СДЕЛАЙТЕ СВОИ УРОКИ ЕЩЁ ЭФФЕКТИВНЕЕ, А ЖИЗНЬ СВОБОДНЕЕ

Благодаря готовым учебным материалам для работы в классе и дистанционно

Скидки до 50 % на комплекты
только до

Готовые ключевые этапы урока всегда будут у вас под рукой

Организационный момент

Проверка знаний

Объяснение материала

Закрепление изученного

Итоги урока

Борис Князев

Нажмите, чтобы узнать подробности

Выдающегося педагога Бориса Князева можно охарактеризовать всего одним предложением: он является автором методики, названной им «станок на земле» (“la barre au sol”) и известной нам как партерная гимнастика, или «партер». Пожалуй, более революционное изобретение в методике классического танца принадлежит только Вагановой.

Борис Князев (Boris Kniaseff, 1900 - 1975) учился в Петербургском театральном училище, у М. Мордкина и К. Голейзовского. После 1917 г. он эмигрировал сначала в Софию (Болгария), а затем в 1924 г. в Париж, где танцевал в труппах «полковника де Базиля» (В.Г. Воскресенского), Брониславы Нижинской и в Балете Елисейских Полей. Также он воплотил несколько проектов с Сержем Лифарем. С 1932 по 1934 гг. Князев был балетмейстером Опера Комик, в 1937 г. открыл в Париже собственную балетную школу, а позже еще несколько школ по всему миру. Также он являлся руководителем Международной академии классического танца в Женеве. В 1948 г. в своей студии Б. Князев начал практиковать собственную методику “la barre au sol”, которая заключалась в том, что все движения классического экзерсиса проделываются лежа или сидя на полу. Кинозапись его класса весьма любопытна. Вопреки балетным правилам, ученицы одеты во все черное (черные купальники, трико, обязательный пояс и черные же пуанты). В экзерсис Князев включал движения фуэте, которые сейчас ревнители академического обучения назвали бы модерновыми: на battement tendu рабочая нога, вращаясь в тазобедренном суставе, меняет положение с выворотного на прямое. То же выполняется во всех позициях и при всех движениях у станка (на passé, в développé при фиксации ноги в воздухе) и в упражнениях на полу. Большое внимание уделялось поворотам головы, свободе шеи и лица: так, при rond de jambe en l’air на середине голова при открывании и закрывании ноги меняет профиль, причем в диссонансе с движением рабочей ноги. То же проделывается, например, и при battement tendu pour le pied. Эти приемы вырабатывали непринужденную координацию и свободу движения. Князев любил сложные tours lent, relevés lent в адажио, что обеспечивало выносливость и силу мышц бедра, делая ноги легкими, я бы сказала, «прыткими». Эти резвые остренькие ножки - словно визитная карточка его учениц, среди которых Иветт Шовире, Рене (Зизи) Жанмэр, «сбежавшая» в кинематограф, в объятия «Американца в Париже», Лесли Карон, а также молодая Брижит Бардо. Русский педагог воспитал целую плеяду европейских балерин послевоенного поколения.

Характеризуя методику Князева, еще один его ученик, Ролан Пети, определял, что она базируется на двух положениях: en dehors и en dedans, из которых родился современный танец. По мнению Р. Пети, «Князев был первый - до него только Фокин и Нижинский, - кто уравнял в правах эти положения. Он стал требовать делать в ежедневном экзерсисе каждое движение и en dedans, и en dehors. И когда я стал сочинять танец, то строил комбинации по этой системе: выворотные положения чередовались с невыворотными». По воспоминаниям же самого Б. Князева, его путь как педагога-новатора определила Ольга Спесивцева, танец которой он впервые увидел в Парижской опере в 1926-27 г. и с которой его связывала крепкая дружба: «Иногда она говорила в наших беседах о смертельной борьбе между классицизмом и новыми концепциями в танце. Я помню ее огромные, строгие глаза, когда она мне говорила: «Борис, не посвящайте свои таланты модернизму. Вы не имеете права делать этого. Все это не больше чем временное увлечение. Это не искусство. Служите Классицизму. Если даже Вы не всегда будете удовлетворены им, пытайтесь омолодить его, обновить и улучшить его, но никогда не изменяйте ему!». Таким образом, перед профессионалом были открыты только два пути: отвергнуть классический танец, предоставив его своей собственной судьбе, и искать спасения в модернизме или пытаться вдохнуть в него новую жизнь, ведя его новыми путями, в согласии с духом новых поколений. Я выбрал второй путь. Верный вечным принципам классицизма, я пытался создать новые формы его, вовлекая в него свежий материал, и я всю свою жизнь старался делать это как танцовщик, хореограф и автор»

04.11.2020 08:54