Чеслав Милош (Czesław Miłosz)

Выдающийся поэт и переводчик Чеслав Милош родился 30 июня 1911 года в небольшом городке Шетенях, в семье дворян. Пытливый ум и усердие поспособствовали тому, что Чеслав успешно окончил местную гимназию и поступил в университет Стефана Батория, где изучал литературу и право. В 1930 году было опубликовано первое стихотворение Милоша «Alma Mater Vilnensis», которое заслужило одобрительных отзывов у читателей и критиков, а также принесло своему автору премию за поэтический дебют.

Вторая мировая война оборвала мирное течение жизни Чеслава Милоша, он вынужден был переехать в Варшаву и с этого времени ведет двойную жизнь: он принимает активное участие в деятельности литературного подполья Польши. В послевоенное время Милош уезжает в США и работает преподавателем в Калифорнийском университете и Гарварде. В это время он пишет стихи и публикует их. За стихотворения политического характера его объявляют предателем в Польской Народной Республике, запрещается публиковать и распространять его произведения. В связи с гонениями на родине, Чеслав Милош выезжает во Францию и просит там политического убежища.

Творчество поэта было настоящим прорывом и отображало реалии того времени, жестокого и несправедливого, времени, в котором цена человеческой жизни нивелировалась, но на фоне этого существовала другая жизнь – жизнь духа, идеи, любви к Родине. В 1980 году Чеславу Милошу вручили Нобелевскую премию за его произведения, в которых показано незащищенность человека и его беспомощность на фоне суровой, исполненной конфликтами жизни.

Только через 13 лет после своего триумфа Милош вернулся на родину и поселился в Кракове. Здесь он продолжает свою писательскую деятельность, а также получает ряд престижных польских премий и наград за свою культурную деятельность и пропаганду мира и милосердия.

14 августа 2004 года Чеслав Милош умер и был похоронен в Кракове.

Годы молчанья прошли, и я говорю тебе, Сын. Не существует Вероны. Я растёр кирпичную пыль на ладони. Вот что осталось От глубокой любви к родным городам.

Из сада мне слышен твой смех. Весны сумасбродной запах По влажной листве струится в меня, В того, кто не верил в спасенье, И себя пережил, да многих.

Ты должен узнать, как это ночью бывает, Если кто-то проснётся и гулкое сердце подслушав, Спросит: Ну что же ты хочешь ещё, Ненасытное? Весна, соловьиные трели.

В саду детский смех. Первые чистые звёзды Зажглись над пеной нераспустившихся далей, И вновь к губам моим прилепился легчайший мотив, И снова я молод, как прежде, в Вероне.

Всё бросить. Всё. Ибо напрасно. Не воскрешу их, не возвращу назад. Усните, Ромео с Джульеттой, на ложе из поруганных перьев, Не потревожу пепел ваших соединенных рук. Пусть в опустевших храмах бродят бездомные кошки, Мерцая зрачками во тьме алтарей. Пусть На мёртвой арке сова гнездо своё выстелит.

Пусть в знойный белесый полдень змея посреди развалин В белокопытнике греется и, в тишине виясь, Блещущим телом ласкает уже ненужное золото. Я не вернусь. Хочу я узнать, что останется, Если отречься от молодости и весны, Если отречься от уст земляничных, Тех, что в душную ночь источали Жаркие волны,

Если от песен отречься, от ароматов вина, От жалоб и клятв в бриллиантовой ночи, От чаячьих вскриков и сполохов Чёрного солнца им вслед.

От жизни, от той ранетки, ножом огневым посеченной Разве зерно уцелеет.

Сын мой, поверь, ничего не останется. Только работа мужская, Зарубка судьбы на ладони. Только работа, Большего не дано.

Краков, 1945 г.