Путешествие цесаревича Николая на Дальний Восток
Особое место в формировании «Большой Азиатской Программы», несомненно, занимает путешествие цесаревича Николая на Восток. Поход Николая Александровича был инициирован Александром III и приурочен к завершению его образования. Путешествие цесаревича рассматривалось как важный урок для будущего императора. Оно позволяло ему познакомиться с просторами великой страны и граничившими государствами. Это мероприятие имело огромное политическое значение, поэтому немаловажным было тщательно спланировать маршрут. В его составлении участвовали воспитатель Наследника Гр. Григорий Данилович, адмирал И.А. Шестаков, географ А.И. Воейков, а так же капитан 1-ого ранга Н.Н. Ломен. Создавая маршрут, было решено проложить путь из Европы к Владивостоку через Азиатские страны по морю. Данное решение позволяло цесаревичу укрепить дипломатические связи с правителями других стран, как на Востоке, так и на Западе. Стоит отметить, что по одному из планов маршрута Николай II должен был посетить и Америку, но сам он решил, что первоочередная задача заключается в путешествии по странам Востока. Данное событие отражает основное направление его будущей внешней политики.
По словам С.С. Одьденбурга, Николай Александрович «совершил необычайное по тому времени путешествие вокруг Азии»1. Что бы показать грандиозность всего события, можно привести следующие данные: за все время им было пройдено 51 000 верст, из них 15 000 - по железной дороге, 5 000 - в экипаже, 9 100 - по рекам, 21 900 - по морям.
Свой путь наследник начал 23 октября 1890 года, покинув Гатчину. Николай Александрович следовал сухопутным путем через Европу и прибыл в Триест. Данный маршрут был выбран из-за возможных дипломатических трудностей с Османской империей, под контролем которой находились проливы Босфор и Дарданеллы. С того момента, как цесаревич взошел на борт фрегата «Память Азова» и был поднят штандарт, началось его морское путешествие. Стоит отметить, «Память Азова» в разные моменты пути сопровождали такие крейсеры и канонерские лодки, как «Владимир Мономах» под командованием контр-адмирала В. Г. Басаргина, "Запорожец", "Адмирал Корнилов", "Бобр", "Кореец", "Манджур" и "Джигит". Таким образом, это путешествие, несомненно, превратилось в демонстрацию усиления военной мощи России во всем мире, но, в первую очередь, на Дальнем Востоке. Все это невольно показывало рост могущества Российской империи.
В Триесте на борту фрегата «Память Азова» уже находился брат Николая Александровича, великий князь Георгий Александрович, который проходил на нем службу в чине мичмана. Георгий сопровождал цесаревича только до Цейлона и из-за болезни вынужден был вернуться на родину. Тем не менее, вместе с наследником весь путь прошли его адъютанты князь В.С. Кочубей, князь Н.Д. Оболенский, князь В.А. Барятинский, Е.П. Волков, а также контр-адмирал В.Г.Басаргин, доктор В.К. фон Рамбах и художник Н.Н. Гриценко и князь Э.Э. Ухтомский.
Николай Александрович и его свита вышли из Триеста 26 октября 1890 и по морю проследовали в Грецию, где к нему после ознакомления с греческими городами и памятниками присоединился принц Георг Греческий. Затем маршрут лежал через Средиземное море к Порт-Саиду в Египте. В то время как корабли шли Суэцким каналом, цесаревич со своими сопровождающими лицами совершил поездку по Нилу и обратно, осматривая памятники Древнего Египта. От Суэца русские корабли через Аден проследовали в Индию и прибыли 11 декабря в Бомбей. Русские путешественники ознакомились со знаменитыми памятниками, а так же встретились с местными правителями - раджами. Окончилось его посещение индии в городе Коломбо.
Индию Николай Александрович покинул 31 января и через Сингапур и Батавию проследовал до Бангкока. Там цесаревич пробыл неделю и стал гостем сиамского короля Рамы V Чулалонгкорна. Как написал в своем произведении Э.Э Ухтомский, Николая встречали не как простого заморского царя, а как народного Гостя и Друга2. Стоит отметить, что в этот период у монархов устанавливаются доверительные отношения. Николаю был оказан теплый прием, более того он был награжден высшим сиамским орденом. Позднее Россия выступит посредником в отношениях между Сиамом и Францией, которая активизирует свою деятельность в Индокитае. Во многом лишь из-за вмешательства Николая II Сиам сумел сохранить свою независимость.
Затем цесаревич Николай Александрович посетил Сайгон. Этот визит имел огромное политическое значение для России: «Нам русским, почти никогда не заглядывающим на далекую Восточную чужбину, чтобы присматриваться к степени уменья и средствам европейцев-колонизаторов, посещение центрального уголка громкой по названию «Индо-китайской Империи», - управляемой из Парижа, - вдвойне поучительно»3.
Особого места заслуживает пребывание в Японии. Николай Александрович оказался в Стране восходящего солнца 15 апреля 1891 г. в сопровождении 6 кораблей русского флота. На встречу прибыл сам японский принц Арисугава-но-мия Тарухитэ. Стоит отметить, что цесаревич уже имел знакомство с ним во время посещения Арисугава-но-мия Тарухитэ Петербурга в 1889 г. Население Японии восприняло прибытие Николая II неоднозначно. С одной стороны, как и другие азиатские страны, оно видело в России духовного союзника, а с другой – соперника, находясь под воздействием со стороны Западных государств. Такая обстановка складывалась под воздействием прессы.
Первым Японским городом, который посетил Николай Александрович бы Нагасаки. В нем он пробыл в течении девяти дней и там же спраздновал Пасху. Цесаревич посетил пригород Нагасаки, а именно Инасамура, которую называли "русской" деревней. Там некоторое время проживали, потерпевшие кораблекрушение моряки, которые образовали семьи с японским населением, и позднее там появилось русское кладбище. Нагасаки так же посещали почти все русские корабли, которые шли на Дальний Восток или плавали в Южных морях. Стоит отметить, что именно местное население Нагасаки было наиболее доброжелательным по отношению к русским. В своей книге Э. Э. Ухтомский упоминает питейное заведение с символическим названием "Кабак Кронштадт".
Тем не менее, спокойное пребывание в Японии было омрачено трагическим происшествием, которое вошло в историю под названием "инцидент в Оцу". Как в своих воспоминаниях писал С.Ю. Витте: «…это событие вызвало в душе будущего императора отрицательное отношение к японцам…»4. Началось оно с того, что 23 апреля русская эскадра покинула Нагасаки, а уже 27 апреля прибыла в порт Кобэ, откуда в этот же день наследник со своей свитой отправился в Киото. Возле отеля "Токива", в котором остановился цесаревич, собралась враждебно настроенная толпа. Более того, в русскую дипломатическую миссию поступил документ с угрозами, подписанный кровью. Он был перенаправлен в МИД Японии, но виновного найти не удалось.
Через два дня Николай Александрович с принцем Георгом в сопровождении принца Арисугава-но-мия отправились в город Оцу. Возвращаясь обратно в Киото, длинная процессия из 40 джин-рикш медленно двигалась по улице, загруженной народом. В это время японский полицейский по имени Цуда Сандзо, отвечавший за порядок, выскочил из толпы кланяющихся и нанес два удара самурайским мечом по голове цесаревича. Очередной удар отразил принц Георг, и тем самым спас Николая Александровича от неминуемой гибели. Цуда Сандзо был скручен и связан. Николай сразу же был доставлен в близлежащий дом, где ему подготовили постель. Однако лезвие не вошло глубоко, и Николай отказался от постельного режима. По утверждению Э.Э. Ухтомского, первыми словами цесаревича были: «…это ничего, только бы японцы не подумали, что это происшествие может, что либо изменить мои чувства к ним и признательность мою за их радушие"5. Изменилось ли в действительности его отношение к японцам или нет - неизвестно, но позднее в своих письмах он писал, что этот инцидент не оказал серьезного влияние на него.
Вскоре цесаревич под плотным кольцом охраны был незаметно вывезен из Оцу в Киото, куда были направлены именитые врачи. 30 апреля в Киото прибывает сам император Мэйдзи, чтобы навестить цесаревича. На встречи, которая состоялась 1 мая, он предлагал отправить в Россию принца Арисугава-но-мия с извинениями за инцидент, но Николай воспротивился этому. Во второй половине дня японский император проводил Николая II до Кобэ, где на якорной стоянке стоял «Память Азова».
4 мая приходит срочная телеграмма от императора Александра III с приказанием отплыть во Владивосток. В день отплытия состоялась последняя беседа цесаревича с императором Мэйдзи. По состоянию здоровья Николай отклонил приглашение императора о встрече на берегу и пригласил его на фрегат "Память Азова". Перед отплытием наследник русского престола направил японскому императору личное послание, где отмечал, что от пребывания в Японии у него остались только положительные впечатления. Отплытие из Кобэ состоялось 7 мая. По прибытию во Владивосток он совершил сухопутное путешествие на Запад страны.
Таким образом, можно сделать вывод, что путешествие оказало на будущего царя огромное влияние. В первую очередь это связанно с тем, что Николай попал под хорошее культурное впечатление «варварской Азии» и в частности от посещенных им стран, благодаря различным памятникам, обычаям и подаркам. Кроме того, в ходе путешествия были установлены множественные дипломатические и личные контакты цесаревича с лидерами Азиатских государств, что являлось немало важным фактором для проведения внешней политики в этом регионе. Что же касается влияния на внутриполитическую составляющую «Большой Азиатской программы» Николая II, то здесь следует принять во внимание его сухопутное возвращение в Петербург, так как в это время произошло начало строительства Великого Сибирского пути – первое крупное дело наследника государственной важности, а так же личное посещение ряда городов Дальнего Востока, которое не могло не сформировать собственное видение проблем данной территории.
1Ольденбург С.С. «Царствование императора Николая II». т. 1. - Белград, 1939 С. 50.
2 Ухтомский Э.Э. «Путешествие на Восток Его Императорского Высочества государя наследника цесаревича, 1890-1891» т.2 С. 60
3 Там же, С. 111.
4 Витте С. Ю. Избранные воспоминания 1849—1911 гг. М. 1991. С. 288.
5 Ухтомский Э.Э. «Путешествие на Восток Его Императорского Высочества государя наследника цесаревича, 1890-1891» т.3 С. 42
574
99 474 
