Классный час, посвящённый Дню космонавтики (12 апреля)
Цели: раскрыть образ выдающихся людей, чья жизнь была связана с развитием космической науки; воспитывать гордость за достижения нашего Отечества в развитии космоса.
Оформление: фотографии первых советских космонавтов.
Ход классного часа
Беседа по теме
По решению Международной федерации (ФАИ) 12 апреля отмечается Всемирный день авиации и космонавтики.
- Почему именно в этот день?
- Что означает слово «космонавтика»?
- Каких замечательных учёных и конструкторов, связанных с космосом, вы можете назвать?
- Кто ещё летал в космос?
- Названия каких космических кораблей вы знаете? (советские – «Союз», «Восток», «Луна», «Буран», «Салют», «Мир» (космические станции); американские – «Аполлон», «Шаттл», «Пионер», «Игл»)
Рассказ учителя
Перед стартом Гагарина было решено провести пять пробных полётов без человека. И все они прошли более или менее удачно.
15 мая 1960 года был запущен такой же корабль, на котором должен был лететь Гагарин. Место космонавта там занимали подопытные мыши. Четыре дня корабль находился на орбите. Затем, когда дана была команда возвращаться на Землю, управление корабля вышло из строя. Мыши так и остались в космосе, где и погибли.
19 августа на орбиту отправились две собаки – Белка и Стрелка. Они 17 раз облетели вокруг Земли и благополучно приземлились. Это обрадовало инженеров: раз летают и возвращаются собаки, значит, может полететь и человек.
Но 1 декабря – новая неудача. В космос улетели собаки Пчёлка и Мушка. И не вернулись: корабль сбился с орбиты, сгорел в атмосфере. Инженеры внимательно изучили причину катастрофы, исправили ошибки, подготовили новые полёты. 9 марта 1961 года, почти за месяц до полёта Гагарина, в космос слетала собака Чернушка. Компанию ей составили морские свинки, мыши и лягушки. Они, как в будущем и Гагарин, сделали один виток. И мягко сели на Землю. Через две недели точно такой же удачный полёт повторила собака Звёздочка. На этом пробные полёты закончились…
Сообщения о выдающихся личностях в космонавтике
Юрий Алексеевич Гагарин (1934-1968).
Юрий Алексеевич был мужественным человеком. Он лучше всех знал, каким опасным может быть первый полёт человека в космос. Но он не отказался. Об этом не было и мысли. Напротив, он страстно хотел и всё делал для того, чтобы именно ему доверили этот полёт. Он, как и его товарищи, много тренировался, проверял оборудование, испытывал космические обеды, состоящие из упакованного в тюбики пюре, паштета, шоколадного соуса.
9 апреля, за три дня до старта, собралась Государственная комиссия. Здесь присутствовали все, кто готовился к полёту. Когда председатель комиссии объявил, что на «Восходе», первом пилотируемом корабле полетит Гагарин, лицо Юрия Алексеевича осветила широкая счастливая улыбка. Он был искренне рад.
А на следующий день, 10 апреля, написал прощальное письмо. На всякий случай. Обращаясь к жене, к своим дочкам, Леночке и Галочке, он писал:
«…В технику я верю полностью. Она подвести не должна… Ну а если что случится, то прошу вас, и в первую очередь тебя, Валюша, не убиваться с горя… Береги, пожалуйста, наших девочек, люби их, как любил я. Вырасти из них, пожалуйста, не белоручек, а настоящих людей… Крепко-накрепко вас обнимаю и целую, с приветом, ваш папа и Юра».
Это письмо Валентина Ивановна прочитала через много лет после полёта. Юрий Алексеевич написал его и спрятал. Рассчитывал так: если что случится, письмо найдут и передадут жене. К счастью, ничего не случилось. Никому даже в голову не пришло, что у Гагарина перед полётом были такие грустные мысли. Ведь в отряде космонавтов он был самым весёлым, больше всех радовался жизни и предстоящим полётам в космос. Счастливая улыбка, которую позднее увидели во всём мире и назвали гагаринской, не сходила с его лица. Когда Сергей Павлович Королёв познакомился с Гагариным, он подумал: «Вот этот спокойный, весёлый парень и должен быть первым космонавтом».
За несколько недель до старта Сергей Павлович пришёл в отряд космонавтов и попросил каждого написать на бумажке: кто, по их мнению, должен первым полететь в космос? Все, как один, написали: «Гагарин». И лишь сам Юрий Алексеевич назвал своего старшего товарища Павла Беляева.
Валентина Ивановна, жена Гагарина, хорошо знала всех, кто готовился к полётам. Она тоже сердцем чувствовала, что больше всего на роль первого человека в космосе подходит её Юра. Она гордилась этим. Хорошо, что Юрий Алексеевич не назвал ей точную дату старта, а то ещё неизвестно, как бы она перенесла этот полёт. Впрочем, сам полет прошел замечательно, без происшествий.
12 апреля на Байконуре стояла прекрасная погода. Там, в Южном Казахстане, наступила весна, зацвели поля и деревья, Юрий Алексеевич, как всегда, был спокоен, много шутил. Даже подбадривал слишком озабоченного Королева. Перед полетом на Гагарина надели космическое снаряжение: легкий и мягкий комбинезон, защитный ярко-оранжевый скафандр, состоящий из оболочки, шлема, перчаток, ботинок, Когда сел в кабину корабля, тут же попросил включить музыку. «Что-нибудь про любовь», - сказал он. В момент старта бодрым голосом произнес знаменитое: «Поехали!» А когда корабль оказался, наконец, на орбите, он радостно воскликнул: «Красота-то какая!» Это было первое впечатление первого человека, оказавшегося в космосе.
12 апреля, в 1961 году гражданин СССР майор Ю. А. Гагарин на космическом корабле «Восток» впервые в мире совершил орбитальный облет Земли, открыв эпоху пилотируемых космических полётов.
108 минут понадобилось Гагарину, чтобы облететь вокруг Земли. Самый сложный этап – снижение и посадка прошли удачно. Прошло это в Саратовской области, неподалеку от деревни Смеловки.
Позднее, после полёта, Юрий Алексеевич подробно рассказывал, как это красиво смотреть, когда над Землёй день сменяется ночью. И ещё красивее, когда ночь сменяется днём. Таких красок на Земле никто не видел. И всё-таки Гагарин не зря в разговоре с Валентиной Ивановной назвал 14 апреля. Именно в этот день Москва встречала первого космонавта. Гражданина Вселенной, как его тогда называли. В Москве тоже тогда стояла необычайно тёплая погода – настоящий летний день. Тысячи москвичей пришли на Красную площадь, чтобы взглянуть на человека, слетавшего «туда» и вернувшегося. Чтобы сказать «спасибо» за его смелость. Юрий Алексеевич стоял на трибуне, по своему обыкновению, широко и счастливо улыбался. И совершенно по-особому, по0гагарински, приветствовал москвичей – двумя руками сразу. За совершённый полёт Юрию Алексеевичу Гагарину было присвоено звание Героя Советского Союза.
Сергей Павлович Королёв (1906-1966)
Сергей Павлович родился 30 декабря 1906 года. Его отец, преподаватель Павел Яковлевич Королёв, очень любил своего сына, но жить вместе им пришлось очень недолго: по настоянию матери, Марии Николаевны, родители расстались, когда маленькому Серёже было три года. Они никогда не встречались. Ему сказали, что его отец умер. Правду Сергей Павлович узнал только, когда сам стал отцом. Он очень переживал по этому поводу.
Жизнь Сергея Павловича была полна трудностей, переживаний. На его долю выпало немало испытаний. Однако он всегда шёл к намеченной цели – желание стать авиаконструктором стало его мечтой, смыслом жизни. Однако, трудно сейчас предположить, кем бы стал Сергей Королёв, если бы не один случай из его детства. В один из летних вечеров 1911 года Николай Яковлевич (дед Сергея Павловича, у которого они жили в Нежине долгое время с матерью), читая газету, наткнулся на редкое объявление.
- Послушай, Маша, (Мария Матвеевна – бабушка Сергея Павловича), что в газете пишут: «Единственный полёт на аэроплане русского лётчика Уточкина. Цена за вход рубль».
-Рубль? – удивлённо переспросила бабушка. – Дороговато. Да в наши дни за полдня в лавке за рубль не наторгуешь.
- Дедуня, а что такое аэроплан? – спросил внук.
- Это машина такая, летает в воздухе.
-Как птица? С крыльями?
- Не знаю, не видел.
- А ты, бабуля, видела?
- Нет, Сергуня, не пришлось.
- Дедуня, бабуля, пойдёмте, посмотрим. А рубль я вам дам, у меня есть в копилке.
На третий день жители города повалили на окраину. Сергей сидел у деда на плечах и во все глаза рассматривал диковинную птицу, непохожую на ковёр-самолёт, о котором знал из сказок. Вдруг раздался оглушительный гул заработавшего мотора. Толпа затихла в ожидании. Пропеллер крутился всё быстрее. Самолёт покатился по ровному полю, потом будто дёрнулся, оторвался от земли и полетел. Люди ахнули и зааплодировали. Отчаянно бил в ладоши и Серёжа, не сводя восторженных глаз с невиданной «птицы». Она потрясла воображение впечатлительного мальчика.
Шли годы. Мать Сергея, Мария Николаевна, встретила мужчину, который стал отчимом для Сергея, и семья переехала в Одессу. Наступил 1917 год. В городе к власти пришли контрреволюционные силы. На улицах то и дело слышались выстрелы, случались и короткие вооружённые стычки. Выходить из дома было опасно, гимназия закрыта, а дома скучно. Серёжа читал книги. В библиотеке отчима увидел на обложке журнала изображение человека, прыгающего с колокольни на самодельных крыльях. В памяти его вдруг встал день, когда он впервые увидел аэроплан. И тотчас же он подошёл к матери на кухню: «Мамочка, дай мне, пожалуйста, две простыни, не пожалей». «А зачем они тебе?» «Я сделаю из них крылья, привяжу к рукам, взберусь на заводскую трубу и попробую полететь…»
Немало пришлось приложить усилий Марии Николаевне, чтобы отговорить мальчика от опасной затеи. А дальше пошли годы учёбы, Сергей окончил Одесскую профстройшколу, Киевский политехнический институт (2 курса), Московское высшее техническое училище. Состоялось знакомство студента Королёва с преподавателем, авиаконструктором Туполевым. Другая встреча – с Константином Эдуардовичем Циолковским, произвела на него огромное впечатление: «Константин Эдуардович потряс тогда своей верой в возможность космоплавания, и я ушёл от него с одной мыслью – строить ракеты и летать на них. Всем смыслом жизни стало одно – пробиться к звёздам».
Начал Сергей Павлович с создания планеров, затем перешёл к созданию самолётов. Пришлось ему испытать и сталинские лагеря, где он провёл несколько лет перед войной. А с началом Великой Отечественной войны его перевели в Конструкторское бюро к Туполеву. Снова встретились ученик с учителем. В этот период появились отечественные бомбардировщики. Судьба сводит Королёва с Курчатовым – создателем советской атомной бомбы, с Георгием Константиновичем Жуковым – главнокомандующим советскими войсками в годы войны. Королёв участвует в разработке ракет.
И вот, наконец, 1957 год. Первый искусственный спутник Земли обогнул планету и издал в космосе свои знаменитые позывные. Слова Королёва: «Сегодня свершилось то, о чём мечтали лучшие умы человечества, и среди них наш замечательный ученый Константин Эдуардович Циолковский. Штурм космоса начался. Мы можем гордиться, что его начала наша Родина. Большое русское спасибо всем!»
А дальше были полёты с собаками. Лайка, Белка, Стрелка, Чернушка, Лисичка… Кто-то из них возвращался в целости и сохранности, а кто-то погибал в космосе. Каждая потеря давалась Королёву очень тяжело. Говорят. У него была любимая собака, которой он что-то шепнул перед полётом. Наверное, просил вернуться, но собака погибла при возвращении.
Параллельно разрабатывались корабли для полётов на Луну, и корабли, предназначенные для полёта человека в космос. И вот настал долгожданный день – 12 апреля 1961 года. Наступили самые ответственные минуты для тех, кто создавал ракету и корабль, кто готовил их к старту. Нервы были взвинчены до предела. Юрий Гагарин на борту корабля «Восток», Сергей Королёв отдаёт команды с Земли.
- Даётся зажигание.
- Подъём!
Ракета сначала медленно, словно нехотя, затем всё быстрее устремляется ввысь. Факел пламени бьёт в бетон стартовой площадки. Состязание притяжения сил Земли и сил разума началось.
- Поехали! – донёсся в бункер счастливый голос космонавта. Это неожиданное и такое подходящее к моменту, поистине русское, удалое «поехали» в одно мгновение сняло нервное напряжение. Все заулыбались, облегчённо вздохнули, словно сбросили с плеч тяжёлый груз.
- Настоящий русский богатырь! – выдохнул Сергей Павлович, не менее других обрадованный гагаринским возгласом. И тут же почти крикнул в микрофон: «Все мы желаем тебе доброго полёта!» «До свидания! До скорой встречи!» - ответил Гагарин слегка дрожащим от волнения голосом.
Константин Эдуардович Циолковский (1857-1935)
К.Э.Циолковский – выдающийся советский учёный, инженер-исследователь огромной трудоспособности и настойчивости, человек большого доброго сердца. Широта и богатство творческой фантазии соединились у него с логической последовательностью и математической точностью суждений. Это был подлинный новатор в науке.
Первые годы жизни Циолковского были счастливыми. Он был живым смышленым ребёнком – предприимчивым и впечатлительным. Летом мальчик строил с товарищами в лесу шалаши, любил лазить на заборы, крыши и деревья. Много бегал, играл в мяч, лапту, городки. Часто запускал змея и отправлял ввысь по нитке «почту» - коробочку с тараканом. Зимой с увлечением катался на коньках.
Циолковскому было 8 лет, когда мать подарила ему крошечный воздушный шар (аэростат), выдутый из коллодиума и наполненный водородом. Будущий создатель теории цельнометаллического дирижабля с удовольствием занимался с этой игрушкой. На десятом году жизни Циолковский, катаясь на санках, простудился и заболел скарлатиной. Болезнь была тяжёлой, и вследствие её осложнения, мальчик почти совершенно потерял слух. Глухота не позволили продолжать учёбу в школе. «Глухота делает мою биографию малоинтересной, - пишет позднее Циолковский, - ибо лишает меня общения с людьми, наблюдения и заимствования. Моя биография бедна лицами и столкновениями». С 10 до 14 лет жизнь Циолковского была «самым грустным, самым тёмным временем… Я стараюсь восстановить его в памяти, но ничего сейчас не могу вспомнить. Нечем помянуть это время».
С 14 лет Константин Эдуардович начал заниматься самостоятельно. Верными его спутниками стали книги. Интерес вызвали книги по арифметике. Стал увлекаться астролябией (измерение расстояния до недоступных предметов, определение высот, снятие планов, угломер). Теоретические знания стали для него определяющими. Выдающиеся способности, склонность к самостоятельной работе и несомненный талант изобретателя заставили родителей задуматься над будущей профессией и дальнейшим образованием сына. В 16 лет его отправили в Москву. Тяжёлое материальное положение, глухота и практическая неприспособленность к жизни меньше всего способствовали выявлению его талантов и способностей.
Из дома Циолковский получал 10-15 рублей в месяц. Питался одним чёрным хлебом, не имел даже картошки и чаю. Зато покупал книги, ртуть, серную кислоту и прочее для разных опытов и самодельных приборов. «Я помню, - писал Циолковский в своей биографии, - что, кроме воды и чёрного хлеба, у меня тогда не было ничего. Каждые три дня я ходил в булочную и покупал там, на 9 копеек хлеба. Таким образом, я проживал в месяц 90 копеек… Всё же я был счастлив своими идеями, и чёрный хлеб нисколько не огорчал».
В эти годы у Циолковского зарождается мысль о завоевании человеком мировых пространств. Он проводил элементарные опыты по физике и химии, изучал курсы начальной и высшей математики, аналитической геометрии. «Учителей у меня не было, - вспоминает он. – Меня можно считать самоучкой чистой крови».
Странный вид он имел в эту пору своей жизни. «Благодаря главным образом кислотам, я тогда ходил в штанах с жёлтыми пятнами и дырами. Мальчики на улице замечали мне – что это, мыши, что ли, изъели Ваши брюки? Затем носил длинные волосы, просто оттого, что некогда было их стричь». Кто-то из знакомых семьи Циолковских, будучи в Москве, встретил Константина на улице и был поражён его утомлённым и истощённым видом. Результатом постоянного недоедания была физическая слабость и расстройство зрения. Именно с этих пор Циолковский стал носить очки. Циолковский обладал прекрасной памятью, сохранившейся до самых последних дней его жизни.
Циолковский стал основателем новой области человеческого знания, новой науки, новой отрасли промышленности. Полёты ракет наблюдали многие и до Циолковского. Первые фейерверочные ракеты были построены в Китае более трёх тысяч лет тому назад. И, однако, никто из строителей ракет, никто из миллионов людей, наблюдавших фейерверки и иллюминации, не пришёл к созданию новой науки – теории полёта ракет. Циолковский создал теорию реактивного движения, которой до него не существовало. Он с точностью предсказал особенности невесомости: «На земле в руках я не удержу 4 пуда, а в свободном пространстве тысяча пудов нисколько не отяготит мою руку или мой мизинец…В свободном пространстве нет ни верха, ни низа… Там нельзя сказать: я поднимаюсь, я опускаюсь, я выше, вы ниже…там маятник не качается и маятниковые часы не ходят».
Просмотр презентации об истории развития советской космонавтики; сообщения о Келдыше, Леонове, Терешковой.
31 361
898 
