«Таинственная почва души и сердца»
в творчестве А.С. Пушкина и М.Ю. Лермонтова
Таков поэт: чуть мысль блеснет,
Как он пером своим прольет
Всю душу; звуком громкой лиры
Чарует свет и в тишине
Поет, забывшись в райском сне,
Вас, вас! души его кумиры!
М.Ю. Лермонтов
В начале XIX века в русской классике продолжают творить и классицисты, и сентименталисты, уживаются на равных самые разные явления в литературе. Но к концу 10-х – началу 20-х на волне национально-патриотического подъёма, вызванного Отечественной войной 1812 года, зарождается русский романтизм. Ярчайшими представителями этого направления были и остаются А.С. Пушкин и М.Ю. Лермонтов. Каждый из них внёс неоценимый вклад в развитие романтизма, добавил что-то своё, вписав своё имя в историю мировой литературы.
В.Г. Белинский писал: «Каждое поэтическое произведение есть плод могучей мысли, овладевшей поэтом. Если бы мы допустили, что эта мысль есть только результат деятельности его рассудка, мы убили бы этим не только искусство, но и самую возможность искусства».
Попробуем проанализировать романтические произведения А.С.Пушкина и М.Ю. Лермонтова, чтобы выявить общее и распознать новаторство применения поэтами романтических принципов в своём творчестве. Это поможет нам в будущем глубже понять актуальность существования ведущего направления в литературе первой половины XIX века, его историческую обусловленность и оценить вклад великих поэтов в развитие отечественной литературы.
Возникновение и основные черты русского романтизма
Романтизм - направление в европейской и американской литературе конца XVIII - первой половины XIX века. Эпитет "романтический" в XVII века служил для характеристики авантюрных и героических сюжетов и произведений, написанных на романских языках (в противоположность тем, что создавались на языках классических). В XVIII веке это слово обозначало литературу Средневековья и Возрождения. В конце XVIII века в Германии, затем в других странах Европы, в том числе - в России, слово романтизм стало названием художественного направления, противопоставившего себя классицизму
Идеологические предпосылки романтизма - разочарование в Великой Французской революции в буржуазной цивилизации вообще (в ее пошлости, прозаичности, бездуховности). Возникнув в конце 18 века и просуществовав до 19 века, это направление пережило время гигантских общественных потрясений, когда рушился феодально-средневековый мир и на его обломках возникал и утверждался капиталистический строй. Интерес к данному направлению в искусстве связан с острой неудовлетворенностью социальной действительностью и порывами к иной жизни. К смутному, но властно притягательному идеалу. Настроение безнадежности, отчаяния, "мировой скорби" - болезнь века, присуща героям Шатобриана, Байрона, Мюссе. Значит, характерной чертой романтизма является неверие, что жизнь может быть построена на началах добра, разума, справедливости. Современная действительность предстала как неразумное, иррациональное, полное тайн и вместе с тем – как враждебное природе человека и его личностной свободе. Отсюда резкое противоречие между идеалом и действительностью (стремление к возвышенному идеалу).
В то же время романтикам свойственно ощущение скрытого богатства и беспредельных возможностей бытия. Отсюда у Байрона, Шелли, поэтов-декабристов и Пушкина - энтузиазм, основанный на вере во всемогущество свободного человеческого духа, страстная жажда обновления мира. Романтики мечтали не о частных усовершенствованиях жизни, а о целостном разрешении всех ее противоречий. У многих из них преобладают настроения борьбы и протеста против царящего в мире зла (Байрон, Пушкин, Лермонтов, Мицкевич). Представители созерцательного романтизма нередко склонялись к мысли о господстве в жизни непостижимых и загадочных сил (рок, фатум), о необходимости подчиниться судьбе (Шатобриан, Колридж, Саути, Жуковский).
Для романтиков характерно стремление ко всему необычному - к фантастике, народным преданиям, к "минувшим векам" и экзотической природе. Они создают особый мир воображаемых обстоятельств и исключительных страстей. Особенно, в противовес классицизму, большое внимание уделяется духовному богатству личности. Романтизм открыл сложность и глубину духовного мира человека, его неповторимое своеобразие ("человек - малая Вселенная"). Плодотворным было внимание романтиков к особенностям национального духа и культуры разных народов, к своеобразию различных исторических эпох. Отсюда - требование историзма и народности искусства (Ф.Купер, В.Скотт, В.Гюго).
Романтизм ознаменовался обновлением художественных форм: созданием жанра исторического романа, фантастической повести, лиро-эпической поэмы. Необычайно расцвета достигла лирика. Существенно расширены возможности поэтического слова за счет его многозначности.
Русский романтизм в отличие от зарубежного, сформировался в эпоху, когда стране еще только предстояло вступить в полосу буржуазных преобразований. В нем сказалось разочарование передовых русских людей в существующих самодержавно-крепостнических порядках, неясность их представлений о путях исторического развития страны. Романтические идеи в России как бы смягчены. На первых парах романтизм был тесно связан с классицизмом и сентиментализмом. Родоначальниками русского романтизма принято считать Жуковского и Батюшкова.
Наследуя традиции искусства средневековья, испанского барокко и английского ренессанса, романтики впервые открыли необычайную сложность, противоречивость души человека, ее неисчерпаемость. Человек для них – малая вселенная, микрокосмос. Погруженность в глубины духа, напряженный интерес к сильным и ярким чувствам, грандиозным страстям, к тайнам движения души, к «ночной» ее стороне, тяга к интуитивному и бессознательному – сущностные черты романтического искусства. Столь же характерно для романтизма повышенное внимание к единичному, неповторимому в человеке, культ индивидуального, который был как бы самозащитой от нараставшей нивелировки индивидов в буржуазном обществе. Сфера романтизма, по словам Белинского, - «таинственная почва души и сердца, откуда поднимаются все неопределенные стремления к лучшему и возвышенному, стараясь находить себе удовлетворение в идеалах, творимых фантазию».
В стремлении утвердить свои идеалы романтики обращаются к религии и искусству, к миру природы, жизни экзотических народов, к истории и фольклору – всему, что не похоже на прозаическую повседневность. В противовес «разуму» просветителей с их предпочтением «общего», «типичного» они провозглашают суверенность и самоценность отдельной личности, свободу воли. Неизменной материальной практике они противопоставили жизнь духа, в которой видели наивысшую, а подчас и единственную ценность. Поэтому главное внимание они уделяли не обстоятельствам жизни человека, а его внутреннему миру.
Высшее достижение русского романтизма - поэзия Жуковского, Пушкина, Баратынского, Лермонтова, Тютчева.
А.С. Пушкин о романтизме в литературе
Русский романтизм, порожденный надвигающимся переломом в развитии России, стал в основном выражением новых антифеодальных освободительных тенденций в общественной жизни и мировоззрении. Но романтики описывают не только эпоху, но и самого человека. Положительный герой романтической литературы - это человек неистовых страстей, интеллектуально-психологически возвышающийся над толпой, мечтательно устремленный в будущее.
Может быть, с Пушкиным мы только и научились понимать, что такое любовь, возвышение - это мечта об идеале женщины чистейшей прелести, чистейший образец, гений чистой красоты, которую заронил Пушкин в сердце русского, и которою тот с тех пор безнадежно болен.
Безусловно, Пушкин является самым блестящим примером писателя-романтика. Многие люди пытались проанализировать его романтизм. Но как же все-таки понимает романтизм сам Пушкин?
У Пушкина взгляды на романтизм вполне соответствовали духу его романтического творчества. Большинство замечаний и высказываний Пушкина о романтизме относится к 1824-1825 годам, когда были завершены или завершались южные поэмы (в 1824 году был написан «Кавказский пленник», в октябре того же года были закончены «Цыганы»).
Пушкин часто подчеркивал свое несогласие с наиболее распространенными определениями романтизма. Он писал друзьям: «Сколько я ни читал о романтизме, все не то».
В шестой главе «Евгения Онегина», Пушкин, цитируя предсмертные стихи Ленского, замечал:
Так он писал темно и вяло
(Что романтизмом мы зовем,
Хоть романтизма тут нимало
Не вижу я да что нам в том?)
Это ироническое замечание по поводу стихов было похоже на сделанное Пушкиным позднее, в 30-е годы, категорическое заявление: «Нельзя относить к романтической литературе все произведения, носящие на себе печать уныния или мечтательности».
Взгляды Пушкина на романтизм были, прежде всего, антиклассическими. Он утверждал, что «романтическая школа есть отсутствие всяких правил, но не всякого искусства». Пушкин рассматривал романтизм как подлинную революцию в области формы. В одном из писем к П.А. Катенину он говорил о перевороте в словесности, который должны произвести романтики.
Теоретические позиции Пушкина определяли и его взгляды на конкретную историю романтизма. Пушкин относил к романтической литературе произведения Данте, Шекспира и многих других писателей. Это довольно неожиданно, но с точки зрения теорий Пушкина, который считал самой привлекательной чертой поэта-романтика художественную смелость разрыва с общепринятыми нормами, было вполне логичным.
Таким образом, Пушкин теоретически определял романтизм как отказ от старых классических литературных форм. В своей переписке Пушкин дал ряд высказываний о романтических героях в жизни. Эти высказывания проливают яркий свет на то, в чём он видел содержание романтизма. Пушкин не считал, что романтических героев в современной ему русской жизни можно найти только среди разочарованных молодых людей, читающих Байрона. Он связывал с понятием романтизма людей, совершенно чуждых чувствам уныния и разочарованности. Это люди, отличающиеся бурными страстями, которые являются героями самых необыкновенных приключений, поднимающих человека над обыденностью. Таким образом, Пушкин включал в интеллектуально-психологическую сферу романтизма необыкновенное, поднимающее человека над повседневностью. Как художник он воплотил это в своих произведениях. Пушкин хотел нарисовать в своих романтических произведениях именно современного героя. В равнодушии к жизни, к её наслаждениям, в преждевременной старости души, т. е. в душевной охладелости романтического героя, он видел отличительные черты молодёжи 19-го века. Впервые в русской романтической литературе Пушкин создаёт образ современного героя, живущего интересами и волнениями своего века. Этим объясняется успех пушкинских южных поэм. В противоречивом внутреннем мире их главных героев и в их необычайной судьбе современники узнавали самих себя.
Пушкин-романтик
Пушкин-романтик изображает исключительные, чаще всего контрастные психологические состояния, непохожие на пошлую уравновешенность среднего человека. В романтической лирике Пушкина нарисованы или могучая страсть, подчиняющая все переживания и поступки человека, или душевная охладелость. То же мы находим в южных поэмах Пушкина. В «Кавказском пленнике» Черкешенка - страстная дева, полная восторгов сердца. Ей противопоставлен Пленник, который погубил страстями сердце, стал жертвою страстей. Он почти совершенно охладел душой. В «Цыганах», вершине романтизма Пушкина, всюду «страсти роковые». Поэт подчёркивает, что послушной душой Алеко играли страсти. Играют они и Земфирой, и её любовником - молодым цыганом, и её матерью Мариулой. Но в поэме действует также охладевший герой - старый цыган, которому после любовной катастрофы постыли... все девы мира. Постараемся же теперь разобраться в этом лучше, на конкретном художественном материале романтических произведений Пушкина.
Подлинным шедевром пушкинского романтического воспроизведения русского национального колорита явилась «Песнь о вещем Олеге». Здесь не только использовано летописное предание и блестяще нарисована эпоха древнегреческого язычества, но и взят явно романтический сюжет чудесного таинственного предсказания. Здесь у Пушкина появляется тема поэта-пророка, не подчиняющегося никакой земной власти, наделённого силой безошибочного предвидения, которое выделяет его из среды обыкновенных людей.
В лирических стихотворениях Пушкина - романтика, изображающих жизнь разных народов, нет соответствующих пейзажей или же они не имеют почти ничего национально характерного. И в русских произведениях Пушкина мало национальных пейзажных образов. Дать описание жизни разных народов на фоне соответствующих национальных пейзажей Пушкину удалось лишь в южных поэмах. Зато в пушкинской романтической лирике есть великолепные личностные пейзажные стихотворения, рисующие экзотическую природу и вместе с тем проникнутые глубоким и тонким психологизмом. Эти стихотворения связаны не с изображением какой-либо национальной среды, а с переживаниями самого поэта, с его восприятием жизни.
Прекрасны морские пейзажи Пушкина-романтика. Пушкин видел в море воплощение непокорности и бунтарства. Недаром в его стихотворении «Узник» орёл, стремящийся на волю, звал поэта улететь туда, где синеют морские края. В стихотворении «Погасло дневное светило» волнение океана пробуждает в поэте воспоминания о его прошлых желаниях и надеждах, о прошлой безумной любви, которую он не в силах забыть, и бесконечно сильное стремление к новым впечатлениям.
Пушкин внёс огромный вклад в русскую литературу. Его романтизм можно изучать бесконечно. Пушкин-романтик написал множество прекрасных произведений, которые поражают душу своей чувственностью. Его поэмы полны любви и трагизма. Пушкин-романтик изображал сильные страсти, яркие незаурядные явления внутреннего мира души человека. Пушкин создал наиболее содержательный и оригинальный романтический мир страстей в русской литературе. Его смерть потрясла всех. В.Ф.Одоевский опубликовал 30 января 1837 года в «Литературных прибавлениях» и журнале «Русский инвалид» такие строки: «Солнце нашей поэзии закатилось! Пушкин скончался, скончался во цвете лет, в середине своего великого поприща!.. Пушкин! наш поэт! наша радость, наша народная слава!.. Неужели, в самом деле, нет уже у нас Пушкина! К этой мысли нельзя привыкнуть!»
Жуковский, перебирая бумаги только что умершего поэта, обнаружил потрясающие стихи:
Нет, весь я не умру - душа в заветной лире
Мой прах переживёт и тленья убежит...
И всё шептал он их как заклинание, как молитву, как утешение. Как реквием...
Источники романтического мировоззрения М.Ю. Лермонтова
Коренной перелом, совершенный Пушкиным в литературе, не отменил романтизма, как не оттеснил он на второй план пафос времени – вопрос о судьбе и правах человеческой личности. Воплотить с наибольшей остротой эту проблематику выпало на долю великого русского поэта Михаила Юрьевича Лермонтова.
Духовные завоевания, вызванные освободительным движением, просветили самосознание передовых слоев русского дворянства, но, омраченные поражением декабризма и торжеством реакции, они приводили также к общественному разочарованию. Вера в возможность коллективной борьбы была подорвана, и надежда на свободу личную и общественную сохранилась лишь в форме одинокого индивидуального протеста и пессимистически окрашенного отчуждения. Вместе с тем к сознанию бессилия перед лицом реакции присоединялись впечатления, вызванные бурным развитием денежных отношений и ростом имущественного неравенства, которое Лермонтов воспринимал особенно остро (его ранние пьесы и роман «Княгиня Лиговская»). Образованное общество, из которого был вытравлен героический дух и вера в высокие освободительные идеалы, общество, скованное реакцией, пропитанное пошлостью, раздробленное «борьбой эгоизмов», и, прежде всего, среднее и высшее дворянское общество, представляло собой более чем неприглядную картину.
Лермонтов принадлежал к этому обществу, был тесно связан с ним, но оно не подавило индивидуальности поэта.
Развитию Лермонтова способствовало прекрасное и разностороннее образование, полученное им дома, в Московском Благородном пансионе и в Московском университете, в котором вели занятия лучшие преподаватели того времени. Огромную роль в формировании молодого поэта сыграло его увлечение произведениями Пушкина, Шиллера, Шекспира и в особенности бунтарским и мятежным творчеством Байрона — литературой, приобщавшей поэта к передовой гуманистической идеологии. Здесь следует упомянуть и менее характерные и более ранние увлечения: Жуковским, И. И. Козловым, А. А. Бестужевым.
Одним из самых важных источников, питавших мировоззрение Лермонтова и укреплявших его стойкость в годы безвременья, являлась идейная традиция декабризма и полные героической поэзии рассказы о декабристах. Эти рассказы доходили до Лермонтова еще в отрочестве, в то время, когда он жил в пензенском поместье своей бабушки — Тарханах. Он был окружен ими в Москве, в подмосковном имении его родственников, в Благородном пансионе и в Московском университете, в котором учился в 1830 и 1831 годах, одновременно с Герценом и Огаревым. Разогретая оппозиционной политической мыслью атмосфера университета, культ декабризма и поэзии декабристов, который установился в передовой студенческой среде, не подчинив себе Лермонтова целиком, сильно на него повлияли. Можно сказать, что декабристы разбудили не только Герцена, но отчасти и Лермонтова. Политическая и моральная культура декабризма, декабристские представления о должном, об идеале помогли Лермонтову увидеть современное ему общество таким, каким он его увидел, и оценить так, как он его оценил.
Лирический герой и эпоха в стихотворениях М.Ю. Лермонтова
Поэтическая эпоха, выразителем которой выступил Лермонтов, по словам Белинского, отличается «безверием в жизнь и человеческие, при жажде жизни и избытке чувства». Самый характер гуманизма Лермонтова приобретает иное содержание: трагическое мироощущение стало не моментом духовной жизни, а доминирующим принципом отношения к действительности. Неприятие ее становится абсолютным, а не относительным. Конечно, за ним скрывается прежде всего неудовлетворенность наличным бытием, но она принимает форму абсолютного отрицание или стремится такую форму принять.
С этим связана острота субъективного отрицательного чувства, опять- таки отмеченная Белинским в его статье о стихотворениях Лермонтова. Указывая на субъективность лермонтовской поэзии как на признак гуманности, Белинский вновь поставил эту ее черту в связь с новой, исторической эпохой:
«По этому признаку мы узнаем в нем поэта русского, народного, в высшем благороднейшем значении этого слова, - поэта, в котором выразился исторический момент русского общества».
Лермонтов придает русскому романтизму аналитический и рефлектирующий характер. Абсолютное отрицание действительности сливается с героико–трагическим лиризмом. Все это влечет изменения в поэтике. Они касаются прежде всего выражения авторского сознания.
Лермонтов погружен во внутренний мир, который он делает объектом анализа. И те воздействия со стороны внешнего мира, которые испытывает личность, также становятся предметом размышления, но не в качестве самостоятельных, а уже отраженных субъектов. Внутренний мир Лермонтова в его лирике выступает в значительной мере сложившимся, хотя усваивающим новые впечатления и изменяющимся. Но самый стержень, психологическое ядро личности не претерпевают каких-либо радикальных перемен. Строгая очерченность и постоянность «лермонтовского элемента» состоят в его особом психологическом типе, образующемся из контрастных, но спаянных черт – изначальной героики и столь же изначального трагизма. Жажда героического деяния и подвига, которые могут быть осуществлены в любой сфере – гражданской, поэтической, мыслительной, интимной, совмещается с глубоко выраженным признанием в обреченности и гибели личности. Высокое призвание личности слито в сознании Лермонтова с ее реальным бессилием. Вот этот героический и вместе с тем горький опыт составляет главную тему Лермонтова. При замкнутой сосредоточенности на личностном мире неизмеримо расширен круг духовных интересов, а, следовательно, и эмоциональная тональность. Ее плюсы – идеальное блаженство и едкая ирония. Поэзия не стремиться овладеть всем объективным богатством бытия, она удовлетворяется самодостаточностью индивидуального мира. Переживание вызвано не столько впечатлениями жизни, как у Пушкина, столько анализом своих реакций на эти впечатления. Поэтому переживание особенно в большинстве зрелых стихотворений кратко и предстает мгновенной вспышкой. И даже большие по объему стихотворения фиксируют один яркий момент. Каждое стихотворение через отдельное переживание, через раскрытие какого-то одного лика автора обращено к его личности в целом. Поэтому Лермонтов узнается сразу, весь. Узкие границы интимной лирики исчезают, за интимным уже не закрепляется только любовная, пейзажная, дружеская или творческая тема. Интимным становится личностным и окрашивает все без исключения темы и мотивы. Психологизм выступает определяющим качеством лермонтовской лирики и за ним закрепляется не только конкретность эмоций, а постоянство переживаний. Все эти свойства лирики Лермонтова создают устойчивый характер героя, обеспеченный цельностью могучей натуры, оправдывающей, и свою очередь, и художественное слово.
Лермонтов утверждает тип личности принципиально и сознательно героический, какой бы сферы это ни касалось. С этой точки зрения и сама гибель героя осмысливается как гибель определенного типа личности, рожденного всей предыдущей русской историей и одновременно ею же отвергнутого (например, «Бородино» и «Памяти А.И. Одоевского» и другие). Но иного поведения, кроме героического, «лермонтовский человек» не знает и не принимает. Самый отказ от героическою поведения, пусть даже заранее обреченного на поражение, вызывает у него либо упрек, либо иронию и презрение.
Таким образом, в субъективный протест как форму жизненной позиции дворянского интеллигента 30-х годов Лермонтов вносит очень существенный момент — героику личного деяния, жажду действия. Понятно, что пафос открытой борьбы, активного действия, личной страсти отражается и на принципе выражения внутреннего мира. Язык чувства, субъективность переживания становятся ведущими началами лермонтовского творчества вообще, преобразуя лиро-эпические, драматические и прозаические жанры. Лирический принцип господствует у Лермонтова на всем протяжении его творческого пути, хотя и претерпевает существенные изменения: открытая лиричность в ее наиболее субъективных формах — исповедь, дневник — постепенно исчезает. Лиричность осложняется сюжетом, размышлением, описаниями, битовыми реалиями, посторонними, внешними по отношению к герою голосами, раздвоением или даже расслоением питерского сознания на несколько самостоятельных, но не отделенных от автора голосов.
Центральным образом лермонтовской лирики юношеского периода становится образ лирического героя, открыто противостоящего враждебному внешнему миру. Поначалу противоречие между героем и миром носит моральный характер, но затем углубляется и расширяется, захватывая в свою орбиту все сферы мироощущения героя.
Ценность ранней лирики Лермонтова — в психологически достоверном выражении внутреннего мира мятежной и страдающей романтической души, наделенной высокими чувствами. Именно благодаря психологической правде чувств, благодаря глубокому анализу внутреннего мира расшатывается условная романтическая поэтика. Лермонтов разрабатывает жанры интимной повести, лирического дневника, философского монолога. В них он достигает наибольшей искренности лирического чувства. Лермонтовский герой всегда властвует над событиями и явлениями жизни. Не жизнь подчиняет его себе, а он стремиться переделать ее по идеальной норме и образцу.
Чем сильнее напор внешнего мира, тем бескомпромисснее его осуждение, тем глубже пропасть между миром и личностью. Возрождение героики на фоне тусклого и казенного раболепия 30-х годов, на фоне элегической лирики или восторженного прекраснодушия резко выделяло Лермонтова как непримиримого борца с трусостью, ханжеством и бездействием потерянного поколения. Герой Лермонтова размышляет об общественном действии («Из Андрея Шенье»), он предчувствует изгнанье из страны родной, хочет принять участие в революционных схватках и приветствует восставших («10 июля (1830)», «30 июля— (Париж) 1830 года» и др.).
Однако герой Лермонтова не только героическая и мятежная, но и гордая, избранная, отмеченная печатью рока, демоническая личность. Цельность внутреннего мира не исключает его противоречивости. В «Желании» контрастные мотивы даны порознь. В «Парусе» они объединены так, что переживание живого чувства, единого в своих противоречиях и не существующего вне их, объясняет неудовлетворенность человека, брошенного в море жизни, вечно мятущегося и не знающего счастья ни в буре, ни в покое, ибо буря чревата покоем, а покой — бурей. Человек оказывается обреченным на вечное мятежное одиночество.
В лирике 1837—1841 годов ощутимо изменяется отношение поэта к объективному миру, к чужому сознанию, в том числе и к сознанию толпы. В зрелой лирике объективный, внешний по отношению к герою мир начинает занимать все более заметное место. Лермонтов теперь стремится к тому, чтобы его личное переживание получало объективную основу и не только в общем плане, но и как данное конкретное чувство, обусловленное конкретными обстоятельствами. Отсюда возрастает интерес и к внешнему миру. В стихотворениях появляются точные бытовые реалии, указывается время, те или иные социальные явления. Лермонтов отказывается от явного автобиографизма ранних произведений.
Герой Лермонтова чувствует свою полную разобщенность со светской толпой и с поколением, к которому он принадлежит. Трагическая коллизия еще более углубляется в результате разлада с самим собой, со своими мечтами, которые теперь кажутся вовсе несбыточными. Недовольство героя направлено и на внешний мир, и на себя. Конфликт в душе поэта обусловливается внешними обстоятельствами жизни и связан с общим развитием мира, идущего по пути «просвещенья».
Структурные изменения в сфере сознания приводят к сдвигам в жанрово-стилистической системе лирических форм. Лермонтов становится строже в лирических высказываниях, разнообразнее и одновременно лаконичнее в использовании интонационных средств для выражения переживания, внимательнее к душевным процессам, к их «логике». Вместе с тем уточняется и углубляется критика общества, приобретающая более конкретный и непримиримый характер. Лично для себя Лермонтов уже не видит никакого выхода и ничего не ждет. В соответствии с этим на одном полюсе группируются стихотворения, в которых одиночество и беспросветный трагизм личного существования выступают как бы объективными законами враждебного мира, получающими беспощадный и суровый отпор. На другом — стихотворения, в которых отчаявшаяся душа ищет и не обретает утешения даже в мимолетных и слабых проблесках счастья — в неясной мечте по недостижимому блаженству, в непонятном звуке, в ласковой игре природы, в мелькнувшем женском лице.
Центральным устремлением оказывается совмещение личностного типа переживания с его объективацией. Актуально для зрелой лирики введение носителя «чужого» сознания («Пленный рыцарь», «Сосед», «Соседка»), «простого человека» («Завещание», «Валерик»), сближенного, однако, с авторским. С одной стороны, это усиливает обобщение — общая доля всех людей принципиально одинакова, а с другой — создает возможность передавать простое сознание в присущих ему красках. Так в элегию проникают городской мещанский романс («Соседка»), разговорная речь («Завещание»», «Валерик»). Во всем этом проявилось стремление выйти за рамки романтической лирики и романтической поэтики. То же намерение заметно и в пейзажно-символических стихотворениях, и в балладах, где нет образа лирического героя или автора.
Черты романтизма в поэмах М.Ю. Лермонтова
В поэмах Лермонтова находит себе выражение активная, наступательная линия его творчества. По своему содержанию лермонтовские поэмы не только оторваны от повседневной жизни эпохи, но и принципиально ей противопоставлены. В этом смысле они примыкают к пушкинскому романтическому эпосу, создавшим в русской литературе 20—30-х годов большую традицию. Действие поэм прикрепляется к экзотической почве (Кавказ, романтическая Испания и Италия) или переносится в древность (русская старина), а иногда и в «космическое пространство» (земля, небо). Почти все их сюжеты полностью или частично заимствованы из кавказских преданий, библейских текстов, исторических легенд или из позднейших книжных источников. Национальный колорит — иногда очень условный — имеет в них первостепенное значение. Но еще важнее роль национального колорита в лермонтовских поэмах, посвященных Кавказу, — «романтической стране», которую, говоря в духе известного афоризма, Лермонтов должен был бы выдумать, если бы ее не было в действительности. Борьба кавказских народов за свободу, их «незапятнанная» цивилизацией, дикая простота и яркость их быта, их близость к природе, природа Кавказа сама по себе, могучая и величественная, — все это непреодолимо влекло Лермонтова и являлось для него неисчерпаемым источником поэтического волнения. Совпадение эстетической мечты поэта и реальной поэзии кавказской действительности придавало его изображению Кавказа особую прочность, предметность и художественную ощутимость.
В соответствии с романтической традицией Пушкина композиционным центром лермонтовских поэм служит образ их ведущего героя. Вокруг него расположены другие, немногочисленные, действующие лица этих немноголюдных поэм: возлюбленная героя и его противник, иногда соперник, и один - два второстепенных персонажа. Отношения между действующими лицами развиваются у Лермонтова с грозно нарастающим драматическим напряжением и в большинстве случаев приводят к кровавым развязкам. Герои поэм — стихийные бунтари, мстители-отщепенцы или отверженцы и скитальцы, которые в незавершенных поэмах сюжетно еще не успели стать мстителями, но по своему складу готовы в них превратиться.
Тема мщения – одна из самых настойчивых в стихотворном эпосе молодого Лермонтова. Можно сказать, что в своих поэмах он всесторонне исследует различные проявления мести и подразделяет их.
Лермонтов изображает целый ряд героев, мстящих за свое личное ущемление из ревности или по обычаю кровавой мести. Месть их оторвана от интересов остальных людей, эгоистически замкнута, античеловечна и не просветлена мыслью о добре, на которое «зло» может иногда надеяться. Они ведут себя так, как будто им все дозволено.
Лермонтов: традиции и новаторство в романтизме
Лермонтов — крупнейший представитель русского и мирового романтизма, и величие его связано не только с тем, что его творчество зрелого периода развивалось в сторону реализма, но и с тем, что он был романтиком и в известных пределах оставался им до конца.
Романтизм Лермонтова относится к иной эпохе, чем романтизм Пушкина, и сильно от него отличается. Столкновение с враждебной и недостойной средой в условиях последекабристской реакции привело к тому, что в сознании Лермонтова идея и чувства личности, противостоящие действительности, приобрели большее значение и проявились с большей интенсивностью, чем у Пушкина. «Надо было обладать безграничной гордостью, — писал Герцен, — чтобы с кандалами на руках и ногах высоко держать голову». Отсюда — подвиг гордого одиночества, отщепенство, романтическая изолированность, о которых Лермонтов постоянно говорил в стихах как о поведении своего героя, хотя сам поэт не чуждался дружеских связей.
Развитию идеи личности у Лермонтова соответствует характерная для романтиков повышенная субъективность его отношения к действительности. Речь идет не о субъективной прихотливости и капризной изменчивости вкусов и мнений, а о страстном, заинтересованном, принципиально оценочном подходе ко всему окружающему. Это была та самая субъективность мысли и чувства, которая помогла Белинскому преодолеть свои примиренческие настроения конца 30-х годов и которую он признал главным признаком духовного прогресса своего времени. Субъективность эта, превращаясь в особый лермонтовский лиризм, окрашивала все произведения поэта, его характеристики, пейзажи, эпитеты. Она пронизывала его лирические признания и объективные образы атмосферой горячего напряженного личного чувства, «музыкой души». Лиризм Лермонтова был далек от созерцательно-пассивного лирического стиля таких поэтов, как Жуковский или Козлов. Лермонтов, как и Гоголь, — поэт активных оценок, вытекающих из всей совокупности его взглядов. Решающую роль в его поэзии играет сосредоточенная мысль и направленное чувство. Эта сосредоточенность в определенном кругу эмоций, оценок, тем и проблем, поставленных на очень разнообразном и широком материале, придает поэзии Лермонтова некоторую односторонность и является одним из существенных отличий ее от универсального и многопланово творчества Пушкина. Однако эта односторонность представляет собой не только ограничение, но и высокое достоинство Лермонтова. Она связана с устремлением его в глубину избранной им сферы и вместе с тем с исключительной интенсивностью, собранностью и динамичностью его поэтического мира.
Историю русского романтизма принято делить на два периода. Первый заканчивается восстанием декабристов. Романтизм этого периода достиг своей вершины в творчестве А.С.Пушкина, когда он пребывал в южной ссылке. Свобода, в том числе и от деспотических политических режимов, – одна из основных тем «романтического» Пушкина. (Кавказский пленник, Братья разбойники», Бахчисарайский фонтан, Цыганы – цикл «южных поэм»). С темой свободы переплетаются мотивы заточения, изгнания. В стихотворении Узник создан чисто романтический образ, где даже орел – традиционный символ свободы и силы, мыслится как товарищ лирического героя по несчастью. Завершает период романтизма в творчестве Пушкина стихотворение «К морю» (1824).
После 1825 русский романтизм изменяется. Поражение декабристов стало переломным моментом в жизни общества. Романтические настроения усиливаются, но акценты смещаются. Противопоставление лирического героя и общества становится роковым, трагическим. Это уже не сознательное уединение, бегство от суеты, а трагическая невозможность найти гармонию в обществе.
Творчество М.Ю.Лермонтова стало вершиной этого периода. Лирический герой его ранней поэзии – мятежник, бунтарь, личность, которая вступает в битву с судьбой, в битву, исход которой предопределен. Однако эта борьба неизбежна, потому что она и является жизнью (Я жить хочу! хочу печали…). Лирическому герою Лермонтова нет равных среди людей, в нем видны и божественные и демонические черты (Нет, я не Байрон, я другой…). Тема одиночества – одна из основных в творчестве Лермонтова, во многом дань романтизму. Человек – не только личность, ищущая жизнь в борьбе, но при этом сама полна противоречий, соединяющая в себе добро и зло, и во многом из-за этого одинокая и непонятая. В стихотворении Дума Лермонтов обращается к К.Ф.Рылееву, в творчестве которого жанр «думы» занимает немалое место. Ровесники Лермонтова одиноки, жизнь для них бессмысленна, они не надеются оставить свой след в истории: «Его грядущее иль пусто, иль темно…» Но и для этого поколения святы абсолютные идеалы, и оно стремится к обретению смысла жизни, но ощущает недостижимость идеала. Так Дума из рассуждения о поколении становится размышлением о смысле жизни.
Список использованных источников и литературы
Белинский В.Г «Взгляд на русскую литературу», Москва, 1988
Белинский В.Г. Сочинения Александра Пушкина, Москва, 1955
Быкова Н. Г. «Литература. Справочник школьника», Москва, 1995.
Волков Генрих. Мир Пушкина, Москва «Молодая Гвардия», 1989г.
Гайм Р. «Романтическая школа», Москва, 1891.
Гуревич А. М «Романтизм Пушкина», Москва, 1993
Сенкевич Г.В. «Романтизм М.Ю. Лермонтова и Янки Купалы. Действительность – герой - идеал», Москва, 1993
Фридман Н.В. Романтизм в творчестве Пушкина, Москва «Просвещение», 1980г.
.
14