Материалы для проведения классного часа на тему: «Блокада, 8 сентября»

Материалы для проведения классного часа на тему: «Блокада, 8 сентября»

Федорова М.Н. – воспитатель ГБОУ лицей 623 Выборгского района Санкт-Петербурга

Сегодня мы собрались в музее, чтобы вспомнить день 8 сентября 1941 года. День страшный, с которого началась героическая, трагическая и прекрасная страница в жизни нашего города. Шла война, уже более двух месяцев сражались на фронтах Великой Отечественной отцы, братья и сестры ленинградцев. 8 сентября война пришла в наш город. Город стал городом-фронтом: каждый стал воином, и большой и маленький, и солдат и рабочий. Город отстояли, несмотря на холод, голод и лишенья. Отстояли с убеждением, что Ленинграда отдать нельзя!

Эдуард Асадов

Ленинграду

Не ленинградец я по рожденью.

И все же я вправе сказать вполне,

Что я - ленинградец по дымным сраженьям,

По первым окопным стихотвореньям,

По холоду, голоду, по лишеньям,

Короче: по юности, по войне!

В Синявинских топях, в боях подо Мгою,

Где снег был то в пепле, то в бурой крови,

Мы с городом жили одной судьбою,

Словно как родственники, свои.

Было нам всяко: и горько, и сложно.

Мы знали, можно, на кочках скользя,

Сгинуть в болоте, замерзнуть можно,

Свалиться под пулей, отчаяться можно,

Можно и то, и другое можно,

И лишь Ленинграда отдать нельзя!

Вед. Немцы, обложив город кольцом, надеялись, что люди от голода станут ненавидеть и убивать друг друга. А ленинградцы показали, что люди способны - умеют любить и в таких условиях, могут «душу положить за други и до конца все претерпеть».

Радио… Лазарь Маграчев Матвей Фролов - с их именами связаны репортажи с передовой. Лазарь Маграчев спас от уничтожения блокадные радиоархивы, им была сохранена запись стихотворения Константина Симонова «Жди меня» в исполнении автора.[1]

Жди меня, и я вернусь.

Только очень жди,

Жди, когда наводят грусть

Желтые дожди,

Жди, когда снега метут,

Жди, когда жара,

Жди, когда других не ждут,

Позабыв вчера.

Жди, когда из дальних мест

Писем не придет,

Жди, когда уж надоест

Всем, кто вместе ждет.

Жди меня, и я вернусь,

Не желай добра

Всем, кто знает наизусть,

Что забыть пора.

Пусть поверят сын и мать

В то, что нет меня,

Пусть друзья устанут ждать,

Сядут у огня,

Выпьют горькое вино

На помин души...

Жди. И с ними заодно

Выпить не спеши.

Жди меня, и я вернусь,

Всем смертям назло.

Кто не ждал меня, тот пусть

Скажет: - Повезло.

Не понять, не ждавшим им,

Как среди огня

Ожиданием своим

Ты спасла меня.

Как я выжил, будем знать

Только мы с тобой,-

Просто ты умела ждать,

Как никто другой.

Вед. Было другое, чего не представляли себе на Большой земле. Постоянная угроза обстрела или бомбежки. Разрывы снарядов, лай зениток, вой сирены Была пушка, коьорая несла смерть с Пулковских высот…

Анна Ахматова Первый дальнобойный в Ленинграде

И в пестрой суете людской.

Все изменилось вдруг,

Но это был не городской,

Да и не сельский звук.

На грома дальнего раскат

Он, правда, был похож, как брат,

Но в громе влажность есть

Высоких нежных облаков

И вожделение лугов -

Веселых ливней весть.

А этот был, как пекло, сух,

И не хотел смятенный слух

Поверить по тому,

Как расширялся он и рос,

Как равнодушно гибель нес

Ребенку моему.

1941. Сентябрь

Вед. И еще один голос узнала вся страна. Тихий голос Ольги Берггольц стал голосом долгожданного друга в застывших и темных блокадных ленинградских домах, стал голосом самого Ленинграда. Это превращение показалось едва ли не чудом: из автора мало кому известных детских книжек и стихов, про которые говорилось "это мило, славно, приятно - не больше", Ольга Берггольц вдруг стала поэтом, олицетворяющим стойкость Ленинграда

Перед нами книжка, которую написала учительница Валентина Николаевна, а во время блокады маленькая девочка Валя. Когда началась блокада, была жива бабушка, которая заботилась о Вале. Но потом бабушка умерла. Мама уходила на работу, Валя оставалась одна: играла с игрушками, может быть, и с такими (показываем). Мама оставляла Вале еду, но ее было мало, очень мало. Еду (а в первую зиму это был только хлеб) выдавали по карточкам (показываем): надо было пойти в магазин, отстоять в очереди и получить маленький кусочек хлеба. Один месяц на карточку выдавали только 125 грамм хлеба и больше ничего.

Вале все время хотелось есть. Однажды она увидела, что с фикуса упал лист. Эти большие, стройные растения часто украшали комнаты ленинградцев. Валя стала откусывать от листа по маленькому кусочку, было горько, но есть очень хотелось. Потихоньку она съела лист фикуса. И на следующий день она съела еще один лист. И так фикус стал подкармливать Валю. Лишь когда листья остались только на вершине фикуса, мама заметила это. Она испугалась, ведь фикус считался несъедобным, даже ядовитым растением, и повела Валю к врачу. Но врач успокоил маму, не найдя никаких изменений в здоровье девочки. Так фикус спас жизнь маленькой девочке. Она выросла, стала учить детей и часто им рассказывала о блокаде и о…фикусе. И написала книжку.

Самая важная профессия в осаженном городе была

В истории Российского Красного Креста этот героический период занимает особое место. Члены Общества спасали обессиливших от голода и холода людей, доставляя их прямо с улиц на пункты санпостов. Здесь людей обогревали, кормили, ослабевших отправляли в больницы. Осиротевших детей сандружинницы и девушки бытовых отрядов передали в детские дома. Так было спасено свыше 15 тысяч детей.

Врач-гематолог Любовь Григорьевна Богомолова, впоследствии профессор, доктор медицинских наук возглавляла донорский отдел Института переливания крови. Дружба связала её с медсестрами Лидией Савченко и Агнией Хабловой, ставшими донорами в е дни блокады. ВЫ видите их на фотографии с фронтовой подругой. Все они за подвиг помощи раненым во время войны награждены были медалью Флоренс Найтингейл. Медалью, которой награждаются лучшие медсестры мира.