Роль личности в истории. В. И. Ленин.

Роль личности В.И. Ленина в истории

— это комплексное исследование, которое позволяет не только изучить биографию и деятельность одного из самых противоречивых деятелей XX века, но и на этом примере разобраться в фундаментальном вопросе: насколько сильно отдельная личность может влиять на ход исторических процессов.

Структура проекта

Введение

Обоснование актуальности.

В современном обществе оценки роли Ленина остаются полярными, что затрудняет формирование объективного взгляда на прошлое. Анализ его деятельности помогает лучше понять ключевые события XX века и извлечь уроки для современности.

Цель: комплексное изучение влияния личности Ленина на историю России и мира, выявление факторов, определивших его воздействие, и оценка его наследия.

Задачи:

изучить биографию и формирование политических взглядов Ленина;

проанализировать его теоретические труды и их роль в развитии марксистской идеологии;

исследовать его участие в революционном движении и роль в Октябрьской революции 1917 года;

оценить последствия его политики в экономике, социальной сфере и культуре;

сопоставить различные оценки его деятельности в историографии.

Гипотеза. Предполагается, что более глубокое изучение фактов биографии и политических решений Ленина позволяет сформировать менее одностороннее представление о его месте в истории.

Основная часть

Глава 1. Исторический контекст и формирование личности

1. Обзор социально-политической ситуации в России конца XIX — начала XX века, которая способствовала возникновению революционных настроений.

2. Анализ факторов, повлиявших на мировоззрение Ленина: семейное воспитание, образование, знакомство с трудами классиков марксизма, личный опыт участия в студенческом движении и последующей революционной борьбе.

Глава 2. Теоретическое наследие и идеология

1. Рассмотрение ключевых работ Ленина («Что делать?», «Империализм как высшая стадия капитализма», «Государство и революция») и их вклада в развитие марксистской теории.

2. Анализ, как эти труды стали основой для формирования идеологии марксизма-ленинизма и как они были применены на практике.

Глава 3. Роль в революционных событиях и государственном строительстве

1. Детальный разбор участия Ленина в подготовке и осуществлении Октябрьской революции 1917 года.

2. Оценка его решений: подписание Брестского мира, создание СССР, переход к НЭПу, формирование основ советской политической системы (однопартийность, плановая экономика, пропаганда интернационализма).

Глава 4. Дискуссионные оценки и противоречия

Сопоставление различных точек зрения в отечественной и зарубежной историографии.

Выявление противоречий: с одной стороны, Ленин рассматривается как дальновидный лидер, сумевший радикально изменить ход развития страны и оказать влияние на мировое коммунистическое движение. С другой — как политик, чьи методы привели к массовым жертвам, авторитаризму и экономическому кризису.

Заключение

Владимир Ильич Ульянов родился 10 (22) апреля 1870 года в Симбирске (ныне Ульяновск) в семье инспектора народных училищ Ильи Николаевича Ульянова. В 1887 году он окончил гимназию с золотой медалью и поступил на юридический факультет Казанского университета, но уже через три месяца был исключён за участие в студенческих волнениях.

В 1891 году Ульянов экстерном сдал экзамены за курс юридического факультета Санкт-Петербургского университета и получил право на адвокатскую практику. Затем он работал помощником присяжного поверенного в Самаре, а в 1893 году переехал в Санкт-Петербург.

В апреле 1895 года Ленин впервые выехал за границу, где познакомился с деятелями международного рабочего движения, включая Георгия Плеханова. По возвращении он объединил петербургские марксистские кружки в «Союз борьбы за освобождение рабочего класса». В конце 1895 года был арестован и после года тюрьмы сослан в село Шушенское Енисейской губернии.

После окончания срока ссылки в 1900 году Ленин выехал за границу. В 1900 году он начал издавать за границей социал-демократическую газету «Искра». С 1901 года стал использовать псевдоним «Ленин».

В 1903 году на II съезде РСДРП произошёл раскол партии на большевиков (сторонников Ленина) и меньшевиков (их противников).

Ленин умер 21 января 1924 года в посёлке Горки Подольского уезда Московской губернии.

Формирование политических взглядов

Эволюция взглядов Ленина была сложной и прошла несколько этапов.

Изначально на молодого Ульянова повлияли идеи народничества. Казнь старшего брата Александра, участника покушения на императора Александра III, стала тяжёлым ударом и, по мнению многих исследователей, укрепила в Владимире непримиримость к существующему строю. Также на него произвёл сильное впечатление роман Н. Г. Чернышевского «Что делать?», который, по словам самого Ленина, дал ему «заряд на всю жизнь».

В 1888 году Ульянов вернулся в Казань и вступил в марксистский кружок, где началось систематическое изучение трудов К. Маркса, Ф. Энгельса и Г. В. Плеханова. Под влиянием Плеханова в 1892–1893 годах его взгляды начали смещаться от народнических к социал-демократическим. Сам Ленин позже признавал, что именно в этот период он «начал делаться марксистом».

В Самаре и Петербурге Ленин активно полемизировал с народниками и «легальными марксистами». В 1897 году он издал работу «Развитие капитализма в России», где доказывал, что в стране уже существует капиталистический уклад, и обосновывал неизбежность буржуазной революции.

Ключевым шагом стала идея создания централизованной, дисциплинированной партии профессиональных революционеров. Ленин заимствовал эту концепцию у Плеханова и Карла Каутского. На II съезде РСДРП в 1903 году он отстоял принцип обязательного участия членов партии в её делах, что и привело к расколу.

Дальнейшее развитие теории. В эмиграции Ленин написал ряд фундаментальных работ: «Что делать?» (1902), «Империализм как высшая стадия капитализма» (1916), «Государство и революция» (1917). Он развил марксистское учение, внеся важные уточнения:

О возможности победы социалистической революции в менее развитой, крестьянской стране. Ленин выдвинул тезис, что цепь империалистических государств может прорваться в её слабом звене, и такой звеном стала Россия.

Он доказывал, что социалистическое сознание не возникает спонтанно из экономического положения пролетариата, а должно быть «внесено» в рабочий класс теоретиками партии.

Ленин развивал идею об отмирании государства, но считал, что этому должна предшествовать его радикальная демократизация: выборность и сменяемость чиновников, их оплата на уровне зарплаты рабочих, привлечение к управлению широких народных масс.

После Февральской революции 1917 года Ленин вернулся в Россию и в «Апрельских тезисах» сформулировал курс на переход к социалистической революции, критикуя Временное правительство. Это стало программой действий большевиков до Октябрьской революции.

Таким образом, политические взгляды Ленина прошли путь от народнических идей через марксизм к концепции партии нового типа, нацеленной на захват власти.

Роль Владимира Ильича Ленина в революционном движении и Октябрьской революции 1917 года была определяющей: он был не просто участником, а главным идеологом, стратегом и организатором захвата власти. Ленин с юных лет находился в оппозиции к царскому режиму. После исключения из университета за участие в студенческих волнениях он сблизился с революционными кружками.

Ключевыми этапами его деятельности стали:

Объединение марксистских кружков. В 1895 году Ленин создал «Союз борьбы за освобождение рабочего класса», объединив разрозненные кружки Петербурга.

Разработка концепции партии. В работе «Что делать?» (1902) он выдвинул идею жёстко централизованной «партии нового типа» из профессиональных революционеров, способных возглавить массовый протест.

С 1900 года Ленин вместе с соратниками выпускал социал-демократическую газету «Искра», которая стала главным рупором его идей.

На II съезде РСДРП в 1903 году сторонники Ленина получили большинство голосов при выборах в руководящие органы партии, отсюда появилось название «большевики». Он возглавил большевистскую фракцию, которая позже оформилась в самостоятельную партию — РСДРП(б).

С 1907 по 1917 год Ленин жил за границей, продолжая руководить партией и писать теоретические работы.

Роль в Октябрьской революции 1917 года

После возвращения в Россию в апреле 1917 года Ленин сразу развернул активную деятельность.

Выступив с «Апрельскими тезисами», Ленин призвал к переходу от буржуазно-демократической революции к социалистической, выдвинув лозунг «Вся власть Советам!».

Ленин последовательно настаивал на необходимости захвата власти путём вооружённого восстания, вопреки позиции ряда членов ЦК большевиков (Л. Каменева, Г. Зиновьева), которые выступали за мирное развитие революции или коалиционное правительство.

В октябре 1917 года Ленин нелегально прибыл в Петроград и 24 октября (6 ноября) лично прибыл в Смольный институт, где располагался штаб восстания. Он определял стратегический курс, в то время как практическим руководством занимался Л.Д. Троцкий через Петроградский военно-революционный комитет.

25 октября (7 ноября) Ленин написал обращение о низложении Временного правительства. На открывшемся в тот же день II Всероссийском съезде Советов были приняты декреты о мире и о земле, а также сформировано советское правительство — Совет народных комиссаров (СНК), председателем которого стал Ленин. В ночь на 26 октября Временное правительство было арестовано.

Придя к власти, Ленин сосредоточился на строительстве нового государства:

Инициировал создание Всероссийской чрезвычайной комиссии (ВЧК) для борьбы с контрреволюцией и саботажем.

Возглавил разработку декрета об организации Рабоче-Крестьянской Красной Армии.

Добился заключения Брестского мира с Германией в марте 1918 года, несмотря на противодействие части партийного руководства.

В марте 1918 года по его инициативе столица была перенесена из Петрограда в Москву.

Стал идеологом и создателем Коммунистического интернационала (Коминтерна) в 1919 году.

Деятельность Ленина в этот период вызывает полярные оценки в исторической науке: одни видят в нём гениального стратега, заложившего основы нового типа государства, другие — политика, чьи методы привели к Гражданской войне и многочисленным жертвам.

Подписание Брест-Литовского мира 3 марта 1918 года стало одним из самых драматических и спорных эпизодов в истории России. Первая мировая война, длившаяся уже три с половиной года, измотала армию, опустошила казну, разрушила промышленность и вызвала массовое недовольство. Февральская революция свергла монархию, но Временное правительство, не решившись выйти из войны, продолжило кровопролитие. Октябрьский переворот, совершённый большевиками, обещал «мир народам», «землю крестьянам» и «власть Советам». В глазах уставшего от войны общества эти лозунги прозвучали как спасение. Но реальность оказалась иной.

Ленин с первых дней своей власти столкнулся с парадоксом: революция победила в стране, которая всё ещё находилась в состоянии войны с мощнейшими державами Европы. Германская империя, ощущая приближение победы на Восточном фронте, предъявила ультиматум: либо немедленный мир на её условиях, либо возобновление наступления. Условия были жёсткими — отказ от контроля над Прибалтикой, Польшей, Финляндией, Украиной, значительной части Белоруссии и Западной Украины. В совокупности это означало потерю почти трети населения, половины промышленности и более четверти плодородных земель Российской империи.

Большинство членов Центрального комитета РСДРП(б), включая таких видных деятелей, как Бухарин, Дзержинский, Луначарский и даже Троцкий, выступали против подписания мира. Они призывали к «революционной войне» — авантюрной иллюзии, будто бы советская армия, распущенная по ленинскому декрету, способна остановить германские войска. Троцкий, возглавлявший делегацию на переговорах, провозгласил знаменитую формулу «ни мира, ни войны» и уехал из Бреста, надеясь на вспышку революции в Германии. Этот шаг был не только политической ошибкой, но и проявлением пренебрежения к реальному положению дел.

Ленин же, вопреки всему, настаивал на немедленном подписании мира. Его аргументы сводились к одному: революция в России слишком слаба, чтобы выдержать новую военную кампанию, и потому необходимо выиграть время любой ценой. «Мир — любой ценой» — такова была его установка

Великая Октябрьская социалистическая революция победила под знаменем пролетарского интернационализма. Закономерным результатом дальнейшего развития и укрепления политических, экономических и культурных связей между советскими нациями явилось образование Союза Советских Социалистических Республик, воплотившего в жизнь великую ленинскую идею добровольного союза равноправных народов. Создание многонационального социалистического государства было выдающейся, всемирно-исторической победой национальной политики Советской власти и Коммунистической партии.

В 1922 г. Советское государство достигло новых успехов в борьбе за восстановление народного хозяйства. По ленинскому плану электрификации строились семь крупных электростанций: Волховская, Шатурская, Каширская, Кизеловская, Штеровская, Нижегородская и «Красный Октябрь». К пятилетию Советской власти были пущены две электростанции в Подмосковном бассейне - Бобриковская и Побединская. Характеризуя положение страны, В. И. Ленин тогда говорил: «Уже теперь мы имеем доказательство того, что мы, как государство, в состоянии вести торговлю, сохранить за собою прочные позиции сельского хозяйства и индустрии и идти вперед. Практическая деятельность это доказала» (В. И. Ленин, IV конгресс Коммунистического Интернационала 5 ноября - 5 декабря 1922 г. Пять лет российской революции и перспективы мировой революции, Соч., т. 33, стр. 389.).

Под руководством Коммунистической партии продолжала усиливаться вся система диктатуры пролетариата. Укреплялась революционная законность. Большое значение имело введение Гражданского, Трудового, Земельного кодексов, в которых закреплялись завоевания Октября и обеспечивалась защита прав трудящихся.

Успехи советского народа в его мирной созидательной работе вызывали радость трудящихся всего мира. К пятилетию Великой Октябрьской социалистической революции Советская страна получила многочисленные приветствия от пролетариев капиталистических государств. На состоявшемся в этот день торжественном заседании Московского Совета иностранные рабочие делегации приветствовали первую в мире республику труда. В ответной речи председатель Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета М. И. Калинин выразил удовлетворение тем, что пример Советской России вдохновляет зарубежных трудящихся.

Советский народ проявлял самоотверженность и героизм в борьбе с трудностями и разрухой потому, что его путь озаряла великая ленинская идея строительства коммунизма. Большую тревогу советских людей вызвала болезнь В. И. Ленина. Гигантская напряженная работа подорвала его здоровье; сказались и последствия злодейского покушения эсеров. Болезнь обострилась в сентябре 1922 г., но вскоре Ленин почувствовал себя лучше. 3 октября он председательствовал на заседании Совета Народных Комиссаров, а в ноябре выступал на IV конгрессе Коммунистического Интернационала и на пленуме Московского Совета. В этих выступлениях он охарактеризовал первые достижения Советской страны после перехода к новой экономической политике, уделив особое внимание задаче развития тяжелой индустрии.

«Тяжелая индустрия,- говорил В. И. Ленин на IV конгрессе Коминтерна,- нуждается в государственных субсидиях. Если мы их не найдем, то мы, как цивилизованное государство,- я уже не говорю, как социалистическое,- погибли. Итак, в этом отношении мы сделали решительный шаг. Мы добыли средства, необходимые для того, чтобы поставить тяжелую индустрию на собственные ноги» (В. И. Ленин, IV конгресс Коммунистического Интернационала 5 ноября - 5 декабря 1922 г. Пять лет российской революции и перспективы мировой революции, Соч., т. 33, стр. 389.). В выступлении на пленуме Московского Совета В. И. Ленин, раскрывая значение нэпа как пути к социализму, выразил твердую уверенность, что «из России нэповской будет Россия социалистическая» (В. И. Ленин, Речь на пленуме Московского Совета 20 ноября 1922 г., Соч., т. 33, стр. 405.).

Огромное значение для дальнейшего укрепления Советского государства имело завершение разгрома интервентов и белогвардейцев на Дальнем Востоке.

В мае 1921 г. при поддержке японских интервентов белогвардейцы подняли мятеж во Владивостоке, Спасске и других пунктах расположения японских войск, свергли власть правительства Дальневосточной Республики и создали контрреволюционное «временное приамурское правительство» во главе с крупными торговцами братьями Меркуловыми. В то же время активизировали свои действия белогвардейские банды под командованием барона Унгерна и атамана Семенова. После разгрома Унгерна силами Красной Армии и монгольской Народно-революционной армии японское командование сделало основную ставку на Семенова. Однако попытка назначить его «верховным правителем» потерпела неудачу вследствие сопротивления Меркуловых. Здесь сказались также противоречия между Соединенными Штатами и Японией; меркуловцы стали ориентироваться на американскую поддержку, и консульский корпус во Владивостоке по предложению консула Соединенных Штатов запретил Семенову приезд во Владивосток.

В декабре 1921 г. меркуловское «правительство» начало боевые операции против Дальневосточной Республики и партизан. Белогвардейцам удалось захватить Хабаровск. Но с января 1922 г. Народно-революционная армия Дальневосточной Республики под командованием В. К. Блюхера перешла в контрнаступление. Блестящую победу она одержала в сражении за станцию Волочаевку - укрепленные позиции белых на подступах к Хабаровску. 12 февраля после двухдневных упорных боев Волочаевка - «дальневосточный Перекоп» - была взята.

14 февраля Народно-революционная армия заняла Хабаровск. Белогвардейцы потерпели жестокое поражение и на других участках фронта. Не помогло им и назначение генерала Дитерихса «правителем» вместо Меркуловых. В октябре 1922 г. в боях под Спасском части Народно-революционной армии и партизаны, проявив высокую отвагу и мужество, разбили банды Дитерихса.

Японские интервенты вынуждены были покинуть пределы Дальнего Востока, захватив с собой и своего последнего ставленника. 25 октября 1922 г. Народно-революционная армия вступила во Владивосток.

Завершение гражданской войны и интервенции на Дальнем Востоке поставило в порядок дня вопрос о нецелесообразности дальнейшего существования Дальневосточной Республики. Трудящиеся Дальневосточной Республики хорошо сознавали неразрывную общность своих интересов с интересами народов РСФСР, с которыми их связывало единство целей в борьбе за построение социализма. На выборах в верховный орган республики - Народное собрание - коммунисты неизменно получали подавляющее большинство голосов. После изгнания интервентов движение за объединение с Советской Россией приобрело всенародный характер. Идя навстречу единодушному желанию трудящихся, Народное собрание 14 ноября 1922 г. постановило ликвидировать Дальневосточную Республику и обратилось во Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет с просьбой включить ее территорию в состав РСФСР. На следующий день, 15 ноября, ВЦИК удовлетворил эту просьбу.

Советская власть укреплялась. На этой основе расширялись взаимные политические и экономические связи независимых советских республик. Уже в 1920 г. Коммунистическая партия поставила вопрос об укреплении федеративного союза между ними. В тезисах по национальному и колониальному вопросам, написанных для II конгресса Коминтерна, В. И. Ленин выдвигал задачу «стремиться к более и более тесному федеративному союзу» (В. И. Ленин, Первоначальный набросок тезисов по национальному и колониальному вопросам, Соч., т. 31, стр. 125.). В том же году РСФСР и Украинская ССР заключили союзный договор, который предусматривал сотрудничество двух республик в различных областях их деятельности. В 1920-1921 гг. были заключены договоры между РСФСР и Белорусской ССР, между РСФСР и советскими республиками Закавказья.

В марте 1922 г. образовалась Закавказская Федерация Социалистических Советских Республик. Основная задача этой федерации состояла в том, чтобы обеспечить братское сотрудничество народов Закавказья и искоренить межнациональную вражду, усиленно разжигавшуюся буржуазными националистами и иностранными империалистами.

Объединительным стремлениям народов Советской страны, направленным на создание мощного союза советских социалистических республик, противостояли сепаратистские, центробежные тенденции, носителями которых были буржуазные националисты, отражавшие идеологию свергнутых эксплуататорских классов. Они пытались воздействовать на мелкую буржуазию и неустойчивые элементы среди рабочих и крестьян, разжечь межнациональную рознь, разобщить советские народы. Деятельность буржуазных националистов заметно оживилась в связи с некоторым ростом капиталистических элементов на первом этапе нэпа.

При переходе к нэпу активизировались и великодержавные шовинисты, выражавшие интересы и настроения разбитых классов - русских помещиков и буржуазии. Великодержавный шовинизм был опасен и тем, что его проявления способствовали росту местного буржуазного национализма.

Процесс объединения социалистических республик проходил в острой борьбе против великодержавного шовинизма и местного буржуазного национализма. Этой борьбой руководила Коммунистическая партия, стоявшая на страже братского единства народов. Установление диктатуры пролетариата обеспечило всем нациям и народностям бывшей Российской империи свободное национальное развитие и предоставило им полный суверенитет. Народы в соответствии с их волей и в зависимости от конкретной исторической обстановки могли объединиться в пролетарском многонациональном государстве или не объединиться. В. И. Ленин указывал, что вопрос о праве наций на самоопределение вплоть до отделения непозволительно смешивать с вопросом о целесообразности отделения. Последний вопрос Коммунистическая партия должна решать в каждом отдельном случае с точки зрения интересов пролетариата и всех трудящихся масс национальных советских республик. Победили объединительные тенденции, так как они отвечали коренным интересам всех народов советских республик. В этом проявилась историческая закономерность диктатуры пролетариата - власти, объединяющей народы, а не разъединяющей их. Советские нации пожелали объединиться в единое многонациональное государство потому, что они были тесно связаны друг с другом в экономическом, политическом и культурном отношениях, а также потому, что без такого объединения им было бы крайне трудно противостоять натиску международного империализма.

Объединение республик должно было осуществиться на основе полной добровольности. «Федерация может быть прочной, а результаты ее действительными,- говорилось в резолюции X съезда Коммунистической партии,- лишь в том случае, если она опирается на взаимное доверие и добровольное согласие входящих в нее стран».

Создание единого союзного советского социалистического государства диктовалось объективными причинами. В первую очередь было необходимо объединить экономические и финансовые ресурсы советских республик, координировать их планы социалистического строительства. При этом большую роль играли такие факторы, как исторически сложившееся разделение труда и единство основных путей сообщения.

Мировая и гражданская войны пагубно отразились на состоянии народного хозяйства страны. В каждом районе наиболее пострадали именно те отрасли, которые составляли предмет его специализации: горнодобывающая и сахарная промышленность на Украине, льноводство в Северо-Западной области, хлопководство в Средней Азии и т. д. Помимо непосредственного разрушения производительных сил, тяжелый урон нанесло нарушение связей вследствие возникновения различных фронтов и дезорганизации транспорта. Начавшееся после гражданской войны восстановление народного хозяйства и экономических связей между советскими республиками происходило на основе исторически сложившегося разделения труда. В то же время принципы национальной политики Советской власти предусматривали создание новых индустриальных очагов, разработку полезных ископаемых и других природных богатств там, где этого ранее не делалось. Изменения, вносившиеся в прежнее разделение труда, имели целью не ослабление, а дальнейшее усиление экономических связей между советскими республиками.

Образование союзного советского государства диктовалось задачами планового социалистического хозяйства. Частная собственность и капитал разъединяют людей, коллективная собственность и труд сближают их. Еще в 1920 - 1921 гг., когда был разработан план ГОЭЛРО, все советские республики изъявили желание участвовать в его осуществлении. Каждая из них была заинтересована в социалистической реконструкции своей экономики на базе электрификации. Строительство ряда электростанций проектировалось по заявкам республик: Днепровская, Штеровская, Лисичанская, Гришинская - по заявке Украинской ССР, Осиповская - Белорусской ССР, Ташкентская - Туркестанской АССР, Земо-Авчальская - Грузинской ССР. Комментируя карту электрификации, председатель Госплана Г. М. Кржижановский говорил, что план ГОЭЛРО нельзя выполнить разрозненными усилиями отдельных республик. Осуществить социалистическую реконструкцию народного хозяйства, добиться подъема производительных сил и благосостояния всех народов можно было лишь объединенными усилиями всех советских наций в рамках союзного многонационального советского государства.

Договоры, заключенные в 1920-1921 гг. между советскими республиками, содержали пункты о хозяйственном сотрудничестве, но не определяли его условий и не предусматривали создания объединенных планирующих и хозяйственных органов. Это вызывало большие затруднения при разработке как плана ГОЭЛРО, так и в особенности плана экономического районирования Советской страны.

Проект экономического районирования вырабатывался Госпланом РСФСР в 1921-1922 гг. с непосредственным участием крупных советских ученых (Г. М. Кржижановский, И. Г. Александров, С. Г. Струмилин и др.). Обеспечивая максимально благоприятные условия развития производительных сил всех национальных республик и областей, этот проект предполагал не ведомственное, а территориальное управление народным хозяйством. При его осуществлении открывались широкие возможности для творческой инициативы масс, а с другой стороны, усиливалась роль планового руководства экономикой.

Экономическое районирование предусматривало образование на местах экономических совещаний и усиление роли Госпланов и совнархозов. Этого нельзя было достигнуть без создания единых планирующих и хозяйственных органов.

Поэтому в 1922 г. в Госплане был поставлен вопрос об образовании планирующего центра для всех советских республик и выдвинута мысль о дальнейшем укреплении советской федерации конституционным или договорным путем.

Во всех республиках остро чувствовалась необходимость более тесного объединения хозяйственной деятельности. В августе 1922 г. Украинский экономический совет постановил «экономическое районирование производить в контакте и сотрудничестве с Госпланом РСФСР». В резолюции II съезда Коммунистической партии Азербайджана говорилось: «Перед нами стоит задача установления самой тесной связи между хозяйственными органами Азербайджана и Высшим советом народного хозяйства РСФСР». Центральный Комитет Российской Коммунистической партии в своем отчете за 1922 г. писал, что опыт хозяйственного строительства советских республик за истекший год «показал необходимость государственного объединения хозяйственных усилий республик и планомерного распределения имеющихся у этих республик ресурсов».

Объединение советских республик диктовалось также их международным положением и задачами укрепления обороноспособности.

Советское правительство в своей внешней политике исходило из возможности мирного сосуществования советских республик с капиталистическими странами. Победа над интервентами и белогвардейцами дала советскому народу мирную передышку. Однако агрессивные круги империалистических государств все еще надеялись реставрировать буржуазный строй в России, если не силой оружия, то при помощи подрывной деятельности, экономического и политического давления. Они также рассчитывали внести рознь в среду советских народов, противопоставить одни советские республики другим. В этих сложных условиях советские республики должны были соблюдать строгое единство действий на международной арене. В феврале 1922 г. восемь республик поручили делегации РСФСР представлять их интересы на Генуэзской конференции. В ноябре была сформирована объединенная российско-украинско-грузинская делегация для участия в Лозаннской конференции. Усиливался контакт между наркоминделами советских республик, создавались единые дипломатические миссии за границей. Такое же объединение деятельности происходило в органах внешней торговли.

Все советские республики выступали за скорейшее слияние вооруженных сил и военного руководства. Партийные и советские органы Украинской ССР несколько раз отмечали настоятельную необходимость этого. Аналогичные постановления были приняты Центральными Комитетами Коммунистических партий в Грузии и Армении.

Таким образом, в 1922 г. созрели все предпосылки для создания советского многонационального государства.

Однако было необходимо, чтобы эта идея овладела широкими народными массами. Одновременно нужно было найти форму такого государства. Коммунистическая партия, руководимая В. И. Лениным, успешно решила обе задачи.

С лета 1922 г. Центральный Комитет Коммунистической партии вплотную занялся проблемой объединения советских республик. 10 августа он создал комиссию для рассмотрения этого вопроса. Вносившиеся проекты, как правило, предлагали один из двух типов федерации, уже созданных жизнью: либо федерацию, основанную на автономии, либо сохранение и некоторое совершенствование системы договорных отношений между республиками. Многие видные партийные деятели - Д. З. Мануильский, Г. К. Орджоникидзе, И. В. Сталин и др.- высказались за первый тип, т. е. за «автономизацию» советских республик. В составленном И. В. Сталиным проекте тезисов указывалось, что советские республики - Украинская, Белорусская, Азербайджанская, Армянская и Грузинская - должны войти на автономных началах в состав РСФСР.

Запрошенные по этому поводу партийные организации национальных республик дали разные ответы: Закавказский краевой комитет Коммунистической партии, а также Центральные Комитеты Коммунистических партий Азербайджана и Армении одобряли этот проект, а ЦК Коммунистических партий Украины и Грузии возражали против него; ЦК Коммунистической партии Белоруссии стоял за сохранение договорной системы.

Противники «автономизации» исходили из того, что она повлечет за собой умаление суверенитета советских республик и может быть использована великодержавно-шовинистическими элементами. С другой стороны, под флагом борьбы против «автономизации» нередко выступали буржуазно-националистические элементы, имевшиеся в Грузии, на Украине и в других советских республиках.

Расхождения в мнениях по вопросу о форме объединения советских республик были преодолены благодаря мудрому руководству В.И.Ленина, который открыл совершенно новую форму союзного многонационального советского государства.

В. И. Ленин подверг проект «автономизации» глубокой критике и сформулировал (в своем письме от 27 сентября 1922 г.) гениальную идею образования союза суверенных советских социалистических республик. Он писал, что республики входят в новый союз, и важно, чтобы они поняли, что образование союза не уничтожает их независимости, а создает «еще новый этаж, федерацию равноправных республик» (Ленинский сборник XXXVI, стр. 497.). В. И. Ленин предложил создать общий ЦИК Союза Советских Республик, а не подчинять республики центральным органам РСФСР.

Выдвинутые Лениным принципы построения союзного государства основывались на идеях пролетарского интернационализма и добровольного союза равноправных народов. В записке, адресованной Центральному Комитету партии в октябре 1922 г., В. И. Ленин писал: «Великорусскому шовинизму объявляю бой не на жизнь, а на смерть» (В. И. Ленин, Записка в Политбюро о борьбе с великодержавным шовинизмом, Соч., т. 33, стр. 335.). Он также указывал, что Советское государство не может ограничиться установлением только юридического равноправия наций, но должно поставить своей задачей достижение ими фактического равноправия.

6 октября 1922 г. Пленум Центрального Комитета РКП(б) принял решение о форме объединения советских республик в союзное многонациональное государство. В этом решении полностью отразилась ленинская идея равноправия республик. Пленум постановил: «Признать необходимым заключение договора между Украиной, Белоруссией, Федерацией Закавказских республик и РСФСР об объединении их в «Союз Социалистических Советских Республик» с оставлением за каждой из них права свободного выхода из состава «Союза»».

Пленум выделил комиссию под председательством И. В. Сталина для разработки конституционных основ Союза ССР. В ее работе участвовали видные деятели партии: М. И. Калинин, С. М. Киров, Д. И. Курский, Д. З. Мануильский, А. Ф. Мясников, Г. К. Орджоникидзе, Г. И. Петровский, М. В. Фрунзе, М. Г. Цхакая, Г. В. Чичерин и другие.

Большое значение для работы этой комиссии имели указания В. И. Ленина. В своем труде «К вопросу о национальностях или «автономизации»» (декабрь 1922 г.) он писал: «Во-первых, следует оставить и укрепить союз социалистических республик; об этой мере не может быть сомнения. Она нам нужна, как нужна всемирному коммунистическому пролетариату для борьбы с всемирной буржуазией и для защиты от ее интриг». Ленин требовал, чтобы идея равноправия народов не была извращена. Он указывал, что нужно точно определить и гарантировать права союзных республик, сохранив полную независимость народных комиссариатов, ведающих внутренними делами республик. Считая необходимым создать единые союзные наркоматы обороны и иностранных дел, В. И. Ленин предлагал вопрос об этих наркоматах и о форме объединения деятельности других наркоматов представить на коллективное решение союзных республик (См. В. И. Ленин, К вопросу о национальностях или об «автономизации», Соч., т. 36,. стр. 557-558.).

В. И. Ленин подчеркивал, что подлинный интернационализм пролетариата ранее господствовавшей нации состоит в особо бережном и внимательном отношении -к национальным традициям и чувству собственного достоинства ранее угнетенных народов (См. там же, стр. 556.).

18 декабря 1922 г. Пленум Центрального Комитета утвердил разработанный комиссией ЦК проект Союзного договора.

Вопрос об образовании Союза Советских Социалистических Республик был широко обсужден в партийных организациях Советских республик, а также на съездах Советов и на собраниях трудящихся.

Состоявшаяся в октябре сессия Всеукраинского Центрального Исполнительного Комитета приняла резолюцию, в которой, подчеркивая полную добровольность тесного союза республик, отметила необходимость поручить Правительству войти в переговоры с правительствами советских республик об оформлении общесоюзных органов законодательных и исполнительных (Союзный ЦИК и Совнарком) и, в частности, органов, руководящих внешней, как общей, так и торговой политикой. Вслед за тем на Украине прошли многолюдные собрания рабочих, крестьян и интеллигенции. Они единодушно присоединились к резолюции ВУЦИК, подчеркнув в своих решениях необходимость незамедлительного проведения ее в жизнь. 10 декабря в Харькове открылся VII Всеукраинский съезд Советов. Доклад об образовании Союза Советских Социалистических Республик сделал заместитель председателя Совнаркома Украины М. В. Фрунзе. Все делегаты горячо приветствовали эту идею Союза. В выступлениях на съезде говорилось о всеобщем стремлении украинского народа к объединению с народами других социалистических республик. Съезд единогласно принял декларацию, содержавшую предложение об образовании Союза Советских Социалистических Республик и призыв к народам всех советских республик присоединиться к этому предложению. Решения съезда были восторженно встречены украинским народом.

13 декабря Минский Совет утвердил следующий наказ Всебелорусскому съезду Советов: «Принимая во внимание необходимость большого напряжения сил для дальнейшей трудной работы, IV Всебелорусский съезд Советов должен принять решение, которое создало бы еще более крепкую связь советских республик, сохраняя в то же время влияние каждой советской республики на дела всего союза советских республик». 14 декабря IV Всебелорусский съезд Советов в своем обращении «Ко всем трудящимся Белоруссии», а также в обращении к Президиуму ВЦИК РСФСР, ЦИК Украины и Союзному Совету Закавказской Федерации заявил о присоединении Белорусской ССР к предложению об образовании Союза.

В начале ноября азербайджанская республиканская партийная конференция приняла по докладу секретаря ЦК Коммунистической партии Азербайджана С. М. Кирова предложение об образовании Союза Советских Социалистических Республик и о вхождении Закавказских республик в состав Союза не поодиночке, а через Закавказскую Федерацию. В том же месяце этот вопрос обсуждала конференция коммунистических организаций Закавказья. В приветствии делегатам конференции рабочие-металлисты Грузии писали: «Коммунисты-металлисты считают, что совместная работа компартий Азербайджана, Грузии, Армении укрепит нашу коммунистическую работу в Закавказье, теснее сплотит рабочих всех трех республик в одну товарищескую семью и ускорит объединение Закавказской федерации с другими советскими странами в один мощный Союз Советских Республик». Конференция одобрила идею образования Союза и рекомендовала включить этот вопрос в повестку дня Закавказского съезда Советов.

На открывшемся 10 декабря в Баку Закавказском съезде Советов с докладом по вопросу об образовании Союза Советских Социалистических Республик выступил Г. К. Орджоникидзе. Он высоко оценил помощь, оказанную закавказским республикам Российской Федерацией, и указал, что лишь благодаря этой помощи закавказские республики начали восстанавливать свое хозяйство.

«Разве без материальной помощи Советской России,- говорил Г. К. Орджоникидзе,- укрепилась бы Советская власть здесь? Советская Россия присылала в прошлом году хлеб и продолжает присылать и в этом году. Она дала золото на восстановление оросительной системы на Мугани, она отпустила и в этом году 800 тыс. руб. золотом на закупку тракторов для Мугани. Она отпустила 640 тыс. руб. золотом на восстановление хлопководства в Армении, она, Советская Россия, ассигновала 700 тыс. руб. золотом на постройку гидроэлектрической станции под Тифлисом. А в прошлом году та же Советская Россия отпустила Азербайджану, Грузии, Армении более 8 млн. руб. золотом.

Грузия хочет построить текстильную фабрику. Она обращается к России. Россия отпускает средства на большую текстильную фабрику. То же самое дает товарищам армянам. Таким образом, из общего резервуара - России - берется все, что можно.

Существованием Советской власти, своим освобождением трудящиеся массы Грузии, Армении, Азербайджана целиком обязаны России».

В принятой I Закавказским съездом Советов резолюции говорилось: «Признать образование Союза - Советских Республик своевременным и целесообразным. В союз должны войти РСФСР, Украина, Белоруссия и Закавказская Федерация». Съезд принял решение о преобразовании Закавказской Федерации Социалистических Советских Республик в Закавказскую Социалистическую Федеративную Советскую республику в составе Грузинской, Армянской и Азербайджанской Социалистических Советских республик.

23 декабря приступил к работе X съезд Советов РСФСР. На нем присутствовало в качестве гостей около 400 представителей других советских республик, приехавших в Москву для участия в работе I союзного съезда Советов. Открывая X съезд, председатель ВЦИК М. И. Калинин подчеркнул историческое значение предстоящих решений.

Вначале предполагалось, что отчет правительства РСФСР на X съезде сделает В. И. Ленин. В письме, посланном членам Политбюро 15 декабря, он писал: «Я кончил теперь ликвидацию своих дел и могу уезжать спокойно. Осталось только одно обстоятельство, которое меня волнует в чрезвычайно сильной мере,- это невозможность выступить на съезде Советов. Во вторник у меня будут врачи, и мы обсудим, имеется ли хоть небольшой шанс на такое выступление. Отказ от него я считал бы для себя большим неудобством, чтобы не сказать сильнее» (В. И. Ленин, Письмо И. В. Сталину для членов ЦК по поводу выступления на X Всероссийском съезде Советов, Соч., т. 33, стр. 421.). В. И. Ленин готовился к этому выступлению, составил конспект речи, в которой наметил основные очередные задачи социалистического строительства и дальнейшего развития советской демократии.

В. И. Ленин не смог выступить на съезде Советов. Состояние его здоровья ухудшилось, что вызвало большую тревогу в народе. В президиум съезда поступили многочисленные запросы о здоровье Ленина и пожелания скорейшего выздоровления. Доклад об объединении советских республик сделал председатель Комиссии, избранной Пленумом ЦК, И. В. Сталин. Он проанализировал побудительные мотивы создания союзного государства и, в частности, указал, что в Союз объединяются лишь социалистические советские республики, политический и социальный строй которых однороден, т. е. РСФСР, УССР, БССР и ЗСФСР. Поскольку Бухара и Хорезм были в то время не социалистическими, а только народными республиками, они не могли войти в состав Союза. Съезд принял постановление о вхождении РСФСР в состав союзного государства и выделил полномочную делегацию для участия в разработке Декларации и Договора об образовании Союза Советских Социалистических Республик. Закрывая съезд, М. И. Калинин сказал: «Разве для нас не дорого имя РСФСР?! Оно дорого нам, Это имя завоевано в огне военных битв... Я вижу, как над нами развевается красное знамя с пятью священными буквами РСФСР. И мы, делегаты X съезда Советов, полномочные представители всей Советской Российской федерации, склоняем это дорогое, овеянное битвами и победами, укрепленное жертвами рабочих и крестьян знамя перед Союзом Советских Республик. Мы видим, как уже поднимается новое красное знамя Союза Советских Республик. Я вижу, товарищи, стяг этого знамени в руках Ленина. Итак, товарищи, вперед, поднимайте выше это знамя, чтобы его могли видеть все трудящиеся и угнетенные мира».

29 декабря 1922 г. собралась конференция полномочных делегаций РСФСР, УССР, БССР и ЗСФСР. Она обсудила проекты Декларации и Договора об образовании Союза Советских Социалистических Республик (СССР), а также порядок работы I союзного съезда Советов. Было решено, что на этом съезде Декларация и Договор будут утверждены в основном, а затем их рассмотрят и окончательно утвердят Центральные Исполнительные Комитеты союзных республик и II съезд Советов СССР.

30 декабря 1922 г. в Москве, в Большом театре, открылся I съезд Советов Союза Советских Социалистических Республик. На нем присутствовали 1727 делегатов от РСФСР, 364 от УССР, 33 от БССР и 91 от ЗСФСР. В 12 часов 45 минут старейший из делегатов, член ВЦИК П. Г. Смидович объявил об открытии съезда. Он сказал, что «единодушная воля трудящихся Украины, Азербайджана, Грузии, Армении и Белоруссии слить обособленные советские республики в единое целое, в мощное государство, союз социалистических советских республик, выражена на съездах Советов - Украины, Белоруссии и Закавказской Федерации. Эта воля с неописуемым энтузиазмом поддержана представителями трудящихся РСФСР на заседании X Всероссийского съезда Советов...»

Тексты Декларации и Договора об образовании СССР огласил И. В. Сталин. Декларация отмечала, что только в стране Советов, только в условиях диктатуры пролетариата, сплотившей вокруг себя большинство населения, оказалось возможным уничтожить национальный гнет, создать обстановку взаимного доверия и заложить основы братского сотрудничества народов. В Декларации излагались причины, настоятельно требующие создания СССР, и провозглашались равноправие и добровольность объединения. «Воля народов советских республик, собравшихся недавно на съезды своих Советов и единодушно принявших решение об образовании «Союза Советских Социалистических Республик», служит надежной порукой в том, что союз этот является добровольным объединением равноправных народов, что за каждой республикой обеспечено право свободного выхода из Союза, что доступ в Союз открыт всем социалистическим советским республикам».

Договор об образовании СССР определял в основном компетенцию и функции верховных государственных органов Союза, порядок выборов на всесоюзные съезды Советов, вводил флаг, герб и государственную печать Союза. Столицей СССР была избрана Москва. Договор предусматривал за каждой республикой право свободного выхода из Союза.

Все выступавшие на съезде делегаты горячо приветствовали образование Советского Союза. Съезд единодушно утвердил Декларацию и Договор и избрал первый состав Центрального Исполнительного Комитета СССР. Председателями ЦИК СССР были избраны председатели центральных исполнительных комитетов четырех союзных республик: М. И. Калинин, Г. И. Петровский, А. Г. Червяков, Н. Н. Нариманов.

Историческое значение образования СССР

Образование союзного социалистического государства было крупнейшей вехой в процессе развития социалистических наций советских республик. Открыв широкие перспективы для подъема материальных и духовных сил всех народов Советской страны, этот исторический акт придал сотрудничеству советских республик еще более тесный, планомерный и постоянный характер. Объединяющей силой в союзе равноправных наций явился рабочий класс, руководимый Коммунистической партией. Он сплотил трудящихся разных национальностей на борьбу против межнациональной розни, против великодержавного шовинизма и буржуазного национализма. Объединение советских республик в единое союзное государство имело огромное значение для успешной борьбы за построение коммунизма.

Создание добровольного союза равноправных и суверенных народов показало принципиальную противоположность двух систем - социализма и капитализма. История знала немало случаев возникновения многонациональных капиталистических государств, но такие государства основывались на насилии и приходили к своему неизбежному крушению. Ярким примером этого были постоянные политические кризисы в Австро-Венгрии и постигший ее в конце концов распад. Только на базе социализма удалось создать вполне жизнеспособное многонациональное государство.

Приветствуя I съезд Советов СССР от имени Коммунистического Интернационала, В. Коларов говорил: «Что касается исторического значения этого события,- то оно явственно всему миру. С тех пор, как человечество ведет свою историю, в первый раз массы многочисленных народов, обитающих на такой большой территории, осуществляют право свободно располагать сами собой».

Создав добровольный союз равноправных народов, советские люди завоевали симпатии трудящихся всех народов мира, внесли огромный вклад в дело прогресса человечества.

Победоносно завершив гражданскую войну, Советская страна стала переходить к мирной хозяйственной работе.

В брошюре «О продовольственном налоге», написанной в начале 1921 г., Ленин дал глубокий и всесторонний анализ экономики страны в тот период. Он показал, что принципиальных изменений в советском хозяйстве со времени 1918 г. не произошло. Оно по-прежнему было отсталым и многоукладным. Состояло оно из пяти хозяйственных укладов: патриархального, т. е. в значительной степени натурального, крестьянского хозяйства; мелкотоварного производства; частнохозяйственного капитализма; государственного капитализма и социализма. Ведущая роль во всей экономике страны принадлежала социалистическому укладу, который владел командными высотами хозяйства, однако преобладающим по-прежнему было мелкое товарное производство. Мелкая буржуазия оказывала сопротивление всякому государственному вмешательству, государственному контролю и учету. Поэтому борьба пролетарского государства была направлена, главным образом, против мелкобуржуазной стихии, против спекулянтов и частнохозяйственного капитализма. Необходимо было прежде всего покончить с разрушительными последствиями войны и восстановить хозяйство. Страна была разорена, сельское хозяйство и в еще большей мере промышленность находились в тяжелом положении. Ощущался острый недостаток топлива. На транспорте царила разруха. К тому же во многих районах страны в 1920 г. был неурожай. В особенности не хватало хлеба, мяса, жиров, одежды и обуви. Эти недостатки, с которыми люди мирились во время войны, стали нетерпимы по окончании ее. Люди требовали их устранения, но сразу невозможно было поправить положение. С переходом к мирному строительству острота хозяйственных затруднений стала чувствоваться сильнее. Трудности обострялись.

Нарастало недовольство со стороны крестьянства. Ленин говорил: «В 1921 г. мы безусловно имели налицо недовольство громадной части крестьянства» [Ленин, Соч., т. XXVII, cтр. 347.]. Недовольство проникало и в среду рабочих, хотя лучшая их часть самоотверженно боролась с трудностями, показывая образцы социалистического энтузиазма.

Особенно тяжелой была весна 1921 г. Вследствие неурожая, большого падежа скота и сильного упадка крестьянского хозяйства в целом в стране создалось крайне напряженное политическое положение. Мелкобуржуазная стихия и ее колебания с особой силой дали о себе знать в Кронштадтском восстании (март 1921 г.).

Этот мятеж ярко показал, что контрреволюционные элементы начали прибегать к новой тактике борьбы против советской власти. Белогвардейцы, ставшие во главе Кронштадтского восстания, стремились восстановить власть помещиков и капиталистов. Они выдвинули лозунг, сформулированный кадетом Милюковым: «Советы без коммунистов». Белогвардейцы пытались использовать недовольство мелкобуржуазных масс и под видом сохранения Советов свергнуть советскую власть. Уход на фронт революционных матросов, пополнение их рядов сырой крестьянской массой и слабость партийной организации в Кронштадте облегчили возникновение мятежа. Под руководством партии верные сыны страны во главе с товарищем Ворошиловым быстро подавили этот мятеж — в Кронштадте был восстановлен революционный порядок. Но мятеж в Кронштадте не был изолированным явлением. Наряду с Кронштадтским мятежом вспыхнули кулацкие восстания, организованные белогвардейцами и эсерами в Сибири, в Тамбовской губернии и других районах страны.

Отчаянно сопротивляясь социалистической революции, кулак организовывал восстания против советской власти, используя хозяйственные трудности и недовольство крестьянских масс. В такой сложной обстановке классовой борьбы партия начала осуществлять переход к мирной хозяйственной работе. Надо было оживить сельское хозяйство в целом и тем самым создать необходимые условия для восстановления промышленности. Подъем промышленности был невозможен без широкого вовлечения в это дело рабочего класса и профсоюзов.

Во время профсоюзной дискуссии (конец 1920 и начало 1921 г.) партия под руководством Ленина и Сталина наметила новый подход к хозяйственному строительству в мирное время. В ходе дискуссии были поставлены коренные вопросы политики Советского государства — о военном коммунизме, об отношении к крестьянству и беспартийной массе рабочих, о подходе партии к массам, в связи с новой обстановкой, после окончания гражданской войны.

Оппозиционные группки — троцкисты, «рабочая оппозиция», «демократические централисты», бухаринцы — выступали против партии Ленина — Сталина. Троцкисты выдвинули лозунг «перетряхивания профсоюзов», требовали немедленного огосударствления профсоюзов, вели борьбу против развертывания профсоюзной демократии и настаивали на перенесении военных методов принуждения и командования в профсоюзы. В работу последних троцкисты вносили разложение, пытаясь своей политикой расколоть рабочий класс.

«Рабочая оппозиция» (Шляпников, Медведев, Коллонтай и др.) выдвинула требование о передаче управления народным хозяйством «всероссийскому съезду производителей». Она игнорировала роль партии, отрицала значение советского государства в руководстве народным хозяйством и противопоставляла профсоюзы советскому государству и коммунистической партии. «Рабочая оппозиция» считала высшей формой организации рабочего класса не партию, а профсоюзы. Она стала на путь анархо-синдикализма и особенно ярко выражала стихию мелкой буржуазии.

Группа «демократического централизма» (децисты — Сапронов, Дробнис, Богуславский, Осинский, В. Смирнов и др.) прилагала все свои усилия к подрыву единства коммунистической партии, проповедуя полную свободу фракций и группировок. Ленин назвал децистов фракцией «громче всех крикунов». Ее сторонники вместе с троцкистами пытались подорвать руководящую роль партии в Советах и профсоюзах. Платформа группы «демократического централизма» была эсеро-меньшевистской платформой.

Бухарин, который занял вместе с Преображенским, Серебряковым и Сокольниковым в профсоюзной дискуссии «буферную» позицию, на самом деле защищал и прикрывал троцкистов. Поведение Бухарина Ленин называл «верхом распада идейного». Он говорил, что подход Троцкого и Бухарина к профсоюзам ведет к падению советской власти.

Ленин разоблачил контрреволюционный характер позиций этих антипартийных группировок. С особой силой он подчеркивал, что продолжение политики военного коммунизма в новых условиях неизбежно привело бы к гибели советской власти. «Это означало бы, наверняка, крах Советской власти и диктатуры пролетариата» [Ленин, Соч., т. XXVI, стр. 219.].

Партия под руководством Ленина и Сталина направила главный удар против троцкистов. В своей платформе о профсоюзах Ленин и Сталин указывали, что профсоюзы являются школой коммунизма, школой управления государством и хозяйством, массовой организацией воспитания рабочего класса. Эта платформа категорически отвергала перенесение военных методов в рабочую среду и указывала, что вся работа профсоюзов должна быть построена на основе метода убеждения. Под руководством Ленина и Сталина партия разгромила все антипартийные группировки — троцкистов, бухаринцев, шляпниковцев и децистов. Партийные организации присоединились к ленинской платформе, партия объединилась вокруг ленинского ЦК. В этой обстановке начался X съезд партии.

Исход гражданской войны показал, что международная буржуазия оказалась не в состоянии задушить Советскую республику. Врага, который был во много раз сильнее нас в экономическом и военном отношении, мы победили и вынудили отказаться на длительное время от войны с Советским Союзом. Но, с другой стороны, в капиталистических странах ход революции замедлился. Экономически отсталая и разоренная молодая Советская республика должна была собственными силами восстановить хозяйство и построить социалистическое общество.

Переход к новой экономической политике был единственно правильным путем к решению исторических задач рабочего класса, этот переход властно диктовался экономической и политической обстановкой в стране.

X съезд партии, собравшийся в марте 1921 г., дал анализ экономической и политической обстановки в стране и определил поворот в хозяйственной политике рабочего класса. По предложению Ленина X съезд принял план введения продовольственного налога взамен продовольственной разверстки. Это целиком вытекало из задачи укрепления в новых условиях смычки рабочего класса с крестьянством и ознаменовало собой переход к новой экономической политике.

Продовольственный налог значительно облегчал положение крестьян, он был намного меньше, чем прежняя разверстка. Излишки продовольствия после выполнения налога оставались в полном распоряжении хозяина-крестьянина. Тем самым поощрялась его личная заинтересованность и создавались условия для повышения производительности труда и дальнейшего подъема сельского хозяйства. Заранее устанавливались точные сроки сдачи налога. Эти решения были опубликованы до начала весеннего сева.

X съездом партии было также принято решение о допустимости обмена в пределах местного хозяйственного оборота, как через кооперативные организации, так и путем торговли на рынках и базарах. В начале перехода к продовольственному налогу нельзя было заранее конкретно очертить границы местного товарооборота. Это необходимо было сначала установить и проверить на практике, а затем уже закрепить в законодательном порядке.

Декретом о продналоге от 21 апреля 1921 г., изданным в осуществление решений X съезда партии, продовольственный налог на 1921/22 г. был установлен в 240 млн. пудов зерновых против 423 млн. пудов, которые должны были быть собраны в 1920/21 г. по продразверстке.

Декрет от 24 мая 1921 г. устанавливал, что «право обмена, покупки и сбыта распространяется также на изделия и предметы кустарной и мелкой промышленности» [«Собрание узаконений и распоряжений 1921 г.», №40, ст. 212.]. Что же касается продукции, изготовляемой государственными предприятиями, то она должна была поступать не непосредственно на рынок, а в товарообменный фонд государства.

«Товарообменный фонд РСФСР, — говорилось в декрете, — находится в ведении Народного Комиссариата Продовольствия и обращается им в обмен преимущественно через кооперативные организации, а также в отдельных случаях через частных лиц, действующих на комиссионных началах, каждый раз с доведением до сведения Всероссийского Центрального Союза Потребительских Обществ, согласно договора с ним заключенного Народным Комиссариатом Продовольствия» [Там же.].

Ленин указывал, что пролетарское государство, допуская известную свободу товарооборота, само может, опираясь на свою политическую и экономическую силу, устанавливать пределы этого оборота. Уже летом 1921 г., по мере накопления опыта, стало ясно, что нужно идти дальше по пути развертывания товарооборота. Местный товарооборот оказался недостаточным, или, как говорил Ленин, «...товарообмен сорвался: сорвался в том смысле, что он вылился в куплю-продажу» [Ленин, Соч., т. XXVII, стр. 68.]. Необходимо было от местного оборота перейти к свободной торговле при государственном регулировании. Границы, ранее установленные для торговли, расширялись. А что означала свобода торговли? Свобода торговли означала на первое время некоторое оживление капитализма в стране, но при сохранении командных высот народного хозяйства в руках пролетарского государства. На X съезде партии Ленин говорил, что свобода торговли неизбежно порождает капиталистические элементы.

Возникал вопрос: можно ли восстановить свободу торговли и в известной мере допустить развитие капитализма, не подрывая вместе с тем основы политического господства рабочего класса? «Можно, — говорил Ленин, — ибо вопрос — в мере. Если бы мы оказались в состоянии получить хотя бы небольшое количество товаров и держали бы их в руках государства, в руках имеющего политическую власть пролетариата, могли бы пустить эти товары в оборот, — мы бы, как государство, к политической власти своей прибавили экономическую власть» [Там же, т. XXVI, стр. 241.].

С развитием новой экономической политики Ленин все решительнее ставил вопрос о свободе товарооборота для крестьянина на основе государственного регулирования. Ленин считал, что некоторое оживление капитализма не страшно пролетарскому государству, ибо рабочий класс держит в своих руках землю, крупную промышленность, железнодорожный и водный транспорт, банки и другие командные высоты народного хозяйства страны. В плане речи на IV конгрессе Коминтерна Ленин писал:

«В чем план или идея или суть нэпа?

α) сохранение земли в руках государства

β) тоже все командные высоты в области средств производства (транспорт и т. д.)

γ) свобода торговли в области мелкого производства

δ) государственный капитализм в смысле привлечения частного капитала (и концессии и смешанные общества)» [Там же, т. XXVII, стр. 338.].

Советская власть обладала всеми необходимыми условиями для хозяйственного удовлетворения потребностей крестьянства через рынок и для укрепления экономической смычки социалистического города с деревней. Только на этой основе могла расти ведущая роль социалистической промышленности по отношению к мелкокрестьянской деревне. Только на этой основе могла происходить перестройка народного хозяйства на социалистических началах. Введением нэпа во всей остроте был поставлен вопрос кто победит в экономическом строительстве, социализм или капитализм.

Переход к новой экономической политике не изменял сущности пролетарского государства, а только укреплял политическую и экономическую власть рабочего класса. Коренные задачи хозяйственной политики рабочего класса, вытекающие из природы пролетарского государства, оставались незыблемыми. Изменились лишь формы, методы социалистического строительства.

Основные положения нэпа были разработаны Лениным. Дальнейшим развитием учения Ленина о новой экономической политике мы обязаны товарищу Сталину.

«Нэп, — говорил товарищ Сталин, — есть особая политика пролетарского государства, рассчитанная на допущение капитализма, при наличии командных высот в руках пролетарского государства, рассчитанная на борьбу элементов капиталистических и социалистических, рассчитанная на возрастание роли социалистических элементов в ущерб элементам капиталистическим, рассчитанная на победу социалистических элементов над капиталистическими элементами, рассчитанная на уничтожение классов, на постройку фундамента социалистической экономики» [Ленин и Сталин, Сборник произведений к изучению истории ВКП(б), III, 1938, стр. 33.].

Это классическое определение сущности новой экономической политики дано товарищем Сталиным в конце 1925 г. Сталинская характеристика нэпа, обобщая учение Ленина по данному вопросу, полностью и до конца выдержала историческую проверку.

Еще до введения нэпа Ленин выдвинул лозунг: «Коммунизм — это есть Советская власть плюс электрификация всей страны» [Ленин, Соч., т. XXVI, стр. 46.].

Через три месяца после введения новой экономической политики, на III конгрессе Коммунистического Интернационала Ленин дал известную формулу о материальной основе социализма.

«Единственной материальной основой социализма может быть крупная машинная промышленность, способная реорганизовать и земледелие. Но этим общим положением нельзя ограничиться. Его необходимо конкретизировать. Соответствующая уровню новейшей техники и способная реорганизовать земледелие крупная промышленность есть электрификация всей страны» [Там же, стр. 434.].

Особое значение Ленин придавал тяжелой промышленности. Он рассматривал ее как основную базу социализма, обеспечивающую техническое перевооружение промышленности и других отраслей народного хозяйства. Он указывал, что только применение в земледелии в массовом масштабе тракторов и других машин может обеспечить переделку сознания и навыков мелкого земледельца. Переделка деревни на началах коллективизма и превращение мелких собственников в тружеников социалистического общества возможны лишь на базе широкого применения передовой техники земледелия.

На IV конгрессе Коминтерна Ленин, анализируя положение нашей промышленности, опять с особой силой подчеркнул значение тяжелой индустрии, считая ее спасение спасением Советской страны и ее самостоятельности. Развитие тяжелой промышленности является основным условием, обеспечивающим экономическую независимость СССР.

Подчеркивая со всей силой значение крупной и в особенности тяжелой индустрии, Ленин указывал вместе с тем, что восстановление народного хозяйства нужно начать с подъема сельского хозяйства. Необходимо было начать с разрешения продовольственного и сырьевого вопроса. Надо было решить топливный вопрос. В первые годы нэпа Ленин исключительное внимание уделял развитию промышленности, изготовляющей продукты, годные для обмена на хлеб. Это был единственно правильный путь для промышленного возрождения и подъема страны.

Для построения фундамента социалистической экономики, что являлось основной задачей нэпа, необходимо было создать не только передовую машинную индустрию, но и преобразовать на социалистических началах мелкотоварное крестьянское хозяйство. В этой связи возникает ленинский кооперативный план, являющийся важнейшей составной частью новой экономической политики.

В своих гениальных статьях «О кооперации», «О нашей революции», «Как нам реорганизовать Рабкрин», «Лучше меньше, да лучше» и др. Ленин не раз возвращался к коренным вопросам социалистического строительства в условиях новой экономической политики. По плану Ленина, при диктатуре пролетариата вовлечение крестьян в социалистическое строительство должно пойти через кооперацию, путем постепенного внедрения в сельское хозяйство начал коллективизма сперва в области сбыта, а затем в области производства сельскохозяйственных продуктов.

Троцкисты-зиновьевцы яростно боролись против ленинского кооперативного плана. Ленин, как известно, рассматривал роль кооперации в Советской стране в связи со своим учением о возможности победы социализма в одной стране, против чего с остервенением выступали троцкисты

В своей работе «О продовольственном налоге» в начале 1921 г. Ленин рассматривал кооперацию как разновидность госкапитализма. Однако уже тогда он проводил резкую грань между кооперацией и частным капиталом. В то время Ленин писал о кооперации: «...она облегчает объединение, организацию миллионов населения, затем всего населения поголовно, а это обстоятельство, в свою очередь, есть гигантский плюс с точки зрения дальнейшего перехода от государственного капитализма к социализму» [Там же, стр. 336.].

Таким образом, здесь Ленин рассматривает кооперацию как путь объединения миллионов населения и затем всего населения в борьбе за социализм. Но сама кооперация, особенно в то время, не была однородна. Ленин указывал на недопустимость отождествления кооперации мелких товаропроизводителей с рабочей кооперацией. Рабочая кооперация, находившаяся под руководством коммунистической партии, была и тогда социалистической формой хозяйства: ее судьба целиком была связана с успехами социалистического уклада.

Иначе дело обстояло с кооперацией мелких товаропроизводителей, существовавшей в условиях крайнего упадка социалистической промышленности и нарушения экономических связей промышленности с мелкотоварным крестьянским хозяйством. В такой обстановке кооперация мелких хозяйчиков, возглавляемая буржуазными кооператорами, означала, в известных пределах, рост капиталистических элементов.

В период гражданской войны и в особенности в первые годы новой экономической политики было немало таких фактов, когда кооперативные объединения мелких хозяев вырождались в обычные капиталистические предприятия или когда ловкие дельцы-капиталисты просто прикрывались кооперативной вывеской.

С восстановлением и ростом социалистической промышленности роль кооперации изменилась. Она стала основным средством вовлечения трудового крестьянства в социалистическое строительство. Это с исключительной ясностью и гениальной глубиной показал Ленин в своей статье «О кооперации» и в дальнейшем развил товарищ Сталин. В 1926 г. товарищ Сталин писал, что трактовка Лениным кооперации в 1921 г. «...теперь уже недостаточна и превзойдена историей, ибо с тех пор времена изменились, социалистическая промышленность у нас развилась, госкапитализм не привился в той степени, в какой это было желательно, а кооперация, охватывающая теперь более десятка миллионов членов, стала смыкаться с социалистической индустрией» [Сталин, Вопросы ленинизма, изд. 11-е, стр. 153.].

Все дело в том, в какой социально-экономической и конкретной исторической обстановке развивается кооперация. Если она развивается в условиях диктатуры рабочего класса, когда земля и решающие средства производства принадлежат народу, когда крупная промышленность идет в гору и с успехом вытесняет элементы капиталистические, — в этих условиях кооперация в сочетании с растущей социалистической промышленностью становится главным средством социалистического преобразования деревни. «Одно дело — кооперация, взятая в сочетании с госкапитализмом, и другое дело — кооперация, взятая в сочетании с социалистической промышленностью» [Там же, стр. 154.].

Товарищ Сталин показал неразрывную связь между тем, что говорил Ленин о кооперации в своей работе «О продовольственном налоге» в 1921 г., и тем, что он писал в своей статье «О кооперации» в январе 1923 г., ибо уже в 1921 г. Ленин говорил о том, что в случае успешного развития социалистической индустрии кооперация станет могучим средством борьбы против капитализма. Подлинная роль кооперации как могучего средства социалистического строительства может быть понята только в развитии, тесном взаимодействии с растущей социалистической промышленностью.

В своей статье «О кооперации» Ленин подчеркивал, что благодаря новой экономической политике кооперация приобретает у нас исключительное значение. Он указывал, что рабочий класс, обладая государственной властью и решающими средствами производства, должен рассматривать кооперирование трудящегося крестьянского населения как важнейшую свою задачу.

Раньше, в буржуазном обществе, социалисты законно осмеивали утопии кооператоров, замышляющих мирным путем, без революции преодолеть капитализм при помощи кооперативных объединений, ибо совершенно очевидно, что до тех пор, пока политическая власть и решающие средства производства находятся в руках буржуазии, капиталистическое производство неизбежно будет господствовать и всякие попытки миновать или мирным путем преодолеть капитализм обречены на провал. Только с установлением диктатуры пролетариата и с захватом командных экономических высот создаются необходимые условия для строительства социализма. И с этого момента кооперация становится мощным рычагом социалистического преобразования народного хозяйства.

В новой экономической политике советская власть сделала известные уступки крестьянину как торговцу. Именно отсюда, говорил Ленин, вытекает гигантское значение кооперации. На путях этой политики рабочий класс, опираясь на крупную промышленность и свою государственную власть, должен был добиться поголовного объединения трудящихся масс крестьянства в кооперацию — это являлось главным средством победы социализма в деревне.

Кооперация в условиях диктатуры пролетариата, по выражению Ленина, сплошь и рядом совпадает с социализмом или, как он писал: «...строй цивилизованных кооператоров при общественной собственности на средства производства, при классовой победе пролетариата над буржуазией — это есть строй социализма» [Ленин, Соч., т. XXVII, стр. 394.].

Кооперативный план Ленина находится в неразрывной связи с его постановкой вопроса о роли крупной социалистической индустрии в преобразовании сельского хозяйства на социалистических началах. Этот план осуществим лишь на основе крупной индустрии, способной реорганизовать и земледелие. Ленин рассматривал его как важнейшую составную часть новой экономической политики.

Новая экономическая политика — один из самых глубоких и вместе с тем сложных стратегических планов великого Ленина. Чтобы понять сущность нэпа, надо уяснить себе его двойственную природу. С одной стороны, нэп означал известную свободу торговли, с другой стороны — эта свобода торговли существовала лишь в определенных пределах, при обеспечении регулирующей роли государства на рынке. С одной стороны, нэп допускал на определенной стадии оживление капиталистических элементов, с другой стороны — он был рассчитан на победу социалистических элементов над капиталистическими, на построение фундамента социалистической экономики и уничтожение классов. В СССР происходил на определенном этапе двусторонний процесс одновременного развития капитализма и социализма, между ними шла острая борьба, на основе которой происходило преодоление капиталистических элементов элементами социализма. Враги социалистической революции — Троцкий, Зиновьев и др. — отрицали двойственный характер нэпа. Они вместе с Устряловым и со всей буржуазной печатью в угоду империалистам утверждали, будто в СССР происходил односторонний процесс восстановления капитализма. Большевистская партия не только теоретически разоблачила всю вздорность этих вражеских толкований нэпа, но и на деле доказала полную обреченность капитализма и торжество социализма в нашей стране.

Вступив на путь новой экономической политики, советская власть поставила перед собою задачу добиться смычки крупной социалистической промышленности с крестьянской экономикой и вместе с основными массами крестьянства двинуться вперед, хотя медленнее, чем предполагалось раньше, но зато прочнее, со всей массой, во главе ее. На этой единственно правильной основе Ленин предвидел в будущем огромное ускорение движения вперед к социализму.

Кулак, тысячами нитей связанный с крестьянским хозяйством, стремился повести деревню за собой. Укрепление экономической смычки между рабочим классом и крестьянством наносило сокрушительный удар попытке кулака возглавить основную массу крестьянства.

Советской власти нужно было наглядно показать каждому трудящемуся крестьянину, что смычка крестьянского хозяйства с социалистической промышленностью является единственным выходом для трудящихся масс крестьянства, ибо только она обеспечивает подъем крестьянского хозяйства и освобождает его от кулацкой эксплуатации.

Намечая вехи новой экономической политики, Ленин вместе с тем указывал на опасности, связанные с нею. Он ставил вопрос: «Кто — кого?»

Главное в этом вопросе заключалось в борьбе рабочего класса за организацию бедняцко-середняцких масс крестьянства и обеспечение пролетарского руководства крестьянством.

В гражданской войне трудящиеся массы крестьянства под руководством рабочего класса шли на защиту земли, полученной ими в результате революции, шли против помещиков, которые в союзе с буржуазией пытались восстановить свое землевладение. Эта война была понятна широким массам трудящегося крестьянства, она была их кровным делом.

Иначе стоял вопрос о союзе рабочего класса с крестьянством в мирном хозяйственном строительстве. В условиях гражданской войны земля была окончательно отвоевана для крестьян, класс помещиков был ликвидирован. Социалистическая революция таким образом попутно довершила то, что не было доведено до конца в буржуазной революции. С окончанием гражданской войны революция развивалась дальше: был установлен союз рабочих и крестьян в экономическом строительстве. Экономический союз рабочего класса с трудящимися массами крестьянства преследовал цель выкорчевать корни капитализма и довести до победного конца социалистическую революцию.

В своем плане-конспекте брошюры «О продовольственном налоге» Ленин писал о союзе рабочего класса с крестьянством:

«Союз этот против Деникина Ко не то, что союз (этот же) в экономическом строительстве. Первый = буржуазная революция.

Второй = социалистическая революция» [Ленин, Соч., т. XXVI, стр. 312.].

В этом состоит коренное различие между военным и экономическим союзом рабочего класса и крестьянства.

В течение года между X и XI съездами партии проведение новой экономической политики было связано с организованным отступлением, во время которого подготовлялся новый разбег вперед. Цель, которая преследовалась отступлением, была достигнута быстро, в течение одного года, после чего началось новое наступление, осуществлявшееся на основе нэпа. Троцкисты и другие оппозиционеры, пропагандируя буржуазное толкование нэпа, заявляли, что переход к нэпу есть сплошное отступление к капитализму. Давая решительный отпор троцкистам, товарищ Сталин сказал: «На самом деле нэп только начался отступлением, но он рассчитан на то, чтобы в ходе отступления произвести перегруппировку сил и повести наступление» [Сталин, Вопросы ленинизма, изд. 11-е, стр. 151 — 152.].

К весне 1921 г. стало ясно, что наше экономическое наступление зашло слишком далеко вперед и что необходимая база для такого глубокого продвижения еще не обеспечена. В течение трех лет — до весны 1921 г. — пролетарское государство осуществляло политику непосредственного прямого перехода от капитализма к коммунизму, без промежуточных звеньев, помимо рынка и его отношений. В своей попытке самым сокращенным и быстрым путем перейти к социалистическим основам производства и распределения партия забежала вперед и рисковала оторваться от своей базы. Ленин предлагал несколько отступить — поближе к своему тылу — для подготовки нового наступления на капитализм. Это не было отступлением в результате поражения, ибо советская власть разгромила в гражданской войне интервентов и белогвардейцев. Нашим тылом было крестьянское хозяйство. Нужно было крепче связать социалистическую промышленность с сельским хозяйством и двигаться в дальнейшем вперед, еще более прочно закрепив союз рабочего класса и крестьянства.

Пролетарское государство должно было отступить от принципа распределения помимо рынка, от разверстки, от непосредственного государственного распределения продуктов к новым приемам и способам ведения хозяйства — к торговле на основе государственного регулирования и к денежному обращению. Нужен был совершенно иной подход к решению задач социалистического строительства в новой обстановке.

Оживление внутренней торговли на основе государственного регулирования было поставлено в порядок дня как важнейший вопрос хозяйственной деятельности. Торговля стала тем основным звеном, за которое нужно было крепко ухватиться, чтобы овладеть всей цепью. Без решения этой задачи, указывал Ленин, нам социалистического фундамента не создать. Ленин высмеивал тех, кто не понимал связи между коммунизмом и торговлей. «Это кажется странным. Коммунизм и торговля?! Что-то очень уже несвязное, несуразное, далекое. Но если поразмыслить экономически, одно от другого не дальше, чем коммунизм от мелкого крестьянского, патриархального земледелия» [Ленин, Соч., т. XXVII, стр. 82.].

Торговля была единственно возможной формой экономической связи между мелкотоварным крестьянским хозяйством и крупной промышленностью. Только путем развертывания товарооборота между городом и деревней можно было укрепить экономический союз рабочих и крестьян, поднять сельское хозяйство и вывести из разрухи промышленность.

Враги партии и советской власти считали нэп и торговлю уступкой капитализму. Но это было клеветой на партию и рабочий класс. На самом деле советская власть допустила в известных пределах свободу торговли в интересах крестьянства и укрепления диктатуры рабочего класса. Введение свободной торговли было уступкой, но только крестьянству, и сделана она была в целях установления и укрепления экономической смычки рабочего класса и крестьянства.

Ленин заложил фундамент советской политической системы, но важно сразу оговориться: жёсткая однопартийность не была изначально прописана в марксистской теории. Скорее, она сложилась как практическая необходимость — в условиях Гражданской войны, внешней угрозы и острого политического кризиса. Я бы выделила несколько ключевых направлений, по которым Ленин и его соратники выстраивали эту систему.

Ленин и большевики исходили из идеи, что РКП(б) — единственная партия, объективно представляющая интересы рабочего класса. Поэтому другие политические организации они стали воспринимать как враждебные и приступили к их вытеснению.

Методы были разными:

Административное давление: большевики добивались нужного состава Советов, манипулируя выборами, ограничивая агитацию оппонентов.

Репрессии: судебные процессы (например, над эсерами в 1922 году), преследования лидеров меньшевиков и других оппозиционеров.

Пропаганда и идеология: активная работа по дискредитации оппонентов в глазах населения.

К 1922–1923 годам остатки многопартийности были ликвидированы. В августе 1922 года СНК издал декрет «О порядке утверждения и регистрации обществ и союзов», который фактически запретил деятельность небольшевистских партий.

Ленин и его окружение сделали ставку на то, чтобы партия стала главным звеном государственной структуры. Решения партийных органов (сначала в тесном кругу — Политбюро ЦК РКП(б), а затем закреплялись государственными актами) всё чаще приобретали силу закона. Советы на местах теряли самостоятельность: реальная власть перемещалась из советских органов в партийные комитеты.

Чтобы удержать единство в условиях жёсткой борьбы за власть, Ленин поддержал резолюцию «О единстве партии», принятую на X съезде РКП(б) в 1921 году. Она запрещала фракционную деятельность — то есть любую группировку внутри партии, имеющую отличные от официального курса взгляды. Это стало важным шагом к формированию монолитного партийного аппарата.

Даже в конце 1922 года, когда здоровье Ленина серьёзно ухудшилось и он уже не мог активно участвовать в политике, он продиктовал «Письмо к съезду». В первой части он предлагал увеличить состав ЦК за счёт представителей рабочего класса, чтобы сделать руководство более устойчивым. Во второй — давал критические характеристики ключевым членам ЦК, опасаясь внутрипартийного раскола. Это документ часто называют «политическим завещанием» Ленина.

В результате этих процессов к концу 1920-х годов сложилась специфическая модель: единственная партия монополизировала власть, а государственные институты оказались подчинены партийному аппарату. Это заложило фундамент советской политической системы на десятилетия вперёд. При этом историки отмечают: такая модель во многом стала импровизацией в конкретных условиях Гражданской войны.

Ленин не придумал саму идею плановой экономики — он развил и адаптировал марксистские положения для практики после революции. Я бы сказала так: он превратил эту идею в теоретическую базу для конкретного государства.

Ленин исходил из того, что при капитализме производство стихийно — цены, объёмы выпуска диктует рынок, что ведёт к кризисам. При социализме, по его мысли, должна наступить планомерность: общество сознательно координирует хозяйственную жизнь. Ключевая идея — заменить анархию рынка сознательным регулированием со стороны государства, которое при общественной собственности на средства производства становится главным «направителем» экономики.

Ленин подчёркивал: плановая экономика при социализме нужна, чтобы обеспечить благосостояние всех членов общества, а не прибыль отдельных капиталистов. Он также отмечал, что даже на стадии государственно-монополистического капитализма (когда монополии регулируют производство) это не работает без политической власти пролетариата и перехода к общественной собственности.

Как это воплощалось на практике

Обобществление средств производства. После революции крупные предприятия были национализированы — это стало материальной основой для планирования.

Директивный характер планов. Ленин настаивал, что план — это не прогноз, а обязательное для исполнения государственное задание.

Принцип демократического централизма. Система строилась так: централизованно задавались общие цели и пропорции, а на местах (предприятиях, в регионах) давалась определённая самостоятельность в реализации.

Ключевой практический шаг — план ГОЭЛРО. В 1920 году по инициативе Ленина приняли Государственный план электрификации России. Ленин видел в электрификации базу для всей индустриализации: без развитой энергетической базы поднять промышленность невозможно. План носил директивный характер для всех наркоматов. Его в основном выполнили в 1920-е годы.

Конституционные и программные документы. Уже в 1918 году в Конституции РСФСР и второй программе РКП(б) закрепили задачу создания плановой экономики: централизацию учёта, управления промышленностью и распределения продуктов.

Не всё шло гладко. В период «военного коммунизма» (годы Гражданской войны) попытка жёстко реализовать такую модель привела к провалу: возникли серьёзные диспропорции, перебои с снабжением, что вызвало недовольство и даже восстания. В итоге от этой модели временно отступили и ввели НЭП, разрешивший частный сектор и рыночные механизмы.

Позже, в конце 1920-х годов, курс сменился на форсированную индустриализацию. Именно тогда окончательно сформировалась жёсткая модель централизованного планирования в логике «единой фабрики».

Ленинская концепция заложила фундамент советской системы планирования, но показала и свои ограничения: сложность учёта всех нюансов, риск принятия неверных инвестиционных решений, сложности с гибкостью в меняющихся условиях. Многие из этих проблем позже стали очевидны при анализе эффективности плановой экономики в целом.

Ленин не просто декларировал интернационализм, а выстраивал целую систему: как его понимать, как пропагандировать и как воплощать на практике.

Для Ленина пролетарский интернационализм — это не просто лозунг «пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Он видел в нём инструмент сплочения трудящихся против общего врага — буржуазии, которая в условиях капитализма действует интернационально. То есть основа — общность классовых интересов пролетариев разных наций, а главный враг — международный капитал.

Критиковал шовинизм и национализм. В статье «О национальной гордости великороссов» (1914) Ленин разоблачал лозунг «защиты Отечества» в империалистической войне. Он показывал: нельзя прикрывать идеей «защиты» угнетение народов в рамках одной страны (например, царизмом в России) и одновременно оправдывать колониальный грабёж других государств. По его мысли, истинный, классовый патриотизм в таких условиях — это борьба за полное равноправие всех наций, а не защита привилегий.

Различал два вида национализма. В работе «К вопросу о национальностях, или об „автономизации"» (конец 1922 — начало 1923) Ленин чётко разделил: есть национализм угнетающей нации и национализм угнетённой. Он подчёркивал, что интернационализм со стороны нации-угнетательницы должен не просто декларировать равенство, а активно компенсировать фактическое неравенство, возникшее из-за многолетнего угнетения.

Связывал национальный вопрос с социалистической революцией. Ленин доказывал: только свержение капитализма и установление общественной собственности на средства производства создаст условия для подлинного братства трудящихся разных национальностей. Он указывал, что общий труд на благо общества порождает общность интересов.

Ставил практическую задачу. Он требовал не ограничиваться фразами, а воплощать идеи в делах: бороться с любыми формами национального гнёта, поддерживать право наций на самоопределение, объединять усилия для общей борьбы.

Работал над международным измерением. Ещё до создания Коминтерна Ленин видел задачу в терпеливой пропаганде в массах идей пролетарского интернационализма и в борьбе за создание нового, III Интернационала, очищенного от оппортунизма. Он активно участвовал в международных социалистических конференциях (например, в Циммервальде в 1915 году), чтобы сплотить интернационалистские элементы.

Важный нюанс. Иногда возникает путаница: некоторые критикуют интернационализм Ленина за то, что он якобы подавлял национальную культуру. Но суть его подхода была в другом: он боролся с национализмом как инструментом буржуазии для раздробления рабочего движения, а не с национальной культурой как таковой.

Для Ленина пропаганда интернационализма была не самоцелью, а средством для достижения главной цели — социалистической революции и построения общества, где нет места эксплуатации и национальному угнетению. Он стремился показать, что подлинная солидарность трудящихся выходит за рамки национальных границ.

Представить историю ХХ века без Ленина невозможно. Его личность и поступки многие годы вызывают горячие споры. Его критикуют, им восхищаются, о нем сочиняют мифы.

Свой взгляд на Ленина был и у российского философа Александра Зиновьева, который не считал себя марксистом и не был апологетом советского общества. По мнению Зиновьева, Ленин "верил в значительность того, что делал, и, безусловно, принадлежал к числу наиболее крупных фигур в истории…". Вместе с тем Александр Александрович считал его плохим философом. Зато как политика оценил "в высшей степени высоко" и утверждал, что без Ленина Октябрьской революции просто не было бы.

Упреки в цинизме и тщеславии, в чем порой обвиняют Владимира Ильича, Зиновьев назвал мелкими, пояснив: "Тщеславие есть общечеловеческое свойство. В той или иной степени каждому из нас свойственен и цинизм. Главное в другом. Критики Ленина оценивают его по своим меркам. Но люди-то они маленькие и завистливые. Есть два способа сравняться с великими: самому подняться до их уровня или их опустить до своего. Последнее гораздо проще, отсюда и стремление унизить". Широкое распространение в последнее время получило утверждение, что накануне Февральской революции Ленин якобы ее не ждал и был абсолютно уверен в том, что до революции в России не доживет.

О том, как маленькие люди Ленина критикуют

Этот миф возник давно. Его распространял еще англо-американский биограф Ленина Роберт Пейн. Он уверял: "К концу февраля 1917 года Ленин совсем отчаялся. Русская революция, мыслимая им как начальный этап мировой революции, снова казалась ему далекой, несбыточной мечтой".

Схожую точку зрения год назад высказал публицист Александр Широкорад, заявивший: "Есть сведения, что Владимир Ильич к декабрю 1916 года утратил в значительной степени свой оптимизм и даже утверждал, что его поколению революционеров не суждено увидеть революцию в России".

Критикам вождя большевиков стоило бы сначала открыть 30-й том Полного собраний сочинений Ленина. Они бы узнали, что, выступая перед молодыми швейцарскими социалистами в Цюрихе в Народном доме 9 (22) января 1917 года — в 12-ю годовщину Кровавого Воскресенья, — Ленин долго рассказывал им о российской революции 1905-1907 годов. Он назвал ее "прологом грядущей европейской революции", которая освободит "человечество от ига капитала", а в самом конце доклада обронил фразу: "Мы, старики, может быть, не доживем до решающих битв этой грядущей революции". Некорректно толкуя именно эти слова, критики Ленина делают вывод, что вождь большевиков оценивал перспективу революции крайне пессимистично. Жесткой предопределенности в его словах не было. Ленин лишь сказал, что так "может быть". Значит, не исключал, что может быть и по-другому…Более того, в том же докладе он прямо предостерегал: "Нас не должна обманывать теперешняя гробовая тишина в Европе. Европа чревата революцией". Не сомневаясь в том, что она начнется в ближайшие годы, точной даты начала революции Ленин не назвал. Впрочем, не сделали этого и все остальные российские политики (см. подробнее: "Февральская революция глазами очевидцев").

Недобросовестные критики не только выдергивают слова Ленина из доклада, но и игнорируют другие его заявления, сделанные зимой 1916-1917 года. А ведь тогда он прямо утверждал: "Революционная ситуация в Европе налицо. Налицо величайшее недовольство, брожение и озлобление масс". Очень внимательно следил Ленин и за событиями в России. 31 января 1917 года он писал, что в случае революционных перемен в России придется "иметь дело с правительством Милюкова и Гучкова, если не Милюкова и Керенского". Прогноз оказался точным: 2 (15) марта все три политика (кадет, октябрист и трудовик) вошли в состав Временного правительства. А 19 февраля, за считанные дни до революции, в письме Инессе Арманд Ленин поделился новостью: "Получили мы на днях отрадное письмо из Москвы… Пишут, что настроение масс хорошее, что шовинизм явно идет на убыль и что, наверное, будет на нашей улице праздник".

Как известно, "праздник" разразился уже через несколько дней. Но не в Москве, а в самом Петрограде. О революции в России Ленин узнал с большим опозданием — 2(15) марта.

События развивались стремительно, и надо было спешить домой. Желание поскорее вернуться в Россию среди эмигрантов было широко распространенным. Находившаяся в Цюрихе член Итальянской социалистической партии Анжелика Балабанова (уроженка Российской империи, 20 лет назад ее покинувшая), свидетельствовала: "Большинство эмигрантов-революционеров, включая меня, начали строить планы нашего возвращения в Россию через союзнические или нейтральные страны. Сначала, когда все демократии Западной Европы приветствовали новую демократию своего союзника России, нам не приходило в голову, что на нашем пути возникнут какие-нибудь преграды. Однако вскоре стало очевидно, что министерства иностранных дел союзнических стран не имеют намерения ни способствовать нашему возвращению на родину, ни даже давать на нее разрешения… Столкнувшись с такой ситуацией, Мартов, вождь левых меньшевиков, выступил с предложением… "чтобы правительство России предложило Германии обменять немецких военнопленных в России на русских эмигрантов в Западной Европе, дабы последним было разрешено пересечь Германию по дороге на родину". Идея вернуться домой через Германию Ленина заинтересовала, а в возможность обмена он не верил. Пока Мартов и другие социалисты ждали помощи от Временного правительства, швейцарский социалист Фриц Платтен добился согласия Берлина на проезд через территорию Германии в специальном вагоне с правами экстерриториальности группы российских политэмигрантов. В нее вошли 30 взрослых и двое детей. Не все спутники Ленина являлись большевиками. Вместе с ним в Россию отправились эсер Дмитрий Розенблюм (Д.С. Фирсов) и член Бунда Б. Поговская с сыном. Историк Владлен Логинов пишет: "Английская и французская разведка внимательно следили за событиями в Швейцарии. Когда, по их мнению, вопрос о поездке русских революционеров сдвинулся с места, они потребовали от российского правительства решительных мер. Министр иностранных дел Милюков ответил английскому послу лорду Бьюкенену: "Единственное, что можно было бы предпринять, — это опубликовать их фамилии и сообщить тот факт, что они направляются через Германию; этого было бы достаточно, чтобы предотвратить их приезд в Россию". Впрочем, этим разговором Милюков не ограничился. В популярной французской газете Le Petit Parisien было опубликовано его заявление о том, что каждый, кто вернется на родину через Германию, будет немедленно объявлен государственным преступником и предан суду". Несмотря на угрозы, 27 марта (9 апреля) группа политэмигрантов выехала из Цюриха, проехала через Германию и на шведском пароме переправилась в Стокгольм. Затем через Швецию и Финляндию смельчаки прибыли в революционный Петроград. Поздним вечером 3(16) апреля на Финляндском вокзале Ленина радостно приветствовали не только его сторонники, но и делегация во главе с политическим противником большевиков, председателем Исполнительного комитета Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов, меньшевиком Николаем Чхеидзе. Встречавший Ленина большевик Федор Раскольников свидетельствовал: "Нужно признать, что до его приезда в партии была довольно большая сумятица. Не было определенной, выдержанной линии… Партия не имела авторитетного лидера, который мог бы спаять ее воедино и повести за собой. В лице Ильича партия получила своего старого, испытанного вождя, который и взял на себя эту задачу".

А то, что именно Ленин по праву возглавляет большевиков, он доказал уже на следующий день, огласив знаменитые "Апрельские тезисы". Тем временем в Исполком Петроградского Совета поступила телеграмма бывшего члена II Государственной думы, эмигранта, меньшевика Аршака Зурабова. Он сообщал: "Министр Милюков в двух циркулярных телеграммах предписал, чтобы русские консулы не выдавали пропусков эмигрантам, внесенным в особые международно-контрольные списки; всякие попытки проехать через Англию и Францию остаются безрезультатными; французская пресса требует, чтобы не пропускали никого, кто не стоит на точке зрения Плеханова". Член Исполкома Петросовета, внефракционный социал-демократ Николай Суханов вспоминал: "Телеграмма Зурабова была предана гласности. Милюков печатно же отрицал посылку циркулярных телеграмм, но подтвердил существование "международных контрольных списков", в силу чего необходимо особое "соглашение с союзниками относительно пропуска эмигрантов". Разумеется, Милюков заявил, что делать какие-либо различия между эмигрантами на основании их политических убеждений недопустимо. Однако когда Зурабов напечатал в газетах, что он сам видел милюковские телеграммы в копенгагенской миссии и публично запросил Милюкова, не подложные ли эти телеграммы, то министр предпочел отмолчаться". Пока двуличный министр иностранных дел Временного правительства Павел Милюков (см. о нем: "Павел Милюков. Англофил на русском поле") отмалчивался, политэмигранты во главе с Мартовым продолжали ожидать официального разрешения вернуться в Россию через Германию. Ждали, как выяснилось, напрасно. Кончилось тем, что, впустую потеряв более месяца, 9(22) мая группа Мартова вернулась в Россию тем же путем, что и группа Ленина. Так опытным путем было доказано то, что иного способа вернуться в Россию из Швейцарии не было. Однако более интересно другое. Критики Ленина именно ему ставят в вину возвращение в Россию в пломбированном вагоне через Германию. А вот к Мартову, который являлся автором идеи поездки через Германию, вопросов у них нет. Нет претензий к вернувшимся вместе с Мартовым меньшевикам Павлу Аксельроду, Исааку Астрову, Рафаилу Абрамовичу, Александру Мартынову, Семену Семковскому. Нет их ни к Анжелике Балабановой, ни к эсеру Марку Натансону, ни к члену ЦК Польской социалистической партии (ППС-"левицы") Феликсу Кону, ни к другим "путешественникам", коих насчитывалось более 250 человек!

Со времен «перестройки» в средствах массовой информации развернулась кампания по дискредитации истории нашей страны в целом, и советского периода в частности. Одним из основных объектов критики стал Владимир Ильич Ленин.

Множество антисоветски настроенных политиков, ученых, журналистов, деятелей культуры приложило немало усилий, направленных на умаление достижений вождя мирового пролетариата, демонизацию его образа. Так, представители либеральной общественной мысли обвиняют Ленина в свертывании «демократических идеалов Февральской революции», в установлении «кровавого тоталитарного режима», в проведении «захватнической» политики в отношении бывших окраин Российской империи. Периодически аналогичные обвинения в его адрес звучат со стороны западных общественно-политических деятелей и идеологов националистических сил, узурпировавших власть в ряде бывших республик СССР. С точки зрения национально-патриотических кругов, основным движущим мотивом деятельности Ленина была русофобия. В качестве подтверждения данного тезиса приводят такие аргументы, как «шпионаж в пользу Германии», допущение территориального раздела России, готовность положить нашу страну на алтарь мировой революции и т.д. Параллельно с этим идеологи двух вышеупомянутых политических течений обвиняют лидера большевистской партии в авантюрной попытке осуществления «социалистического эксперимента». С их точки зрения, стремление реализовать утопию о построении справедливого общества якобы привело к кровопролитию и упадку.

За всем этим стоит вполне конкретная цель– отвлечь внимание общества от провальных результатов капиталистической реставрации.

В настоящее время выявлено немалое количество весьма достоверных фактов, опровергающих основные мифы, насаждаемые пропагандой на протяжении постсоветского периода. На наш взгляд, целесообразно рассмотреть каждый спорный вопрос, связанный с деятельностью вождя мирового пролетариата, по отдельности.

Миф 1. Ситуация в нашей стране в дореволюционный период была идеальной. Россия относилась к числу мировых лидеров, обладала мощной экономикой. Кроме того, как пытаются доказать критики Советской власти, благополучной была ситуация и в социальной сфере. Следовательно, Ленин развернул свою деятельность на пустом месте.

Тезис о «России, которую мы потеряли», занимает едва ли не одно из основных мест в антикоммунистической пропаганде. Между прочим, объективный анализ ситуации, сложившейся в нашей стране в начале XX века, показывает, что наряду с успехами имел место ряд немаловажных проблем. Разумеется, по экономическим показателям Российская империя находилась на пятом месте в мире. В тоже время нельзя закрывать глаза на противоречия, существовавшие в то время.

Про антагонистический характер капиталистического строя и сопутствовавшие ему явления вроде социального расслоения, тяжести положения трудящихся масс, имевших место как в России, так и в США, в Великобритании, во Франции, в Германии, пересказывать нет смысла. Все это общеизвестно. Отметим, что аграрный и рабочий вопрос находился в центре внимания не только революционных организаций, либеральных общественно-политических кругов, но и монархических сил, которые не ставили своей целью дискредитировать и сменить власть. Так, в программе Русского монархического союза, опубликованной после 1912 года, было заявлено о необходимости повышения уровня жизни народа, всех социальных слоев Российской империи, в связи с чем поставлена задача проведения масштабных преобразований, направленных на улучшение «положения крестьян, рабочих, ...путем наделения нуждающихся крестьян землей, самого широкого улучшения рабочего труда».

Как было подчеркнуто выше, наша страна действительно входила в первую пятерку ведущих стран, с момента отмены крепостного права экономика развивалась высокими темпами. Бесспорным является и тот факт, что наша страна прошла за 40 лет тот путь, который европейские страны преодолели за 200 лет – от свободной конкуренции к монополистическому капитализму. Вместе с тем, степень развития промышленности оставляла желать лучшего. Так, значительную долю в экономике составлял аграрный сектор при незначительной доли промышленности – в соотношении 80 на 20% в пользу села, в то время как в странах Европы соотношение пропорций данных отраслей было приблизительно равным. И это – несмотря на самые высокие темпы экономического роста в нашей стране, наблюдавшиеся со времен отмены крепостного права! Следует отметить, что данное утверждение является не повторением штампа Советского агитпропа. Об этом шла речь в докладной записке министра финансов С.Ю. Витте Николаю II «О положении нашей промышленности», подготовленной им в феврале 1900 года. Он подчеркнул, что «несмотря на достигнутые успехи в деле роста промышленности, Россия и по настоящее время остается страной по преимуществу земледельческой». Он же обратил внимание на то, что «земледельческая страна, не имеющая своей собственной промышленности, достаточно развитой, чтобы удовлетворять главным потребностям населения продуктами отечественного труда, не может почитать свою мощь непоколебимой».

Проанализировав все вышеперечисленные оценки ситуации, сделанные царскими чиновниками, монархическими политическими силами, можно без труда найти ответ на вопрос, действительно ли Россия столкнулась с проблемами, провоцировавшими нарастание антиправительственных настроений, или они являются плодом воображения большевистской пропаганды.

Миф 2. Октябрьская революция, совершенная большевистской партией во главе с В.И. Лениным, привела к катастрофическим последствиям. В итоге разрушению подверглась экономика, территориальная целостность страны, также Россия, входившая в Антанту, выигрывавшую сражение в Первой мировой войне, не вошла в число стран-победительниц.

На протяжении всего постсоветского периода ряд исследователей, политиков стремится доказать, что потрясения, охватившую нашу страну в период 1914 – 1921 гг., возникли по вине большевиков, а не в результате вступления России в Первую мировую войну, неспособности правящих верхов наладить нормальное функционирование важнейших систем жизнеобеспечения и не в результате событий, последовавших вслед за Февральской революцией. С их точки зрения, разговоры о том, что страна оказалась на краю пропасти к 1917 году, якобы являются плодом воображения большевистской пропаганды. Какие аргументы приводят в пользу подтверждения данной точки зрения? Ликвидация «снарядного голода» в 1915 – 1916 гг., активизация производства многочисленных видов вооружений, тяжелой военной техники, в результате чего, по мнению ряда исследователей, удалось совершить «Брусиловский прорыв» в 1916 году, перевооружить армию к весне 1917 года – в канун новой стадии наступления.

Однако здесь не все так просто, как может показаться на первый взгляд. Если обратиться не к постсоветским агиткам, а к документам царского и Временного правительства, к сведениям, оставленными их видными деятелями, к воспоминаниям белогвардейцев, то мы увидим, что тенденции, ведущие к нарастанию разрушительных процессов, начали развиваться как раз в годы Первой мировой войны. А.И. Деникин в своих мемуарах «Очерки Русской смуты» вспоминал, что в довоенный период из-за «недостаточного внимания власти к развитию производительных сил страны, промышленность наша находилась в состоянии неустойчивом и в большей зависимости от иностранных рынков даже в отношении таких материалов, которые, казалось бы, можно добывать дома». По его словам, «война оказала несомненно глубокое влияние на состояние промышленности: прекращение нормального ввоза и потеря Домбровских копей...».

Разумеется, любая война несет собой определенный рост трудностей. Однако ситуация может усугубиться вследствие дезорганизации системы государственного управления, неспособности обеспечить эффективный контроль за выполнением правительственных мероприятий. Про коррупцию чиновников, саботаж со стороны экономических кругов мы подробно скажем в дальнейшем. А здесь сошлемся на А.И. Деникина, который в своих мемуарах писал, что «в союзных странах вся общественность приняла горячее участие в работе на оборону страны, у нас эта помощь презрительно отвергалась, и работа велась неумелыми, иногда, преступными руками, вызвав фатальные явления сухомлиновщины и протопоповщины» (напомним, что до июня 1915 года Сухомлинов занимал должность военного министра. По словам того же Деникина, «в течение управления Сухомлинова ведомство получило особый кредит в 450 миллионов рублей и не израсходовало из них 300 миллионов»).

О кризисной ситуации в топливной, в транспортной, в продовольственной сферах, о спаде производства свидетельствуют не только материалы Советской пропаганды, но и документы государственных органов периода 1916 – 1917 гг. Обо всем перечисленном говорилось в докладной записке Николаю II начальника штаба верховного главнокомандующего генерала Алексеева от 15 июля 1916 года, в документе Особого совещания по обороне от 1 февраля 1917 года, в сообщении управления воздушного флота особому совещанию по обороне от 26 февраля 1917 года, в телеграмме членов Государственного совета Николаю II от 28 февраля 1917 года. Подчеркнем, что Председатель IV Государственной думы М.В. Родзянко в своей записке императору от 1 февраля 1917 года обратил внимание на то, что «армия не разбита; она снабжена предметами вооружения более, чем когда-бы то ни было раньше, но позади армии, в тылу, идет такой развал, который грозит сделать бесцельными все жертвы, всю пролитую кровь, весь беспримерный героизм и – даже более – решительно склонить чашу военных весов на сторону наших врагов».

Здесь подчеркнем, что после победы Февральской революции в 1917 году ситуация в России ухудшилась многократно. Во-первых, усилились разрушительные тенденции в экономике. Как писал А.И. Деникин, если до февраля 1917 года, при всех кризисных условиях «русская промышленность кое-как справлялась с возлагаемыми на нее задачами, то революция нанесла ей последний удар, приведший к постепенному замиранию и ликвидации». В своих мемуарах он продемонстрировал обстановку в промышленности, в транспортной системе, в области финансов, сложившуюся после прихода к власти Временного правительства. Так, если в 1915 -1916 гг. удалось наладить производство вооружений, в результате чего был ликвидирован «снарядный голод», усилилось перевооружение армии, то на протяжении 1917 года показатели ухудшились и в данной отрасли. На это обратил внимание Верховный главнокомандующий Л.Г. Корнилов в своем выступлении на Государственном совещании в Москве, прошедшем 12 – 15 августа 1917 года, подчеркнув, что «в настоящее время... производство главнейших потребностей армии, по сравнении с цифрами периода с октября 1916 г. по январь 1917 г. понизилось таким образом: орудий на 60%, снарядов на 60%».

Во-вторых, после победы февральской революции начался «парад суверенитетов». Приведем конкретные факты. Так, в марте 1917 года Временное правительство согласилось предоставить независимость Польше. В июле 1917 года финляндский сейм принял закон, провозглашавший переход законодательной и исполнительной власти на территории Финляндии к сейму. 10 июля 1917 года независимость Украины была провозглашена Центральной Радой. Различные планы территориального обособления обсуждались в Закавказье (от требований предоставления автономий в рамках России до предоставления независимости Армении, Грузии и Азербайджану). В апреле 1917 года на съезде кубанского казачества в Екатеринодаре было провозглашено образование Кубанской краевой войсковой рады, избравшей своё правительство и атамана. Новыми властями было введено военное положение. В дальнейшем правительство объявило себя верховной властью области. В Сибири среди жителей края популярностью пользовалась идея о том, что Сибирь в качестве автономной единицы должна обладать всей полнотой власти на своей территории. Намечалось создание Сибирской областной думы, Кабинета министров, судебных органов.

Все это происходило при согласии Временного правительства. Годы спустя, будучи в эмиграции, А.Ф. Керенский в своей беседе с французским журналистом Р.Лютеньем, подчеркнул, что он восстановил независимость Финляндии, поскольку «она была аннексирована Россией в ходе наполеоновских войн и вошла в империю в качестве независимого государства, заключившего союз лично с императором». Бывший глава Временного правительства заявил, что они провозгласили независимость Польши. Также «начал разрабатываться режим предоставления независимости для прибалтийских стран, для Украины». По его словам, «на Кавказе, в Туркменистане мы стали приглашать представителей местного населения для управления страной».

В-третьих, после издания «Приказа № 1» от 1 марта 1917 года, была подорвана дисциплина в рядах вооруженных сил, в результате чего армия фактически разбежалась и пришла в небоеспособное состояние. Следствием данного эксперимента стало фактическое перечеркивание результатов «Брусиловского прорыва» 1916 года. Так, Л.Г. Корнилов в своем вышеупомянутом выступлении на совещании в Москве в августе 1917 года, характеризуя ситуацию на фронте, отметил, что «висит угроза новых потерь территорий и городов и висит опасность непосредственно самой столице». Верховный главнокомандующий обратил внимание на то, что «вследствие развала нашей армии потеряли всю Галицию, потеряли всю Буковину и все плоды наших побед прошлого и настоящего года». По его словам, «враг в некоторых местах уже перешел границы и грозит самым плодородным губерниям нашего юга,... уже стучится в ворота Риги, и если только неустойчивость нашей армии не даст нам возможности удержаться на побережье Рижского залива, дорога к Петрограду будет открыта».

Таким образом, все утверждения о том, что страну разрушили большевики, лишены каких-бы то ни было оснований. То, что Россия оказалась в тяжелом положении до победы Октябрьской революции, об этом говорят не только материалы «Краткого курса истории ВКП(б)», но и документы царского и Временного правительства, а также свидетельства современников, в том числе и тех, кто в будущем воевал против Советской власти.

Миф 3. Идея В.И. Ленина о необходимости перехода к социализму в России в 1917 году была авантюрой. В тот период сами капиталистические отношения были еще недостаточно развиты, Россия оставалась в большей степени аграрной страной. Следовательно, никаких предпосылок для социалистической революции не было.

На наш взгляд, данные утверждения являются типичным скольжением по поверхности. Следует начать с того, что в начале XX века в нашей стране складывалась система государственно-монополистического капитализма. Так, еще до начала Первой мировой войны был сформирован целый ряд крупных казённых капиталистических производств, в частности, Комитет по распределению железнодорожных заказов, Совещание по судостроению, Съезд по делам прямых сообщений и т.д.

В годы Первой мировой войны усилилась тенденция перехода производства под контроль государства. Так, положением Совета Министров от 17 октября 1914 года «Об установлении надзора за деятельностью промышленных заведений, исполняющих заказы военного и морского ведомств», соответствующим учреждениям было предоставлено право осуществлять реквизицию предприятий, материалов, оборудования для оборонных целей. Про Военно-промышленные комитеты и особые совещания по обороне, транспорту, топливу и продовольствию, в функции которых входило распределение военных заказов, ресурсов, регулирование режима работы важных отраслей экономики, требование от предприятий принятия военных заказов и отчетов по их выполнениям, реквизиция торговых и промышленных предприятий всех видов и секторов, общеизвестно. На наш взгляд, следует добавить, что Временное правительство предприняло попытку ввести государственную монополию на нефть, металлические изделия, кожу, лесоматериалы. Так, госмонополия на кожевенные изделия была установлена 21 апреля 1917 года. В свою очередь, 16 июля 1917 года принято «Положение о передаче донецкого топлива в распоряжение государства и о государственной монополии торговли донецким топливом». Согласно положению, все ранее заключенные коммерческие сделки были признаны утратившими силу. Донецкое топливо должно было распределяться между потребителями на основе плана, составленного Особым совещанием по топливу. А 6 августа 1917 года газета «Речь» опубликовала беседу с министром финансов Н.В. Некрасовым, в ходе которой он заявил о неизбежности «установления новых государственных монополий: сахарной, спичечной и чайной».

Однако все попытки установления государственного контроля над производством, распределением были провалены. В.И. Ленин в своей работе «Грозящая катастрофа и как с ней бороться» констатировал, что «происходит повсеместный, систематический... саботаж всякого контроля, надзора и учета, всяких попыток наладить его со стороны государства». Оценка ситуации, данная В.И. Лениным, во многом совпадает с мыслью, отмеченной А.И. Деникиным в «Очерках русской смуты». Последний подчеркивал, что «правительственными мероприятиями, при отсутствии общественной организации, расстраивалась промышленная жизнь страны, транспорт, исчезало топливо. Правительство оказалось бессильно и неумело в борьбе с этой разрухой, одной из причин которой были несомненно и эгоистические, иногда хищнические устремления торгово – промышленников».

Как монополии фактически срывали попытки установления правительственного контроля над их деятельностью и реализацию критически важных для страны программ, видно из выступления министра юстиции Временного правительства В.Н. Переверзева на III съезде Военно-промышленных комитетов, прошедшего в мае 1917 года. В своем докладе он заявил следующее: «..спекуляция и самое беззастенчивое хищничество в области купли-продажи заготовленного для обороны страны металла приняли у нас такие широкие размеры, проникли настолько глубоко в толщу нашей металлургической промышленности и родственных ей организацией, что борьба с этим злом, которое сделалось уже бытовым явлением, будет не под силу одному обновлённому комитету металлоснабжения». Министр обратил внимание на то, что «хищники действовали смело и почти... открыто. В металлургических районах спекуляция создала свои собственные прекрасно организованные комитеты металлоснабжения и местных своих агентов на заводах, в канцеляриях районных уполномоченных и во всех тех учреждениях, где вообще нужно было совершать те или иные формальности для получения с завода металла». По словам Переверзева, «при желании можно было бы привести целый ряд очень ярких иллюстраций, показывающих, с каким откровенным цинизмом все эти мародёры тыла, уверенные в полнейшей безнаказанности, спекулируют с металлом, предназначенным для обороны страны».

Таким образом, война подстегнула процесс концентрации производства, его переход под управление государства. В тоже время попытки наладить государственный контроль наталкивались на сопротивление монополистов. В этих условиях важно было добиться установления контроля над деятельностью государственно-монополистических структур, тем самым заставив их работать в интересах общества. Собственно говоря, В.И. Ленин в работе «Грозящая катастрофа и как с ней бороться», отметил, что социализм представляет собой государственно-капиталистическую монополию, обращенную на пользу всего народа.

Миф 4. В.И. Ленин развертывал свою деятельность, пользуясь поддержкой германского генерального штаба. Усилия возглавляемой им большевистской партии, направленные на разложение армии, прямо говорят об этом.

Пожалуй, это один из самых злобных антисоветских мифов. На наш взгляд, следует начать с того, что в тот период практически все политические силы запятнали себя работой на иностранные государства. Это касается и царского окружения (на это обращал внимание не только П.Милюков в своем знаменитом выступлении в Государственной думе 1 ноября 1916 года, но и В.Пуришкевич в своей речи в парламенте 16 ноября 1916 года), и Временного правительства, пришедшего к власти при поддержке Антанты, и сил белогвардейской контрреволюции, соединившейся с иностранными интервентами в 1918 году (об этом говорят не только Советские учебники истории, но и заявления П.Милюкова и А.Керенского на конференции бывших членов Учредительного собрания, прошедшей в Париже в январе 1921 года, заявление американского сенатора Бора от 5 сентября 1919 года с протестом против военного вмешательства в Россию, а также мемуары У.Черчилля).

Что касается В.И. Ленина, то здесь картина выглядит не слишком просто, как может показаться на первый взгляд. Во-первых, надо учесть, что возвращение в Россию через Германию было вызвано отказом Антанты на просьбу российских революционеров обеспечить возвращение в Россию через их территорию. Причем инициатором данного хода был отнюдь не Ленин, а Ю.Мартов. Также следует принять во внимание, что поездка финансировалась в основном за счет эмигрантов. Во-вторых, на сегодняшний день выявлено немало сведений, дающих основание утверждать, что обвинения В.И. Ленина в шпионаже в пользу Германии сфабриковано Временным правительством. Так, историк-архивист С.С. Попова в своей книге «Французская разведка ищет «германский след»» пишет, что российская контрразведка вышла на данный след по подсказке представителей разведывательной службы французского генштаба, подогреваемых министром по делам вооружений Франции Альбертом Томом. Он направил своему атташе в Стокгольме предписание, в котором речь шла о необходимости предоставить правительству Керенского возможность «не только арестовать, но и дискредитировать в глазах общественного мнения Ленина и его последователей...».

В качестве доказательства шпионской деятельности В.И. Ленина нередко ссылаются на документы, приобретенные специальным посланником президента США в России Э.Сиссоном и опубликованные в Вашингтоне в 1918 году. В тоже время не принимают во внимание того обстоятельства, что эти документы были напечатаны по прямому указанию американского президента В.Вильсона. Так, британский посол в России Б.Локкарт в своих мемуарах «Буря над Россией. Исповедь английского дипломата» признал, что они были «грубо подделаны». В 1955 году американский дипломат и историк Дж. Кеннан, исследуя вышеперечисленные документы, подверг сомнению их подлинный характер.

Что же касается развала армии, то, как было отмечено нами выше, данный процесс начал развиваться после выхода «Приказа №1» от 1 марта 1917 года. Данный факт констатировал в своих мемуарах «Военные усилия России в мировой войне» белоэмигрантский генерал Н.Н. Головин, подчеркнув, что полная деморализация Русской армии и её неспособность решать стратегические задачи, являлись результатом не пропагандистских усилий, а сложной социально-экономической и политической обстановки, сложившейся к тому времени. Аналогичную мысль озвучил А.И. Деникин в своих воспоминаниях, не согласившись с тем, что большевистская пропаганда являлась основной причиной развала армии. По его словам, большевизм «нашел лишь благодатную почву в систематически разлагаемом и разлагающемся организме». В результате дело кончилось потерей всех результатов военных успехов 1916 года, о чем шла речь на Государственном совещании в Москве в августе 1917 года.

Миф 5. В.И. Ленин и возглавляемая им большевистская партия, придя к власти в октябре 1917 года, установили самую жестокую диктатуру, подвергли своих политических оппонентов несправедливым репрессиям, а в довершении всего развернули беспощадный красный террор.

Следует начать с того, что в ситуации 1917 года практически все основные политические силы выступали за установление диктаторского режима. Так, 20 августа 1917 года совещание ЦК партии кадетов высказалось большинством голосов за установление военной диктатуры в России. Семь дней спустя П.Милюков вместе с генералом М.В. Алексеевым пытался уговорить А.Ф. Керенского поддержать Корнилова. То, что в условиях хаоса, парализованности важнейших сфер жизнеобеспечения, взлета организованной преступности и сепаратистских тенденций необходимо принять жесткие меры, понимали все политические партии. Вопрос состоял в том, во имя чего использовать диктатуру.

Вопреки распространенному мифу, Советская власть в первые месяцы проявляла мягкотелость по отношению к контрреволюции. Об этом говорят следующие факты: отпуск под честное слово руководителей первых антибольшевистских мятежей – генерала Краснова, юнкеров, оборонявших Зимний дворец; отказ от репрессий по отношению к членам Временного правительства и бывшим депутатам Учредительного собрания; декрет ВЦИК 7 ноября 1918 года об амнистии в честь первой годовщины Октябрьской революции. В дальнейшем, после начала иностранной интервенции и вспыхнувшими вслед за ней вооруженными выступлениями внутренней контрреволюции, Советская власть вынуждена была перейти к использованию крайних мер.

Подчеркнем, что антисоветская пропаганда, трубя на весь мир о красном терроре, умышленно замалчивает тему белого террора, который по степени жестокости не уступал первому. Об этом говорят не только Советские кинофильмы, исследования, посвященные гражданской войне, но и сведения ряда лиц, находящихся в противоположном политическом лагере. Данный факт констатировался в публикации «сменовеховца» А.В. Бобрищева-Пушкина (до 1917 года принадлежал к октябристам, с 1919 года состоял в рядах армии Деникина на Юге России, после окончания гражданской войны – в эмиграции). В своей статье «Новая вера», опубликованной в сборнике «Смена вех» в Праге в 1921 году, он писал, что бежал от красных, потрясенный террором, и наткнулся на другой террор. По его словам, «увидел народ в такой кабале, хотя бы крестьян, преданных помещику на расправу, что перед этим бледнела коммунистическая диктатура...». Бобрищев-Пушкин подчеркнул, что «все отрицательные стороны советского строя» были замечены им на юге, «часто еще в большей степени».

Вся картина террора на территории, занятой А.В. Колчаком, была продемонстрирована бывшим эсером, членом КОМУЧа Д.Ф. Раковым (Осецким) в его письме Роговсокому, опубликованном в Праге 23 декабря 1919 года (он сам просидел в колчаковской тюрьме). Помимо описания тюремной обстановки, жесткого применения карательных мер по отношению к целому ряду заключенных, он отметил следующее: «Захваченное у большевиков селение подвергалось грабежу, мужское население или выпарывалось поголовно, или расстреливалось; не щадили ни стариков, ни женщин. Наиболее подозрительные по большевизму селения просто сжигались». То же самое засвидетельствовано в дневнике министра колчаковского правительства барона Будберга: ««Приехавшие из отрядов дегенераты похваляются, что во время карательных экспедиций они отдавали большевиков на расправу китайцам, предварительно перерезав пленным сухожилия под коленями («чтобы не убежали»); хвастаются также, что закапывали большевиков живыми, с устилом дна ямы внутренностями, выпущенными из закапываемых («чтобы мягче было лежать»)».

Аналогичная ситуация имела место и на Дальнем Востоке. Кампания массового террора разворачивалась под присмотром ближайшего сподвижника казачьего атамана Семенова барона Романа фон Унгерн-Штернберга. В прокламации Унгерна, разосланной своим войска в 1921 году, было заявлено, что «комиссары, коммунисты и евреи вместе с их семьями должны быть истреблены. Их имущество должно быть конфисковано... Виновных подвергать либо дисциплинарным взысканиям, либо смертной казни...». Он отметил, что «зло, которое обрушилось на Россию,..., нужно вырвать с корнем». Вот как описывают американские разведчики М.Сайерс и А.Кан в своей книге «Тайная война против Советской России» всю эту кампанию: «На суровой, пустынной окраине России военные действия Унгерна проходили в виде разбойничьих налетов, после которых оставались только сожженные деревни да изувеченные трупы мужчин, женщин и детей. Города, захваченные войсками Унгерна, отдавались им на разграбление. Евреев, коммунистов и всех, заподозренных в демократических симпатиях, расстреливали, пытали и сжигали заживо».

Вполне понятно, что при сложившихся обстоятельствах большевикам пришлось применить карательные меры в адрес контрреволюционных сил. Сам В.И. Ленин обращал внимание на то, что «террор был навязан терроризмом Антанты, когда все мирно могущественные державы обрушились на нас своими полчищами, не останавливаясь ни перед чем». По его словам, «мы не могли бы продержаться и двух дней, если бы на эти попытки офицеров и белогвардейцев не ответили беспощадным образом, и это означало террор, но это было навязано нам террористическими приемами Антанты». Все это вполне сопоставимо с ситуацией 1999 года, когда в ответ на вооруженное нападение чеченских сепаратистов на Дагестан, организацию ими терактов в ряде городов России, федеральная власть вынуждена была прибегнуть к использованию военной силы.

Миф 6. Политика «военного коммунизма», продразверстка и т.д. продиктованы исключительно революционной доктриной большевиков. Реализация данного эксперимента дорого обошлась нашей стране, поставила ее на грань катастрофы. Отказ от данной политики был обусловлен исключительно угрозой падения большевистского режима.

Данные суждения представляют собой весьма поверхностный взгляд на историю. К всеобъемлющей экономической централизации и концентрации ресурсов прибегали все страны, участвующие в войнах. Об этом подробно пишет российский эмигрант – социолог П.А. Сорокин в своей книге «Социальная и культурная динамика» (в 1917 году был личным секретарем председателя Временного правительства А.Ф. Керенского). По его словам, «когда общество вступает в войну, кривая правительственного вмешательства сразу взмывает вверх, а сеть государственного влияния становится более сложной». Сорокин пишет, что «многие экономические отношения, до этого неподконтрольные государству: производство, распределение и потребление, теперь им регламентируются». Далее он подчеркивает, что в экономике в таких случаях применяются следующие меры: установление и ужесточение правительственного контроля над экспортом и импортом, что нередко превращалось в государственную монополию на внешнюю торговлю; установление фиксированных цен; принудительные меры со стороны правительства, направленные на то, чтобы частные лица поставляли свои продукты на рынок; правительственные реквизиции продуктовых запасов у частных лиц; правительственный контроль за производством, распределением и потреблением. Им же приводятся конкретные примеры из истории Древней Греции, Древнего Рима, Средних веков, Нового времени, когда государство в экстремальных ситуациях устанавливало всеобъемлющий контроль над экономикой и общественной жизнью.

Вполне понятно, что аналогичные меры реализовывались и в нашей стране. Причем их осуществлять начали не большевики, а царское правительство. Так, 17 августа 1915 года было учреждено Особое совещание по продовольствию. Его председатель получил право устанавливать способы заготовки продовольствия, осуществлять реквизицию и запрещать вывоз продуктов из определенной местности. Положением от 27 ноября 1915 года Особое совещание получило право устанавливать предельные цены на продовольствие. В свою очередь, 29 ноября 1916 года управляющий министерства земледелия А.Риттих подписал постановление «О развёрстке зерновых хлебов и фуража, приобретаемых для потребностей, связанных с обороной». Необходимость введения продразверстки была им обоснована в ходе выступления в Государственной думе 17 февраля 1917 года. А 25 марта 1917 года постановлением Временного правительства «О передаче хлеба в распоряжение государства» фактически была введена хлебная монополия.

Однако все эти постановления не исполнялись по причине саботажа и коррупции чиновников. Данное утверждение отнюдь не является «штампом» Советской пропаганды, как это любят представлять антикоммунистически настроенные деятели. А.И. Деникин в «Очерках русской смуты» приводит воззвание Временного правительства от 29 августа 1917 года, в котором констатировалось чрезвычайно тяжелое положение России. В заявлении кабинета министров было отмечено, что «города, целые губернии и даже фронт терпят острую нужду в хлебе, хотя его в стране достаточно». Как подчеркнуто в воззвании Временного правительства, «многие не сдали даже прошлогоднего урожая, многие агитируют, запрещают другим выполнять свой долг...».

Советская власть также столкнулась со всеми вышеперечисленными трудностями, возникшими до её установления. В условиях иностранной интервенции и гражданской войны вынуждена была применить аналогичные крайне жесткие меры, необходимые для обороны страны Советов, налаживания наиболее важных сфер жизнеобеспечения.

Сам В.И. Ленин не делал из «военного коммунизма» никакого идеала. Так, в апреле 1921 года он написал, что «Военный коммунизм» был вынужден войной и разорением. Он не был и не мог быть отвечающей хозяйственным задачам политикой. Он был временной мерой». Поворот к НЭПу это только подтвердил. Правда, ряд его партийных соратников рассматривали данную политику как начало формирования основ коммунистического общества. Многие из них оценили переход к новой экономической политике как «отступничество» и «капитуляцию перед буржуазией».

На основании всех представленных фактов можно без труда найти ответ на вопрос, в основе политики «военного коммунизма» лежали прагматические или доктринальные соображения.

Миф 7. В.И. Ленин, как и Троцкий с Бухариным, был готов положить Россию на алтарь мировой революции. Именно поэтому, по мнению некоторых, он хотел видеть Л.Д. Троцкого своим преемником, назвав его «самым способным человеком» в ЦК.

Здесь следует точно определиться, о каком времени идёт речь. В 1918 – 1920 гг., когда в Европе полыхала революционная волна, Советская власть действительно выражала солидарность с международным пролетарским движением. Ровно такую же позицию заняла наша страна в середине 1940-х годов, оказывая поддержку не только антифашистским движениям Сопротивления в Европе, но и антиколониальной борьбе многих народов земного шара. История показала, что данный шаг был оправданным.

Но это – отдельные эпизоды. Прежде всего, не следует забывать, что В.И. Лениным был открыт и обоснован закон неравномерности экономического и политического развития капиталистических стран, на основе которого он пришел к выводу о возможности победы социализма в одной стране. Против данного положения возражали Троцкий с Зиновьевым. Так, первый считал данное утверждение теоретически неверным. Оба они полагали, что в период домонополистической стадии капитализма неравномерность развития наблюдалась в большей степени, чем в период монополистического капитализма. По их мнению, в это связи рассчитывать на возможность победы социализма в одной стране безосновательно.

Наиболее четко данная мысль была изложена Лениным в его работе «Детская болезнь левизны в коммунизме» в 1920 году: «Пока существуют национальные и государственные различия между народами и странами – а эти различия будут держаться еще очень и очень долго, единство интернациональной тактики коммунистического рабочего движения всех стран требует не... уничтожения национальных различий,.. а такого применения основных принципов коммунизма, которое бы... применяло их к национальным и национально-государственным различиям». Подчеркивает, что необходимо «исследовать, изучить, отыскать, угадать, схватить национально-особенное, национально-специфическое в конкретных подходах каждой страны к решению единой интернациональной задачи...».

Как известно, В.И. Ленин сформулировал основные направления социалистического строительства в нашей стране, в дальнейшем реализованные И.В. Сталиным: индустриализация, кооперация в сельском хозяйстве и культурная революция.

Что касается характеристики Троцкого, данной ему Лениным, то следует учитывать, что со времен «перестройки» фраза о Льве Давидовиче как о «самом способном человеке в ЦК» вырывается из общего контекста. Полностью заметка В.И. Ленина о нем звучала так: «... тов. Троцкий, как доказала уже его борьба против ЦК..., отличается не только выдающимися способностями. Лично он, пожалуй, самый способный человек в настоящем ЦК, но и чрезмерно хватающий самоуверенностью и чрезмерным увлечением чисто административной стороной дела».

Таким образом, все вышеупомянутые факты развеивают основную массу ложных представлений о деятельности В.И. Ленина, насаждаемых буржуазной пропагандой. Сегодня очевидно, что в целях демонтажа советского строя, независимости России, реставрации капитализма по лекалам западных «советов», легитимации неолиберальной олигархической модели развития, авторы «перестройки» и т.н. «реформ» прилагали все усилия, направленные на то, чтобы представить коммунистическую идеологию как чудовищную, якобы не давшую России никаких позитивных результатов. Они стремились доказать, что советскую коммунистическую систему нельзя было реформировать, можно было её только разрушить. В этой связи «независимые» средства массовой информации очерняли Советский период нашей истории, выполняя социальный заказ криминально-олигархических сил в лице чубайсов, ходорковских, березовских, а также ведущих мировых держав, зарящихся на национальное достояние нашей страны.

Между тем, значение деятельности В.И. Ленина, несомненно, огромно. Во-первых, совершенная возглавляемой им большевистской партией Октябрьская революция открыла новую эпоху человечества. Впервые во всемирной истории была предпринята реальная попытка превратить экономический и технический прогресс в социальный. В СССР были созданы благоприятные условия для жизни и свободного развития каждого, что позволило миллионам простых людей познавать новые горизонты. Ведущие капиталистические страны позаимствовали у нашей страны данную практику, усилив социальную направленность экономической политики. Во-вторых, несмотря на все трудности и издержки, переход к социализму в долгосрочной перспективе благотворно сказался на развитии России. Мощный экономический рывок, в результате которого СССР вышел на второе место в мире, полет в космос, колоссальные достижения в области научно-технического прогресса являлись результатом творческого подъема народных масс, вызванного Октябрьской революцией и победой в Великой Отечественной войне. Надо заметить, что все эти достижения признавала часть буржуазных сил, в том числе ряд представителей российской эмиграции. Так, бывший лидер кадетской партии П.Н. Милюков в ходе своей полемики с М.Вишняком в 1943 году поставил большевикам в заслугу укрепление экономики, государственности и армии. По его словам, «народ в худом и хорошем связан со своим режимом», «примирился с его недостатками и оценил его преимущества».

В настоящее время на повестку дня встаёт задача построения современного социализма. В этой связи возрастает актуальность тщательного изучения Советского периода нашей страны, анализа как достижений, так и ошибок, приведших к крушению системы в конце XX века. Но прежде всего необходимо осознать несостоятельность основных постулатов «демократической» пропаганды, стремящейся в максимальной степени исказить историю и принизить значение всего связанного с Советской властью, особенно деятельность В.И. Ленина.