Почему мы так говорим...

Распивочно и на вынос Так торговали спиртным царские кабаки со времён чуть ли не Бориса Годунова. Целовальник получал казённое вино в бочках сороковках, а продавал его либо в разлив - чарками и кружками, либо в мерной посуде - шкаликах, бутылках, штофах или полуштофах. Само слово "целовальник" произошло от того, что кабатчики клялись (целовали крест), что не будут разбавлять полученную водку, а также не позволят недолива в государеву посуду. Водка, проданная на вынос, опечатывалась и стоила дороже той, что выпивалась на месте. А выпивалось этой водки море разливанное. Во времена Алексея Михайловича чарка водки стоила ровно одну копейку, а доход казне от содержания кабаков исчислялся миллионами рублей. Так что можно быть уверенным, что в кабаках не много пили чарками, куда чаще - кружками. Это даже в названии отмечено, официальное название кабаков - кружечные дворы, или по-просту - кружала. А уж как закружит нестойкого питуха кружало, так пропьёт он всё до последней нитки. Мастеровой народ упивался в доску и стельку, мещанство закладывало за галстук и воротник, духовенство причащалось до положения риз или уползало домой еле можаху. Пропивались тысячные состояния и последний инструмент, оборотный капитал и семенное зерно. Дорого обходились стране миллионные доходы от народного пьянства, да и сейчас беда ничуть не уменьшилась, поскольку одни хотят немедленно выпить, а другие - нагреть на этом деле руки. И когда какой-нибудь человек в угоду минутным своекорыстным интересам предаёт то, что предаваться не должно по определению (неважно: родину, семью или совесть), про такого и говорят, что он торгует совестью, семьёй или родиной распивочно и на вынос. Синий чулок При этих словах человек, который считает русский язык родным, вряд ли представляет себе настоящий чулок - капроновый, нейлоновый или шерстяной. А возникает этакий унылый образ. Как сообщают нам словари, "синий чулок" - это женщина, всецело поглощенная книжными, учеными интересами, черствая, лишенная женственности и обаяния. Кстати, внешность дамы значения не имеет, так же, как и успешность ее интеллектуального труда. Просто умственной деятельностью она занимается в ущерб традиционно женским занятиям. Вопрос - почему "чулок" и почему синий. Вот это уже куда интереснее. Потому что первым синим чулком мог быть мужчина. Выражение это - "blue stocking" (синий чулок) возникло в Англии в 80-х годах XVIII века. Его связывают с кружком, который собирался у некоей леди Монтегю для ученых бесед. Душою этих самых бесед был ученый - Бенджамин Стеллингфлит. Он, пренебрегая правилами моды, носил синие чулки (вместо белых) при темном платье. За это некоторые называли кружок "обществом синего чулка". Впрочем, есть и другая версия, связанная все с тем же кружком. Вроде была там женщина, некая Стиллингфлит (опять похожая фамилия), которая носила синие чулки. Ее-то и называли "blue stocking". Теперь уже не представляется возможным точно установить, кто именно из этого кружка, мужчина или женщина, так любили синие чулки, но что любили - несомненно. Байрон увековечил кружок леди Монтегю в сатирическом произведении "Синие". К нам в русский язык выражение пришло в первой половине XIX века, скорее всего, через французский. Там "синими чулками" - "bas bleus" - называли женщин, которые пренебрегали домом и семьей. Таким образом, русскому "синему чулку" не меньше двухсот лет.