Из моего детства.

Мы всегда любили играть в пристанционном саду. Нет, мы ничего не портили, просто под сенью деревьев строили домики и ходили друг к другу в гости. Но попасть в этот сад можно было только с глухой стороны и, только перепрыгнув через забор. И вот тут со мной всякий раз случалась оказия, - платье непременно рвалось о штакетину. Меня то на улицу не выпускали, то заставляли саму зашить порванное место, но никогда не били и не кричали, хотя нас было в семье шестеро.

Каждый раз на пасху мама всем шестерым шила новые платья и рубашки. Наряжая меня на улицу, мама в очередной раз просила меня не лазать через забор, хотя бы в этот день. Сияя от радости, что на мне такое красивое поблёскивающее сатиновое платье, я обещала маме, что ни за что не полезу через забор. А сама тут же побежала к ребятам, которые уже ждали в саду. Ох как хотелось, чтобы они увидели мою обнову. Держась одной рукой за углярку (помещение, в котором хранили уголь), а другой за штакетник, я влезла на забор, перевела дух, поджала со всех сторон подол платья, даже завернув его спереди, я спрыгнула под предательский треск материи. Слёзы - градом, игра уже не в радость! Как могла я держалась до того времени, когда уже следовало идти домой. Войдя в дверь, я подошла к маме и сказала: "Мамочка, ты можешь убить меня, но я снова порвала платье!" И разрыдалась горючими слезами. Мама долго гладила меня по голове, а когда я успокоилась, сказала: "Ладно, доченька, мы не будем тебе больше шить платьев, ведь тебе нравится ходить в дырявых. А так будет даже интереснее. Каждый раз, когда ты будешь перелезать через забор, на твоём платье будет появляться новая дыра. Представляешь, как красиво ты будешь всегда выглядеть".

Больше я никогда не лазила через забор и платья были целыми.