Холокост в Эстонии

Из материалов Нюрнбергского процесса известно, что у немцев было принято после входа Вермахта в оккупированные государства организовывать еврейские погромы. Вальтер Штахлеккер, генерал-майор полиции и бригаденфюрер СС, утверждал на этом процессе, что в Эстонии не удалось организовать еврейские погромы (см. «Коричневая чума», Таллинн, 1988, стр. 116). Следует отметить, что в Эстонии никогда не было еврейских погромов. Эстонская полиция безопасности и командир SD Мартин Зандбергер вынуждены были отметить в своём годовом отчёте, что среди эстонского народа расистские настроения «очень слабо развиты» (ERA.F.R‑819.N.1.S.12.L.41). Несмотря на это, нацистам удалось убить почти всех эстонских евреев (за исключением 3‑5 человек) в течение четырёх месяцев (с конца августа до декабря) 1941 года. Исключений не делали никому.

В этом же отчёте Зандбергер пишет: «Когда началась война, большинство евреев эвакуировалось со своим имуществом в Россию. Поэтому после освобождения Эстонии здесь остался 921 еврей (468 мужчин и 453 женщины), все они были подвергнуты особой обработке. Сегодня Эстония “judenfrei” (свободна от евреев)». Принято считать, что М. Зандбергер был первым человеком, провозгласившим Эстонию свободной от евреев. Об этом также в своё время упоминается на конференции в Ванзее, а позже Эстония обозначается на карте как «judenfrei». Эстония стала «judenfrei» так быстро, так как оставалось небольшое количество евреев, и их истребление было быстрым. Согласно отчётам Зандбергера, был уничтожен 921 еврей, мной и моими помощниками был составлен список из 929 лиц. Отчёт Зандбергера не содержит имён евреев, казнённых в Вильянди и в Валга, но всё же известно, что, например, в Вильянди было истреблено 18 евреев.

Представляет интерес отчёт управляющего отделом политической полиции Таллиннско-Харьюской префектуры Эрвина Адольфа Викса от 31 декабря 1941 года. Из этого документа узнаём, что с момента освобождения эстонской земли немецкими войсками было арестовано 645 евреев. Принято решение о казни 640 человек и казнено 610 евреев. Что стало с этими пятью евреями, судьба которых не была решена, и с теми 35, которых не казнили, мы, к сожалению, теперь уже никогда не сможем узнать. В книге также представлены декадные отчёты Таллиннско-Харьюской префектуры и отчёт Вильяндиской политической полиции.

Где вообще убивали эстонских евреев? Куда установить памятные доски? Евреев расстреливали в тюремных подвалах и на улицах, в лесах, на Харкуском болоте, в Тартуском противотанковом рве, в Пярнуской синагоге, в близлежащем лесу Пярну и всюду, где придётся.

Несмотря ни на что, память о невинных жертвах всё‑таки пытались сохранить после войны. Так, во дворе замка Курессааре есть памятная доска с именами погибших, среди которых есть и евреи. В Курессааре евреев расстреливали в так называемом лесу Лооде. Памятные доски стоят также на еврейских кладбищах в Таллинне, Тарту, Пярну, Вильянди. На Таллиннском еврейском кладбище после долгих препирательств с советской властью удалось установить маленький и очень скромный памятник всем евреям, погибшим в Эстонии.

Каждый год в сентябре-октябре в воскресенье, которое приходится между еврейским новым годом и Судным днём (Йом Кипур), около этого памятника проводится митинг (траурная церемония). На еврейских кладбищах, на семейных надгробных камнях отмечены имена погибших родственников и даты их гибели: 1941 или 1942 — так семьи сохраняют память о погибших.

Расстреливавшие входили в состав немецкой особой команды (Sonderkommando) и отрядов эстонской самообороны Омакайтсе. У полиции и людей Омакайтсе был общий командир — полковник Йоханнес Соодла. В письме от 17 октября 1941 года ко всем командирам батальонов и военных частей читаем, что при аресте и взятии под стражу Омакайтсе оказывает полицейским органам всевозможную помощь, если это необходимо (ERA.F.R‑62.N.1.S.1.L.22). В отчёте об организации Eesti Omakaitse с июля 1941 по 1 января 1943 сказано, что членов Омакайтсе часто использовали в качестве конвоя при транспортировке военных или политических заключённых. У нацистского режима отношение к евреям было особое. В некоторых местах вёлся точный и аккуратный учёт расстреливаемых.

В Эстонском государственном архиве найден список расстрелянных до 6 октября 1941 года еврейских мужчин. Существует секретный список от 16 января 1942 года о казнённых личностях на территории Пярнуской префектуры политической полиции (ERA.F.R‑64.N.1.S.94.L.15,30). На основе этого документа составлен список евреев, казнённых в Пярну.

Поскольку о судьбе пярнуских евреев сохранилось относительно больше материала, остановлюсь на истории их гибели в дальнейшем подробнее.

В Государственном архиве ещё сохранились письма BIV отдела Полиции безопасности Эстонии в ЗАГС. Они напечатаны на бланках со знаком T (секретный), и в них содержатся просьбы зарегистрировать смертельные случаи.

Отдельной проблемой был вопрос имущества евреев. Это был источник обогащения нацистов и Рейха. В оккупированной Эстонии по поводу еврейского имущества, конечно, действовали те же законы и предписания, что и в Германии. Конфискация и использование имущества евреев было точно обозначено немецкими законами. Указания о взятии на учёт имущества были даны всем комиссарам полиции уже в сентябре 1941 года.

Часть еврейского имущества национализировали коммунисты в 1940‑1941 годах. Эвакуируясь, евреи бросали своё ещё остававшеемя, в основном, домашнее имущество. Многие перед эвакуацией оформляли дарственные на имя своих эстонских знакомых, слуг, работников и др. Очень многие из этих людей хранили вверенное им имущество (домашние вещи, украшения) с большой заботой и после войны возвращали всё обратно владельцам. Большую часть имущества всё же отдали в руки властям, что совершенно понятно, учитывая очень строгие законы военного времени. Многие позже утверждали, что имущество погибло. В квартире моей матери жили высшие чины Вермахта, которые, по словам служанки N., велели солдатам упаковывать вещи из квартиры в ящики и уносить.

В то же время не было никаких сомнений, что имущество эстонских евреев попросту было разворовано, что по тогдашним законам наказывалось. Те, кто первыми проводили обыски, конечно, взяли часть вещей себе (точно так же происходило при коммунистах с имуществом арестованных людей) и т. д.

Имущество евреев немецкие власти искали ещё в 1944 году. Это утверждают некоторые документы Государственного архива (ERA.F.R‑65.N.1.S.2176; S.1918 на немецком языке). Немецкие власти в Эстонии понимали, что с еврейским имуществом осуществляются махинации. Все заключённые после 22 июня 1941 года соглашения и договора, по которым евреи отдали своё имущество неевреям, немцы объявили недействительными. В Таллинне собрали оставленное еврейское домашнее имущество (например, мебель) в синагоге, превратив её в склады (как это похоже на «деятельность» коммунистов). Из документов ясно, что большая часть еврейского имущества оказалась в руках Вермахта, а деньги и монеты передали в берлинский ломбард. В то же время комиссар города Таллинна жаловался, что золото и монеты поступают к городским властям с трудом. Вообще, сдача еврейского имущества немцам шла очень медленно.

В письме № 35/43 (S.2176.L.47) от 13 мая 1942 года сказано: «Надо признать, что конфискация еврейского имущества эстонской гражданской властью не успешна, потому что этим начали заниматься слишком поздно. За исключением некоторых пропавших предметов, всё имущество используется Вермахтом и гражданскими властями. В ближайшее время нет надежды вернуть эти вещи из гражданских департаментов». Существуют также письма, в которых гражданские лица просят разрешить им использовать мебель евреев.