое, в которой живое сознательно уничтожалось, - такой еще не было.

С 1941 года производится массовый призыв женщин в армию. Среди призванных в армию и молоденькая девушка Мешкова Дуся.

Евдокия Мешкова родилась в 1923 году в селе М.-Алабушка. Семья была большая, под одной крышей жили вместе бабушка, дедушка, мать с отцом и пятеро детей: Павел, Петр, Евдокия, Татьяна и Мария. Родители с двумя сыновьями работали в колхозе, а на плечи юной Евдокии легло домашнее хозяйство. Работы Дуся не боялась, в 17 лет с подругами поехала на торфоразработки в Московскую область. Там она узнала страшную весть - война! Среди молодежи началась паника, все стремились быстрее разъехаться по домам. В родном селе Евдокия узнала, что братья уже на фронте. Дуся пошла работать в колхоз.

Позже три месяца она училась на курсах связисток, а потом - фронт. Уходила Дуся сражаться за свою землю, за своих родных и близких. Война - стала тяжелым испытанием для молоденькой девушки. И сколько бы лет ни прошло, она осталась в её памяти навсегда.

Мешкова Евдокия служила в батальоне связи, относилась к отделению, состоящему из 5 девушек и начальника - старшего сержанта. Шли впереди фронта по пятам за немецкой армией. Тянули кабель, выкапывали землянки, из них передавали ориентиры о приближении вражеских самолетов. «Все марки самолетов по звуку определяли, - вспоминает теперь бабушка Дуся, - советские летели шумно гудели, а немецкие самолеты работали чисто, будто жужжали. А когда начинались бомбежки, мы ложились на пол в землянке и от страха кричали во весь голос.»

Много горя пришлось повидать молоденькой Дусе: и страх перед смертью, и боль потерь. Многое до сих пор стоит перед глазами: убитые однополчане, глаза голодных детей, седые, еще не старые матери, слезы солдат.

Евдокия Андреевна побывала на нескольких фронтах с оружием в руках прошла Орел, Курск, Варшаву, дошла до Берлина. Военные, окаянные, дни навсегда утраченной молодости.

Память о войне не оставляет фронтовика и спустя шесть десятилетий. Каждый день, как яркие вспышки, эпизоды военного лихолетья выхватывает память. - Однажды поезд, на котором мы ехали, попал под обстрел фашистских самолетов. Все с криками стали разбегаться. Я тоже побежала и упала в воронку, образовавшуюся от взрыва бомбы. Вылезти самостоятельно не могла и потому громко звала на помощь. Но был такой грохот, что я не слышала даже себя. Я карабкалась наверх, падала на дно воронки и снова пыталась вылезти. Наконец, солдат, пробегавший мимо, остановился и подал мне винтовку. Я смогла выбраться, и мы вместе побежали в лес. Когда все стихло и мы пришли в себя, то оказалось, что моим спасителем был земляк, парень из соседней деревни. Помню, как смеялась, обнимая своего спасителя. Это были единственные слезы радости за всю войну.

Вспоминается Орел - здесь путь лежал мимо сожженных дотла деревень, немцы не оставляли за собой ничего и освобождение польского народа, благодарное Европа...

Навсегда в минуты фронтового затишья вспоминала, думала о родных и близких. А как там в родной далекой Моисеево- Алабушке! Как живут мать и сестра Мария! Женщины села Моисеево-Алабушка поседевшие и постаревшие от похоронок, от лишений и невзгод взвалили на свои плечи все тяготы войны. Не имея хлеба, спичек, женщины находили возможность уходить с детьми, стариками из лап смерти. Долгими и студеными зимами «добывали» огонь, хранили его по очереди в русских печах, а по утрам разносили жар в совках по избам. Вправе называть Прометеями этих неутомимых женщин - тружениц, которые пронесли Огонь жизни сквозь лихолетье.

Морозными, суровыми выдались зимы военных годов. В темные зимние вечера тускло светились окна в деревенских избах. Заснули ребятишки, старики, а они при чадящих лампах, коптилках и свечах вязали. С большой любовью, заботой женщины со старшими дочками вывязывали для бойцов шерстяные носки и варежки.

Обязательно писали записки с пожеланием здоровья и Победы и посылали их на фронт. Верили, что кто-то также позаботился об их родных.

Беспокоил голод. Он охватил село, отнимал у людей здоровье и жизнь. Чтобы как-то прожить, накормить семью, женщины готовили пищу из крапивы, листьев свёклы, мороженой картошки, собранной весной. Было тяжело!

А весной, летом и осенью женщины работали...

Они заменили на полях, на току ушедших мужчин. Скирдовали солому, возили с поля снопы, молотили зерно. На лошадях, быках работали в поле, косили рожь...

И при этом часто получали страшную весть о родных и близких - похоронки.

Безмерно тяжелы эти жертвы и утраты. Не было у нас ни одной семьи, которой не коснулась бы беда, которая не потеряла бы родного человека.

В семью Мешковых похоронка пришла на старшего сына Павла, а Пётр пропал без вести. Об этом на войне узнала Евдокия Андреевна. Кто ушёл на войну в восемнадцать-двадцать, был надеждой, будущим страны и народа. Но сколько их погибло, сколько им пришлось пережить за эту страшную войну!

- Особенно тяжко было на Украинском фронте, -вспоминает Мешкова Е.А., - приходилось сражаться не только с фашистами, но и с отрядами бандеровцев. Из батальона связисток пропадали девушки, изуродованные тела которых потом находили перед входом в землянки. От такого зрелища кровь стыла в жилах, девятнадцатилетние девушки седели на глазах.

Пламя войны терзало её долгие годы, и уже не хватало в сердце горечи, чтобы до конца осознать нечеловеческую муку войны. И боль становилась злобой на фашистов, сухой и едкой, как порох, брошенный на обнажённую рану. Быстрей бы дойти до Берлина!

Советская Армия шла на запад, шла с упорными боями - ведь впереди поджидали всевозможные рубежи, линии, валы и все их нужно было преодолеть. Дорога на Берлин...

Евдокия Андреевна вспоминает, что где ехать было нельзя, шли пешком. На хрупких девичьих плечах были винтовка, противогаз, на поясе -тяжёлые гранаты и патроны.

На дорогах лежали убитые немцы, одна сторона дороги - заминированное поле, другая - окружена лесом. Девушкам приходилось оттаскивать мёртвых немцев и идти дальше. Большая радость и удача, если подвозили на машинах. Когда вошли в Берлин, девчонки кричали в голос, причитая: «Конец войне! Я жива!».

Фашисты ожесточённо сопротивлялись, шли тяжёлые бои за каждую улицу, каждый дом Берлина. Из окон домов свисали белые простыни и полотенца. На улицах - развалины, разбитая военная техника. То там, то здесь догорали пожары. Испуганные немцы. Все понимали, что фашисты будут сопротивляться до последнего. И немногие знали: после того как мы водрузили знамя на рейхстаге, бои в рейхстаге шли ещё два дня и две ночи. Потери Красной Армии в Берлинской операции превысили 102 тысячи человек только убитыми.

В Берлине произошёл с молоденькой Дусей случай, который мог изменить её жизнь, если бы не человеческое понимание.

-Помню, - говорит она, - стояла в наряде в Берлине рядом с булочной. А оттуда так аппетитно пахло сдобным хлебом. Мы уже и забыли о таких запахах. Я совсем голову потеряла: пост оставила и пошла посмотреть. Иду обратно, булку жую, подхожу, а винтовки нет. Села и давай голосить, как у нас бабы в деревне это делали. Всё думаю, теперь только под трибунал. Тут подходит командир с моей винтовкой -это он её взял - успокоил меня, но свои три наряда вне очереди я получила.

Враг был повержен. Пришла Победа! Дуся, как и все советские солдаты, чувствовала: вот ведь наступает долгожданный мир. Сколько было разговоров, догадок о том, какая будет жизнь после Победы! Дожить бы только, скорей доконать врага! В этом был смысл всей военной жизни со всеми её невзгодами. Все готовы были всё перетерпеть, лишь бы наступило удивительное мирное время.

Летом 1945 года Евдокия вернулась домой. Радость возвращения омрачила весть о том, что сестра Татьяна уехала на строительные работы и там умерла. В семье остались две дочери.

После войны Дуся вновь пришла в родной колхоз. Стала кормилицей для своих родителей и племянниц. Замуж вышла лишь в 1968г. Муж - Иван Никитич, участник войны. В село Моисеево-Алабушка Иван приехал из Магадана, поэтому и Дуся завербовалась на Север. Молодая семья прожила там несколько лет. На заработанные деньги купили дом в родном селе и стали жить. Единственное огорчение мирного времени - детей Бог не дал супругам Мешковым. Но дом Евдокии Андреевны и Ивана Никитича не пустует: к ним в гости приходят дети и внуки сестры Марии, которых бабушка Дуся считает своими. Она рассказывает о своей нелегкой жизни и хочет, чтобы то страшное время, которое ей пришлось пережить, не повторилось...

- Да если ж бы не война - слышат тихое, вымолвленное б. Дусей сквозь сдержанную боль.

Не обошла жизнь Евдокию Андреевну испытаниями, не обошла и наградами. У нее орден Отечественной войны второй степени, медали «За отвагу», «За боевые заслуги» и другие награды.

В 2003году Евдокии Андреевне исполнилось восемьдесят лет. На юбилей её пришли поздравить соседи, племянники, внуки и правнук. Вспоминая свою нелегкую жизнь, ветеран войны Евдокия Андреевна Мешкова иногда говорит: «Несмотря ни на что, мы бывали счастливы».

И сегодня актуальны слова Маршала Советского Союза Г.К.Жукова, сказанные много лет назад, но имеющие глубокий смысл и ныне: «С каждым годом по времени мы все дальше и дальше уходим от военной поры. Выросло новое поколение людей. Для них война - это наши воспоминания о ней. А нас, участников этих исторических событий, становится все меньше и меньше. Но я убежден: время не имеет власти над величием всего, что мы пережили в войну. Это было необычайно трудное, но и очень славное время. Человек, переживший однажды большие испытания и победивший, будет всю жизнь потом черпать силы в этой победе.

Это справедливо и для всего народа. Наша победа в войне с фашизмом, говоря возвышенным языком, - звездный час в жизни советского народа.

В те годы мы еще больше закалились и скопили огромный моральный капитал.

Оглядываясь назад, мы всегда будем помнить тех, кто не щадил себя для победы над врагом нашей Родины».

7